«Видимо, вымышленный племянник навсегда останется со мной»
В нашем издательстве вышло переиздание сборника Евгении Овчинниковой «Мортал комбат и другие 90-е». Поговорили с автором о том, как меняется отношение к событиям детства, о видеоиграх и новых, впервые опубликованных рассказах.
«Сложно отделить правду от искажений памяти»
— Рассказчик в сборнике рассуждает, что события детства «казались само собой разумеющимися, но сейчас поворачиваются ко мне истинной стороной». Как изменился твой взгляд на детство, пока ты писала книгу?
— Мне кажется, особенно не изменился. Уже приступая к книге десять лет назад, я понимала, что рассказы будут именно в восприятии ребенка, не особо понимающего сути эпохи. То есть текст от некой маски. Ну и за прошедшее время я сама стала матерью, и угол зрения несколько сместился.
Может быть, лучше осознаешь, как на тебя повлияли те или иные события, какую роль в твоей личности сыграло влияние других людей — родственников, учителей. Жизнь воспринимается более полно, объемно. Но я не знаю, почему это происходит: из-за книги или естественного роста личности.
— Как изменился текст в переиздании и твое отношение к нему?
— В текст переиздания были добавлены четыре новых рассказа, и два из них, «Белые каллы» и «Все концы света», я не смогла бы написать раньше ввиду своей недостаточной писательской и психологической зрелости. А к лету 2025-го, когда «Альпина.Проза» взяла книгу на переиздание, получается, созрела достаточно и очень этому рада.
«Белые каллы» — история о травле, происшедшая в реальности, и девушка, которая выстояла, до сих пор вдохновляет меня силой своего духа. «Все концы света» — история личная и одновременно универсальная. Уверена, у многих людей, которые когда-либо покидали родные края, особенно в бесприютные девяностые, она отзовется.
«Мортал комбат и другие 90-е» — моя дебютная книга, и десять лет назад, когда она писалась, меня тащило непреодолимое желание рассказать читателю интересную историю. К моменту переиздания я стала уже опытным автором, но, приступая к новым рассказам, с удивлением обнаружила, что ко мне вернулось трепетное отношение новичка к тексту. Наверное, потому, что я возвращалась в полузабытое время, в котором уже сложно отделить правду от искажений памяти. К сборнику я по-прежнему отношусь с большой нежностью.
— Героиню книги тоже зовут Евгения Овчинникова. Насколько текст автобиографичен?
— Он не автобиографичен. Так получилось, что, когда я начала писать, у меня не было привычки этого делать и, чтобы начать с чего-то, я обратилась к детским воспоминаниям и событиям девяностых. И за основу, каркас, взяла свое собственное окружение. Да, у меня была семья, состоявшая из меня, мамы и папы. Были подруги с теми же именами и даже учились мы в «сильной» городской гимназии. Но все мы были совершенно другими людьми, которые превратились в персонажей в рассказах. То есть я не переписывала случаи из своего детства. Есть два более-менее приближенных к реальным событиям рассказа — это «Шедевр» и «Белые каллы». Мой папа на самом деле был одержим постройкой дачи. А я в самом деле принимала участие в травле на стороне агрессора.
По причине того, что текст не автобиографичен, по мере написания меня все больше охватывало ощущение, что я лукавлю перед будущими читателями, которые, возможно, примут истории за чистую монету. Поэтому остановилась на четырех дополнительных рассказах. Может, через десять лет напишу еще четыре.
Другие 90-е
— Из рассказа «Эммануэль»: «“Эммануэль” я впервые посмотрела в тридцать лет. Чисто из уважения к классике европейского эротического кинематографа». На твой взгляд, почему она заслуживает уважения?
— У меня встроенное почтение к классике, любой, и к классике эротического кинематографа тоже. Ознакомилась со всеми шедеврами, когда дошли руки и технологии.
— В рассказе «Мортал комбат» сказано: «Я до сих пор пересматриваю “Мортал комбат” раз в год, с чаем и печеньем, в гнезде из неколючего одеяла». Какая лучшая экранизация «Мортал комбат»?
— Лучшая экранизация, конечно, 1995 года.
Фильм 2021-го показался больше похож на затянутое начало без продолжения. Но вроде как грядет еще одна экранизация. Честно — жду с интересом.
— А какой твой любимый персонаж «Мортал комбат» и почему?
— В фильме мои любимые персонажи Китана и лорд Рейден. Наверное, потому, что они самые таинственные. Что касается игр — честно говоря, я никогда не любила в них играть (к слову об автобиографичности).
Когда появились приставки, могла погонять в «Марио» и танчики, в общем, обычный набор, но в целом можно сказать, что не играла и не играю до сих пор.
— По сюжету племянник Кирилл участвует в создании сборника рассказов «Мортал комбат и другие 90-е». Существует ли на самом деле Кирилл, который стал своеобразным соавтором?
— Нет, это вымышленный персонаж, который появился по просьбе редактора, работавшей с первым сборником. Текст издавался для подростков, и она попросила «кинуть мостик к современным детям». Так Кирилл и появился. В текущей версии я предлагала убрать его, но редактор этой версии попросила оставить. Видимо, вымышленный племянник навсегда останется со мной.