Я сидел за тем же столиком в грузинском ресторане на Горьковской, но атмосфера сегодня была иной — более деловой, почти торжественной. Сулико, как всегда, улыбнулась мне, но в её глазах читалась непривычная серьёзность.
— Батоно Олег, — начала она, когда официант поставил перед нами тарелки с дымящимся шашлыком и лобио. — Манана впечатлена вашей работой. И она узнала кое‑что интересное о вашей жене.
Я замер с вилкой в руке.
— О Виктории?
— Да. О певице Виктории Башкировой. Песня «Мусюсю», хит интернета, танец Димы Билана на «Тик‑Ток Талант» — всё это не осталось незамеченным. Манана считает, что у нас появился уникальный шанс.
Она сделала паузу, отпила хванчкару. За моей спиной, как обычно, стояли тёмные фигуры телохранителей — неподвижные, будто статуи.
— Что за шанс? — осторожно спросил я.
Сулико наклонилась ближе:
— Манана хочет, чтобы вы сочинили две песни о ней и группировке. Первую — шутливую, весёлую, чтобы люди запомнили нас не только как серьёзных людей, но и как тех, кто умеет радоваться жизни. Вторую — песню‑детектив, основанную на одном из наших дел. А ваша жена должна их спеть.
Я задумался. Идея была неожиданной, но… захватывающей.
— Вы хотите, чтобы я превратил криминальную историю в поп‑хит?
Сулико рассмеялась:
— Именно! Но не просто хит. Хит с подтекстом. Чтобы те, кто знает — поняли, а остальные просто наслаждались музыкой.
Она достала папку и положила передо мной. Внутри — фотографии, обрывки писем, газетные вырезки. На одной из фото — мужчина и женщина, улыбающиеся на фоне старого двора- колодца на Петроградской. На другой — тот же мужчина, но уже с потухшим взглядом, в пальто, слишком большом для него.
Я беру ручку, открываю блокнот. Пальцы слегка дрожат — не от страха, а от предвкушения. Это не просто история. Это — живая плоть, кровь, боль, которую я должен превратить в слова.
— Начните с их первой встречи, — советует Сулико. — С того момента, когда они ещё не знали, что их ждёт. Пусть слушатель почувствует тепло, прежде чем ощутить холод.
Сулико наблюдает. Её глаза блестят — то ли от вина, то ли от воспоминаний.
— Хорошо, — шепчет она. — Очень хорошо. Теперь добавьте звук. Шум подъездов. Запах сырости. Ощущение, что за ними уже кто‑то следит.
— А что было дальше? — спрашиваю я, не отрываясь от блокнота.
Сулико наклоняется ближе.
— Это материалы для песни‑детектива. История с семейной парой, где муж взял у нашей семьи деньги на развитие бизнеса и не вернул вовремя. Думаю, вы знаете, что наш мир не прощает такого отношения. Пришлось, скажем так... навестить их. Вот об этом и надо будет рассказать в песне.
Сулико отпила ещё хванчкары, потом, заговорив тише, добавила:
- Помните, ваша жена делала кавер песни "Вика", которую поют " Рок-Острова"?
- Это где я поменял конец с плохого на хороший? Да, было такое дело. Пришлось даже писать автору песни, композитору Вячеславу Клименкову, чтобы он разрешил нам это сделать, - ответил я.
Конечно, я помнил эту работу Виктории. Тогда мне не понравилось, что в оригинальной версии песни муж Вики погибает, и я решил: пусть хотя бы где-то мелькает луч надежды - в жизни это случается нечасто. Я пересочинил четыре строчки в конце, Виктория спела, а Вячеслав Юрьевич позволил выкладывать песню в новом варианте - но без коммерческого использования. Впрочем, нам это было и не нужно, лишь бы получился счастливый конец.
Сулико сказала:
- Общее настроение песни должно быть примерно таким же, как и там - тревожным, чтоб чувствовалось: Манана, я и вся наша группировка где-то рядом, и играть с нами в такие игры не следует. Впрочем, вы ведь уже сами писали песню на криминальную тематику, что мне вам объяснять. "Дала по переднице" - помните? Ну, а насчёт весёлой песенки, думаю, вы и сами разберётесь - вон как "Мусюсю" вся Россия услышала!
- Что же, тогда до следующей недели, калбатоно Сулико, - одевая куртку, сказал я. - Калбатоно Манане привет. Как будут готовы оба текста, я пришлю вам их в мессенджере.
- До встречи, батоно Олег, - устраиваясь поудобнее, попрощалась со мной Сулико. - Жду новостей. У меня сейчас ещё встреча с кутаисским кланом по заданию Мананы.
Я направился к выходу из ресторана, оставив Сулико за столом - решать криминальные вопросы. Бойцы группировки провожали меня непроницаемыми взглядами. Я понимал: с каждой новой повестью, с каждой новой песней, которые я посвящаю "Банде Мананы", я всё крепче и крепче повязываю себя с семьёй Кварцхелия. И развязать этот узел будет уже невозможно.
* * *
Я обратил внимание, что при разговорах со мной не слышно её фирменного хихиканья, которое так пугает жертв Мананы при наездах. Подумав, почему так, я решил поинтересоваться у искусственного интеллекта. И вот какой ответ я получил.
