Среди сотен религиозных рукописей Мертвого моря археологи нашли аномалию — подробную инструкцию по поиску баснословных кладов. Но тайна оказалась крепче металла.
В марте 1952 года французский археолог Анри де Контенсон обследовал очередную пещеру в скалах Кумрана, на северо-западном побережье Мертвого моря. За четыре года до этого бедуинские пастухи уже обнаружили здесь первые свитки, положившие начало величайшей археологической сенсации века. Теперь учёные вели планомерные раскопки.
В пещере номер 3 взгляд исследователя привлекли необычные предметы. В углу, среди вековой пыли и обломков керамики, лежали два странных свертка. Они явно отличались от всего, что находили раньше — не хрупкий пергамент или папирус, а тускло поблескивающий металл. Это были два рулона из тонкого листового металла, настолько окислившегося за две тысячи лет, что они превратились в практически монолитные цилиндры. Никто тогда не мог предположить, что эта находка станет самой загадочной среди всех свитков Мертвого моря.
«Бедный родственник» среди сокровищ
Кумранские свитки — это около 900 рукописей, главным образом религиозного содержания. Тексты Ветхого Завета, уставы общины, литургические гимны — всё это писали на пергаменте и папирусе чернилами. Материалы дешевые, доступные, привычные для той эпохи.
И вдруг — медь. Тонкие листы из сплава с очень высоким содержанием меди (около 99%) и небольшой примесью олова, скрепленные заклепками в единое полотно длиной около 2,5 метров и шириной примерно 30 сантиметров. В древности медь была дорогим и технологически сложным в обработке материалом. Выгравировать на ней текст, да еще и с такой тщательностью, — задача колоссальной трудоемкости. Зачем аскетичной общине, члены которой, по свидетельствам историков, не имели личной собственности и донашивали одежду до дыр, понадобился такой необычный и дорогой носитель?
Вопросов становилось всё больше. Язык надписи отличался от библейского иврита остальных свитков — это был разговорный, так называемый мишнаитский иврит, предшественник современного. И сам жанр текста выбивался из общего ряда.
Разрезать, чтобы прочесть
Три года свитки пролежали в музее, прикованные к витринам. Ученые видели их, но не могли прочесть. Окисленный металл стал настолько хрупким, что любая попытка развернуть свиток грозила уничтожить его полностью. Профессор Карл Георг Кун из Геттингена часами простаивал у витрины, пытаясь разглядеть буквы на обратной, чуть более доступной стороне свитков. Ему удалось прочесть отдельные слова: «серебро», «копай», «локти». Коллеги скептически посмеивались — какой клад может быть у кумранских отшельников?
Решение пришло из Англии. Джон Аллегро, молодой и азартный член международной комиссии по изучению свитков, убедил руководство пойти на радикальный шаг: разрезать свитки, чтобы добраться до текста.
В Манчестерском технологическом колледже сконструировали уникальный станок. Тонкая, как волос, пила диаметром всего 5 сантиметрови толщиной 0,15 миллиметра должна была разрезать металл, не разрушая его. Свитки залили защитным составом, закрепили и начали ювелирную операцию.
30 сентября 1955 года был сделан первый разрез. В течение нескольких месяцев весь свиток превратили в 23 узкие полосы в форме полуцилиндров. Текст, скрытый две тысячи лет, наконец, открылся взору исследователей. И то, что они увидели, превзошло все ожидания.
Инвентарная опись империи
Перед учёными предстал сухой, бесстрастный список. «В руинах, что в долине Ахор, под ступенями, ведущими на восток, на глубине сорока локтей: денежный сундук и его содержимое весом в семнадцать талантов» . «В большой цистерне во дворе колонного зала, в углублении напротив двери: спрятано девятьсот талантов». И так далее — 64 пункта, описывающих тайники по всему Израилю: в пещерах, цистернах, гробницах, под стенами и водопроводами.
Свиток содержал около трех тысяч букв. Арифметика, которую проделали исследователи, заставила их замереть. Речь шла о фантастических богатствах: 1280 талантов золота, 3282 таланта золота и серебра (без разделения), 65 золотых слитков, 608 кувшинов с серебром, 619 золотых и серебряных сосудов. В переводе на современные меры веса — это минимум 140 тонн драгоценных металлов, а по некоторым оценкам — до 400 тонн. Стоимость этих сокровищ сегодня исчислялась бы десятками миллиардов долларов.
