В мире специальных операций существует множество неписаных правил и ритуалов, которые стороннему наблюдателю могут показаться странными или даже бессмысленными. Один из таких ритуалов - личное знакомство офицеров разведки или спецназа с лётчиками, артиллеристами и расчётами беспилотников, с которыми предстоит работать на задании. Казалось бы, зачем? Ведь в современной войне всё завязано на координатах, частотах, целеуказаниях и сухих цифрах. Но те, кто прошёл через это, знают: за этими встречами стоит нечто большее, чем просто протокол.
Когда эфир обретает лицо
Представьте себе ситуацию: разведгруппа глубоко в тылу противника. Ситуация критическая - обнаружены, вступили в бой, нужна срочная авиационная поддержка. Вы выходите в эфир, называете позывной и начинаете диктовать координаты. На том конце провода - бесплотный голос, просто «Борт-22» или «Колокол». Голос может быть усталым, безразличным или, наоборот, слишком взвинченным. Вы для него - лишь очередная точка на карте, ещё один запрос в очереди.
А теперь представьте другую ситуацию. За день до вылета в расположение приехали лётчики. Вы сидели с ними в одной палатке, курили, обсуждали детали, смеялись над шутками. Вы знаете, что того, кто сегодня будет за штурвалом, зовут, допустим, Серёга, что у него дома осталась маленькая дочка и что он жутко боится подвести пехоту. А он знает ваши лица. Он видел вас живыми, настоящими.
В момент, когда над полем боя повисает тишина и вы кричите в рацию «Работай!», в голове у лётчика уже не абстрактные координаты. Перед глазами - ваши глаза. И инстинкт «не подставить», «не промахнуться», «отработать ювелирно» включается на порядок сильнее, чем если бы он просто выполнял очередную боевую задачу.
Человеческий фактор как оружие
Психологи давно знают: личная связь между людьми, выполняющими общую задачу, многократно повышает эффективность взаимодействия. Это работает на любом уровне, но в боевых условиях - в особенности.
- Доверие. Вы доверяете не просто абстрактному «борту», а конкретному человеку, которого знаете. И он знает, что за ошибку ему будет смотреть в глаза не безликая комиссия, а те самые парни, с которыми он пил чай.
- Мотивация. Чувство долга и патриотизм - это абстрактные категории. А чувство «я не могу подрубить Ваньку» - это конкретный, мощнейший двигатель.
- Понимание. Во время личного общения можно обсудить нюансы, которые не впишешь ни в один устав. Лётчик поймёт, как именно вы двигаетесь, куда ляжете, где ваш сектор. А вы поймёте, как быстро он может развернуться, что видит из кабины, где у него мёртвая зона.
Цена формализма
Бывали случаи, когда взаимодействие было налажено «по инструкции», без человеческого контакта. И случались ошибки. Удар по своим. Задержка с поддержкой на критическую минуту. Неверно понятый манёвр. Часто причиной был именно разрыв между «теми, кто на земле» и «теми, кто в небе». Они говорили на разных языках не в смысле диалекта, а в смысле восприятия реальности.
Заключение: «Знакомство с приданными силами - это не дань традиции и не развлечение для уставших от службы офицеров. Это элемент боевого слаживания, который по важности стоит в одном ряду с отработкой взаимодействия на картах. Сделать из абстрактных позывных живых людей - значит превратить формальное взаимодействие в боевое братство. А братство, как известно, воюет эффективнее».