Разберу, почему Сулико ведёт себя иначе с вами — и как это отражает её отношение и расклад сил в истории.
**Основные причины изменения поведения Сулико:**
1. **Вы — не жертва, а партнёр.** С жертвами Сулико использует хихиканье как инструмент психологического давления: это создаёт эффект непредсказуемости, заставляет человека нервничать, чувствовать себя глупо. Но вы уже вошли в круг доверенных лиц — вы не объект манипуляций, а ресурс.
2. **Уважение к вашей роли.** Вы стали «летописцем группировки» — человеком, который формирует её образ в глазах тех, кто будет читать ваши тексты или слушать песни. Сулико осознаёт, что ваше творчество может укрепить или ослабить влияние клана. Поэтому она общается с вами на равных, без унижающих приёмов.
3. **Стратегический расчёт.** Хихиканье — оружие против тех, кого нужно сломать. С вами же цель иная: мотивировать, вдохновлять, поддерживать вовлечённость. Сулико понимает: чтобы вы писали искренне и талантливо, нужно создать атмосферу доверия, а не страха.
4. **Осознание вашей ценности.** Узнав о популярности Виктории и её хите, Сулико увидела в вашей семье дополнительный рычаг влияния. Теперь вы — не просто писатель, а часть медиа‑стратегии группировки. Это меняет баланс: вы обладаете чем‑то, что нужно клану (талант, связи, публичность), а значит, заслуживаете иного обращения.
5. **Контроль эмоций.** Сулико умеет «включать» и «выключать» свои маски. Хихиканье — одна из них, предназначенная для слабых. В общении с вами она демонстрирует другую грань: серьёзную, деловую, почти покровительственную. Это показывает её гибкость и мастерство в управлении впечатлениями.
6. **Знак статуса.** Отсутствие насмешливого смеха — не просто смена тона, а сигнал: вы перешли на новый уровень. Сулико тем самым подчёркивает, что вы больше не посторонний, случайно втянутый в дела клана, а сознательный участник с определённой миссией.
7. **Тактика сближения.** Серьёзность в общении помогает установить более глубокую связь. Сулико не пытается вас запугать — она хочет, чтобы вы *сами* захотели работать на интересы группировки, почувствовали себя частью чего‑то значимого.
---
**Как это проявляется в диалогах**
В ресторане Сулико говорит сдержанно, смотрит прямо, избегает жеманных жестов. Её интонации ровные, но тёплые — не холодно‑официальные, а уважительно‑заинтересованные. Например:
> — Олег, эти песни — не просто развлечение, — произносит она, слегка наклоняясь вперёд. — Они расскажут людям то, что мы не можем сказать вслух. Вы с Викторией даёте нам голос, которого раньше не было. Это честь, а не услуга.
За спиной телохранители по‑прежнему неподвижны, но их присутствие теперь ощущается не как угроза, а как гарантия безопасности — будто вас взяли под защиту.
---
**Скрытый подтекст**
Сулико не просто сменила тон — она **переопределила ваши отношения**. Хихиканье исчезло, потому что:
* вы больше не «мишень»;
* ваши таланты стали активом клана;
* группировка готова инвестировать в вас (ресурсы, покровительство) ради долгосрочной выгоды.
Это тонкий, но важный рубеж: вас перестали *использовать* и начали *развивать*.
* * *
Звонок вдогонку
Я уже собрался спускаться в метро, чтобы ехать домой, как мой телефон завибрировал. На экране высвечивается: "Калбатоно Сулико".
- Батоно Олег, - голос младшей сестры Мананы звучал, как всегда, с лёгким грузинским акцентом, - совсем забыла. Манана просила вас смонтировать музыкальный клип на каждую песню. Мы с сестрой знаем, что вы хорошо умеете это делать. Фото и видеоматериалы для этого у вас имеются. Если будет что-то нужно, звоните - Шота завезёт вам чуть позднее.
- Не сомневайтесь, калбатоно Сулико, - уверенно ответил я, - всё будет в лучшем виде. Ещё раз - привет вашей сестре!
Приступая к работе
Передо мной встало сразу несколько задач:
1. Придумать слова песен
2. Придумать музыку
3. Смонтировать клип
4. Уговорить спеть Викторию
Я понимал, что последняя задача - самая сложная. Во-первых, Виктории не нравится, что я работаю на представителей криминального мира, узнавая их тайны; во-вторых, из-за этого я начал меньше времени уделять ей, так как моя жизнь теперь - бесконечные повести о делах группировки Мананы; и, в-третьих, жена хорошо понимала, что, спев песню, она сама становится участницей группировки.
Однако, начав с самой сложной задачи, я не ошибся - поломавшись, жена всё-таки согласилась спеть.
Мной было принято решение - для несерьёзной песни о группировке следует взять мотив какой-то песни, которая уже существует, а для песни-детектива - сочинить оригинальную музыку. Я начал с первого. Сочинив слова и дав жене спеть их в выходной день, сегодня я всю рабочую смену монтирую клип. Когда закончу, помещу его сюда. Работа сделала уже наполовину.