В последней, 10-й колонке свитка содержалась, пожалуй, самая интригующая запись: «На соседнем участке с северной стороны в пещере с выходом на север, у входа в которую расположены могилы, имеется копия с объяснением, размерами и всеми подробностями» . Выходит, где-то существует еще один, более подробный список?
Откуда золото у аскетов?
Вот тут и возникла главная загадка, над которой бьются ученые уже семь десятилетий. Откуда у кумранской общины ессеев, исповедовавших аскетизм и бедность, такие богатства?
Первая и самая популярная версия гласит: это сокровища Иерусалимского Храма. В 70 году нашей эры римские легионы Тита подавили восстание в Иудее и сожгли Второй Храм — главную святыню и сокровищницу народа. Жрецы, понимая, что город обречен, могли успеть вынести и спрятать храмовые ценности. А ессеи, жившие неподалеку от Иерусалима в Кумране, могли стать хранителями тайны и выгравировать список убежищ на меди, чтобы информация сохранилась на века .
Эта версия красива, но уязвима. Законы иудаизма строго запрещали использование храмовых благовоний и драгоценной утвари вне Храма. Однако в свитке упоминаются «сосуды для благовоний» и другая храмовая атрибутика. Возникает вопрос: стали бы священники рисковать всем, чтобы спрятать предметы культа за многие километры от святого места?
Норвежский профессор Сигмунд Мовинкель выдвинул иную гипотезу: это вообще не про реальные сокровища. По его мнению, «Медный свиток» — это апокриф, эсхатологический текст, легенда о несметных богатствах, которые обретут праведники в конце времен. Своеобразная утопия, мечта о Золотом веке, воплощенная в металле.
Карта, которая не ведет к цели
Как только перевод был опубликован, началась лихорадка. Джон Аллегро, первым расшифровавший текст, сам возглавил экспедицию по поиску кладов. Кумран и его окрестности были перекопаны заново — но безрезультатно.
Почему же клады до сих пор не найдены? Причины могут быть разными. Во-первых, топография Иудеи за две тысячи лет изменилась до неузнаваемости. Исчезли старые русла, засыпало пещерами, сравняли с землей постройки. Ориентиры, понятные современнику, для нас — пустой звук.
Во-вторых, язык свитка полон терминов-загадок. Что такое «Дом дани»? Что значит «Плита цепи»? Ученые спорят о значении этих слов до сих пор.
В-третьих, никто не отменял человеческий фактор. Кто-то мог найти сокровища еще в древности. Возможно, сами римляне или более поздние завоеватели.
Впрочем, энтузиасты не сдаются. Британский исследователь Роберт Фезер в конце XX века выдвинул сенсационную гипотезу: сокровища спрятаны вовсе не в Израиле. Фразы «великая река» и «пророк» в тексте он интерпретировал как Нил и фараона-еретика Эхнатона. Сравнив описание из свитка с планами египетского города Амарны, он нашел поразительные совпадения — ступени, площадь, дом приношений. Но египетские власти так и не дали разрешения на проверку его догадки.
Неразгаданная тайна
Сегодня «Медный свиток» хранится в Иорданском археологическом музее в Аммане, вдали от основной коллекции кумранских рукописей, оказавшихся в Израиле.
Он по-прежнему молчит. За исключением нескольких букв, утраченных из-за коррозии при распиловке, текст известен полностью. Но ключ к шифру местности потерян. Возможно, копия, о которой говорится в конце свитка, действительно существует где-то в пещере с выходом на север. Или, быть может, это просто литературный прием, заставляющий искателей приключений верить в чудо.
Так или иначе, «Медный свиток» остается уникальным документом. Это единственный нелитературный, "деловой" текст среди кумранских находок. И независимо от того, найдутся ли когда-нибудь 400 тонн золота и серебра, он уже подарил нам нечто большее — возможность прикоснуться к живой, полной страстей и надежд истории двухтысячелетней давности. История о спрятанных сокровищах — это всегда история о вере в чудо. И кто знает, может быть, однажды оно случится.
