Я уже начал ощутимо зябнуть, пролежав несколько минут в мокрой и холодной от утренней росы траве, однако, когда поднялся, непроизвольно поёжиться меня заставило вовсе не чувство холода, а неожиданно странное поведение двоих моих спутников, от которых я намеренно приотстал на некоторое расстояние: они почему-то стояли неподвижно и молча, повернувшись в мою сторону и устремив заметно озадаченные взоры не то на меня самого, не то куда-то дальше. Это были видеооператоры, и в их компанию мне удалось на денёк затесаться, пока они снимали материал для будущего документального фильма о диких обитателях Сихотэ-Алинского заповедника.
Незадолго до этого мы вышли из места нашего базирования и, приближаясь к узкому перешейку, разделяющему море и озеро Благодатное, заприметили впереди пару рыжих лисиц на берегу последнего. Киношники были вооружены большой специализированной оптикой, позволяющей «доставать» объекты издалека, а я же за неимением таковой рассчитывал в этом походе только на пейзажи и какое-нибудь макро, поэтому остановился, дабы не создавать лишний шум, когда те двое начали съёмку, устремив свои внушительные объективы на животных, одно из которых вскоре скрылось в высоком прибрежном тростнике, а другое стало постепенно удаляться по открытому пространству галечной косы, заставляя операторов так же следовать за ним короткими перебежками.
Пейзажи я уже поснимал и, чтобы не скучать, припал к земле, фотографируя единственные росшие в этом месте невзрачные цветочки, оказавшиеся, если верить интернету, чиной японской или морским горохом.
И вот, встав на ноги и переведя взгляд от видоискателя на находившихся поодаль товарищей, я замечаю их сосредоточенное внимание к чему-то в моей стороне, машинально оборачиваюсь назад и вижу там на уступе береговой террасы уровнем выше моего пристально наблюдающего за мной зверя... Да нет, почему сразу тигра? Это снова была лиса. А если бы тигр, то вы, возможно, сейчас это бы не читали. Как бы то ни было, фото лисы у меня в портфолио тоже нет, а хотелось бы иметь, однако расстояние между нами было таковым, что я даже не стал включать камеру, понимая бесполезность попытки, да и рыжая, заметив мой взгляд, не замедлила скрыться за край террасы.
Но оказывается, перед этим, пока я ползал по земле, фотографируя всякие дурацкие листики, эта самая плутовка подходила ко мне и даже задерживалась возле меня настолько близко, что, по заверениям видевших всё киношников, я бы мог снять её даже крупным планом своим объективом! Они вообще решили, что я лёг в траву специально, чтобы скрадывать лису. Похоже, это была та особь, что вначале ушла из нашего поля зрения в тростник.
В итоге я, конечно, вырезал часть из большого кадра, сделанного мной издалека, когда мы только подошли сюда, но лисичка на нём остаётся слишком малозаметной, так что в зачёт такая фотография пойти не может. Досада моя не знала границ...
Но пора было двигаться дальше. Парни хотели попытаться заснять горных козлов горалов на высоких прибрежных скалах за мысом в двух-трёх километрах отсюда, и часть пути до них пролегала по очень любопытному месту – нанесённой прибоями узкой пересыпи, отделившей в своё время морскую лагуну, в результате чего и образовалось озеро Благодатное. В его юго-восточной оконечности имеется вдающийся глубоко в косу отросток-закуток, и между его краем и морем, чей урез воды расположен немного ниже, остаётся всего лишь несколько метров.
Периодически это место разбивается штормами или размывается характерными для здешнего климата затяжными ливнями, и в озеро поступает морская вода, отчего Благодатное частично остаётся солёным. Также волны выбрасывают на косу ламинарию, способную вызвать ассоциации с выползающим из пучины драконом, да культурные артефакты от соседей:
В тот день на скалах нам не повезло увидеть горалов, зато спустя год фотоловушка заповедника, как утверждается, впервые застала таковых за заплывом как раз через этот узкий отросток озера. Ну а меня он всё-таки отпустил тоже не с пустыми руками, ведь я оказался в том месте аккурат в период нереста дальневосточной краснопёрки, и бесчисленное множество этих рыб бесновалось тут на мелководье, делая его похожим на котёл с безудержно крутящимися в нём хвостами, головами и хребтами среди брызг и пены, будто кто-то неумеющий варить уху вместо медленного томления врубил огонь на полную мощность:
С противоположной же стороны косы в этот самый момент разворачивалось другое динамичное и драматичное действие, оканчивающееся, увы, природной трагедией. Дело в том, что вода Благодатного в этом месте просачивается через камни (в тупике заливчика можно даже наблюдать как бы уходящее вникуда течение) и стекает сверху в море, из которого подходят ведомые инстинктом размножения колюшка и ещё какие-то мелкие рыбёшки и с маниакальным упорством пытаются пробраться к вожделенному истоку этих пресных струй, зарываясь глубоко в камни. Упершись в итоге в непреодолимый барьер и не имея заднего хода, они, естественно, вскоре там погибают.
А вот для перелётных птиц сейчас был несезон, но во время массовых весенней и осенней миграций Благодатное становится перевалочной базой для огромного количества пернатых, не говоря о тех, для кого оно и всегда служит домом и местом гнездования. Проводя постоянный мониторинг, заповедник фиксирует на озере в разные времена года присутствие многих-многих десятков видов, среди которых различные утки, гуси, цапли, лебеди, бакланы, поганки, орланы... Для работы по наблюдению за всей этой братией на берегу построено несколько специальных вышек.
Удивительно, что расположенное в пешей доступности отсюда соседнее озеро Голубичное пернатые не жалуют, несмотря на всю его внешнюю привлекательность, по крайней мере, с человеческой точки зрения. Хотя, само по себе оно выглядит довольно просто, а живописным становится в ансамбле с уютной песчаной бухтой Голубичной и впадающей в неё рекой всё с тем же названием.
Я слышал версию, за достоверность которой, правда, ручаться не могу, что это обитающие в данном озере таймени так подъедают водоплавающую птицу, не давая ей хорошо расплодиться. Речь идёт о таймене сахалинском – проходной, в отличие от сибирского сородича, рыбе, которая, однако, может образовывать обособленные популяции в пресноводных водоёмах, что произошло и в Голубичном.
А в целом же ихтиофауна рек и озёр на восточной стороне Сихотэ-Алиня не имеет почти ничего общего с водоёмами к западу от него, принадлежащими уже бассейну Амура, и к рассказу об этом я, наверное, ещё вернусь в следующих частях.
Буду безмерно благодарен за поддержку подпиской моей страницы фотографа в ВК, где я периодически выкладываю интересные снимки
Похожее в моих публикациях: