Офис сеньора Мендеса находился на сорок пятом этаже самого высокого здания в Рио. Мэт ехал в лифте полминуты. Двери открылись, и он шагнул в мир больших денег и возможностей.
Секретарша провела его по коридору, устланному коврами, мимо картин в золочёных рамках и людей в костюмах. Они смотрели сквозь него, хотя Мэт и чувствовал их взгляды. Он был здесь единственным, чей костюм стоил меньше, чем их галстуки. Но он шёл прямо, глядя перед собой. Спина прямая. Бумаги под мышкой.
Кабинет Мендеса поразил своей роскошью. Огромный стол из красного дерева, кожаные кресла, книжные шкафы до потолка. Огромное окно, через которое лился солнечный свет, открывая вид на весь город. Отсюда фавелы на холмах казались игрушечными грязными нашлёпками.
Сам Мендес сидел за столом. Мужчина шестидесяти лет. Седой. Подтянутый. В костюме, который стоил больше, чем Мэт мог заработать за год. Он даже не поднялся, когда Мэт вошёл. Только кивнул на стул рядом.
— Садись.
Мэт сел и положил бумаги на стол.
— Сеньор Мендес, я принёс расчёты по оптимизации ваших логистических цепочек. Если вы посмотрите...
— Смотрел уже, — перебил Мендес. — Интересные цифры. Кто тебе их составил?
— Я сам.
Мендес приподнял бровь. Усмешка тронула уголки губ.
— Ты? Парень из фавелы? Не смеши меня. Где ты научился считать? В прачечной?
Мэт выдержал его взгляд. Спокойно, без вызова.
— Я научился считать там, где каждый просчёт стоит жизни. Мои цифры точнее любых ваших аналитиков. Дайте мне шанс и я сэкономлю вам миллион долларов в год на логистике.
Мендес сухо снисходительно рассмеялся. Так смеются над ребёнком, который сказал глупость. Он встал и подошёл к окну. Повернулся спиной.
— Послушай, парень. Я понимаю твоё желание выбиться в люди. Это похвально. Но у меня нет времени на благотворительность. Мне нужны профессионалы с дипломами и опытом работы в крупных компаниях, а не... — он сделал паузу, подбирая слова, — ...как бы это сказать... выходцы с холмов.
Мэт тоже встал.
— Дипломы не спасают от ошибок, а я умею видеть то, что не видят другие.
Мендес обернулся. Лицо его уже не было насмешливым.
— Твоя самоуверенность похвальна, но неуместна. Разговор окончен. Охрана проводит тебя.
Дверь открылась. Вошли двое крупных мужчин в чёрных костюмах с каменными лицами. Мэт посмотрел на них, потом на Мендеса и спокойно кивнул. Выглядело это так, что он именно этого и ожидал. Забрал бумаги со стола и пошёл к двери. На пороге остановился и оглянулся.
— Спокойной ночи, сеньор Мендес. У вас красивый офис.
Дверь закрылась за ним с мягким неслышным щелчком. Вечером Мэт сидел у своей лачуги. Вокруг было темно, только керосиновая лампа отбрасывала дрожащий свет на ржавые стены.
Он достал телефон. Включил камеру и навёл на лачугу. Сделал снимок. Потом открыл сообщения, набрал номер Мендеса, прикрепил фото и напечатал:
«Ваш офис в сто раз больше. Жаль, что мозг — нет», прикрепив компромат, что он собирал несколько лет.
Палец завис над кнопкой «отправить». Мэт посмотрел на небо. Звёзд не было видно. Лишь редкие огни самолётов, заходящих на посадку. Там, высоко, в своих офисах и самолётах, сидели такие, как Мендес.
Он нажал «отправить». Телефон пиликнул. Сообщение ушло. Мэт убрал аппарат в карман, поднялся, потушил лампу и вошёл в лачугу. Там спали Лия, тётя Роса и Педро. Жизнь продолжалась.
В кабинете с панорамным окном сеньор Мендес утром включит телефон. Увидит фото и прочитает эти слова. Тогда, может быть, впервые за долгие годы он почувствует себя глупцом.
— Богатые не любят, когда им напоминают, что деньги не равны уму. Но ещё меньше они любят, когда парень из фавелы оказывается умнее их!
Мэт Коллинз, много лет спустя