Толик вышел покурить. Метель гуляла по пустынной улице, наметая сугробы у ворот морга. Он поднял воротник куртки и прикурил от зажигалки. Работа в морге оказалась странной — тяжёлой морально, но при этом спокойной. Здесь не нужно было объясняться, скрывать своё прошлое. Мёртвые не задавали вопросов.
Год назад он вернулся из мест не столь отдалённых. Пять лет за поножовщину — срок немалый. За это время многое переосмыслил, многое понял. Главное — осознал, каким идиотом был всю свою жизнь.
В молодости характер у Толика был буйный. Мать чуть ли не каждую неделю платила за разбитые стёкла и носы. Потом денег не хватило, и его посадили. Всего на полтора года, но этого хватило, чтобы обозлиться на весь мир. Особенно на мать.
Она приезжала на свидания, привозила передачи, но Толик упрямо отказывался её видеть. Вышел — завербовался на Север, даже не сказав, куда уезжает. Как она его там нашла — до сих пор непонятно.
Толик сейчас часто вспоминал тот день. И каждый раз становилось стыдно до физической боли.
Тогда у него закрутился роман с поварихой Аллой. Девушка сбежала на Север от мужа-тирана и долго ни с кем не общалась. Толик был первым, кто пробил её броню. Он всерьёз надеялся на семью, на нормальную жизнь. Уже решил завязать с криминалом, зарабатывать честно и вернуться домой с любимой женщиной.
В тот день он сидел в столовой и собирался сделать Алле предложение. Дверь распахнулась.
— Толян, тебя там ищут.
— Кому я там понадобился?
— Женщина какая-то. Говорит, что твоя мать.
Толик сорвался с места под изумлённым взглядом Аллы и выскочил на улицу. Мать стояла в старом пальто и плакала.
— Зачем ты приехала? Зачем? — заорал он.
— Прощения просить...
— Зачем оно мне? Ты мне жизнь сломала! Проваливай отсюда!
Мать отшатнулась, а Толик развернулся. И тут же получил звонкую пощёчину от Аллы.
— Опомнись! Что ты творишь?
— Из-за неё я в тюрьму сел!
— Из-за неё? Ты сидел дома, читал книжки, а мать попросила тебя посадить? Или ты сам стёкла бил и носы ломал?
Толик попытался уйти, но Алла забрала его мать к себе. Через два дня, когда женщина уехала, он кинулся к девушке, но та послала его коротко и ясно.
В тот же вечер он устроил пьяную драку с поножовщиной. Пять лет получил...
Дверь морга открылась, и внутрь заглянул Вася — молодой парень, недавно устроившийся на работу.
— Толян, привезли кого-то.
Они вышли к машине скорой. Санитар протянул документы.
— Женщину нашли в заброшенном доме. Бомжиха, судя по всему. Но при ней были документы.
— И что?
— Смотри сам. По паспорту выходит, что это жена Поликарпова.
Вася присвистнул.
— Того самого? Бизнесмена?
— Его самого. Я пока ехал, в интернете порылся. Года три назад про его жену перестали упоминать. Говорят, сбежала от него.
Толик задумчиво покрутил паспорт в руках.
— Полиция сама позвонит родственникам.
— А может, нам позвонить? Вдруг там всё сложнее, чем кажется.
Вася вскоре уснул в каморке — молодость брала своё. Толик достал документы покойной. Оттуда выпал листок с номером телефона и подписью: «Муж».
Долго он смотрел на этот листок. Потом взял служебный телефон и набрал номер.
— Дмитрий Александрович?
— Да.
— Я из морга. К нам привезли женщину. У неё в документах был ваш номер. Вера Александровна.
На том конце трубки послышался стон.
— Она... умерла?
— Да. Подумал, что вам нужно знать.
— Я сейчас приеду.
— Зачем? Вас пригласят на опознание официально.
— Я сказал — приеду! И не вздумай не пустить меня к ней!
Толик растерянно опустил трубку. Разбудил Васю и вкратце объяснил ситуацию.
Через двадцать минут у морга остановился чёрный внедорожник. Из него выскочил крупный мужчина лет сорока пяти.
— Кто звонил?
— Я, — Толик вздохнул. — Но мы не имеем права вас пустить.
— Мне плевать, — мужчина осёкся и посмотрел пустыми глазами. — Друг, мне очень нужно. Я должен увидеть её, должен сказать ей то, что не успел при жизни. Прошу, пять минут.
Толик внимательно посмотрел на него.
— Вы понимаете, что там не одна она?
— Понимаю.
— Пошли. Но только пять минут.
Они с Васей сидели в каморке и смотрели в монитор. Поликарпов стоял на коленях возле тела жены и рыдал. Что-то говорил ей, гладил по волосам. Потом взял её руку и надел на палец кольцо.
Вася тихо спросил:
— Что вообще происходит?
Через несколько минут Поликарпов вышел к ним. Лицо мокрое от слёз.
— Есть закурить? Бросил десять лет назад, но сейчас надо.
Толик протянул пачку. Мужчина затянулся и заговорил:
— Знаете, что самое страшное? Не находить времени поговорить. Я всегда любил Веру. Но у меня был бизнес, деньги, суета. Она была одна. А потом заболела. Серьёзно заболела. И побоялась остановить меня в этой гонке, рассказать. А может, пыталась, но я не слышал. У меня не было времени. И она ушла. Просто ушла. Оставила письмо, что скоро умрёт и не хочет мешать своими проблемами. А сверху положила обручальное кольцо. Она знала, что умирает. Я со всеми своими деньгами и связями не смог её найти. Даже не подумал искать среди бездомных. Она оказалась умнее и добрее меня. — Голос мужчины сорвался. — Я должен был попросить прощения и надеть наше кольцо обратно.
Поликарпов двинулся к машине, но остановился.
— Если у вас есть что сказать близким — скажите сейчас. Не ждите, пока будет поздно.
Машина уехала. Толик всю ночь просидел, обхватив голову руками.
Утром он первым делом выскочил на улицу и поймал такси. Вася удивлённо спросил:
— Ты куда? На тебе лица нет.
— Есть у меня одно лицо, Вась. Жизнь одна. Нужно или не делать ошибок, или находить силы их исправлять.
Толик стоял перед знакомой дверью. Сердце бухало где-то в горле. Поднял руку к звонку, но нажать не мог. И тут дверь распахнулась.
— Толик! Мальчик мой!
Мать упала к нему в объятия. Толик прижимал её, гладил по седым волосам.
— Мам, прости меня. Прости, если сможешь.
— Что ты, сынок. Я так ждала тебя. Заходи скорее.
Толик прошёл по знакомым комнатам. В его детской всё было по-прежнему.
— Мам, ты ничего не поменяла?
— Как я могла? Это твоя комната. Я всегда ждала, что ты вернёшься.
Они пили чай на кухне, когда в двери повернулся ключ.
— Анна Михайловна, я такие мандарины купила!
На кухню вошла Алла. Та самая. Она замерла, уставившись на Толика.
— Ты?
— Или мне мерещится?
Алла повернулась к его матери.
— Он опять ругаться приехал?
— Что ты, Аллочка. Толик приехал просить прощения.
Алла поставила сетку с мандаринами на стол.
— Было бы кого тут ждать.
Раньше Толик обиделся бы и нагрубил. Сейчас он широко улыбнулся.
— Алла, я не знаю, что ты тут делаешь, но безумно рад тебя видеть. Правда.
Алла нахмурилась, потом улыбнулась в ответ.
— А ты изменился. Очень надеюсь, что именно так, как я думаю.
Они пили чай, болтали, смеялись. Толик чувствовал себя так хорошо, как никогда в жизни.
— Алла, ты замужем?
Она покраснела.
— Нет, не получилось...
— Мам, можно я провожу Аллу?
Мать смахнула слезу.
— Конечно. Твои ключи висят в прихожей, как всегда.
Через неделю Толик уволился из морга. Вася грустно сказал:
— Ещё неделю назад у тебя никого не было. А теперь и мама, и невеста.
Толик только улыбнулся.