В гражданской войне 83-82 годов до новой эры Лукреций Офелла сражался на стороне Луция Корнелия Суллы, который доверил ему вести осаду Пренесте, где укрылся Гай Марий Младший. После капитуляции города Офелла отправил Сулле голову Гая Мария. Через год Офелла вопреки настоятельной просьбе Суллы об отказе выдвинул свою кандидатуру на предстоящих консульских выборах и был прилюдно убит по приказу диктатора.
В обсуждениях на историческом форуме темы правления Луция Суллы в Риме был оставлен комментарий, автор которого замечал в отношении диктатора, что тот не щадил ни своих врагов, ни друзей, оказавших ему в ходе гражданской войны неоценимые услуги. В качестве убедительного примера автор комментария привел убийство сторонника диктатора Офеллы, который был казнен на глазах у римской толпы по приказу Суллы только за то, что посмел выдвинуть свою кандидатуру на должность консула. В связи с этим высказыванием, я полностью оправдываю действия Суллы с юридической стороны, но не правомерность его поступка в степени избрания меры наказания для своего бывшего военачальника.
По сообщению Плутарха: «Лукреций Офелла, тот, что успешно осаждал Мария в Пренесте, стал домогаться консульства и выступил соискателем. Сулла поначалу старался не допустить этого. Но когда Офелла, пользуясь поддержкой толпы, ворвался на форум, Сулла послал одного из своих центурионов зарезать его, а сам сидя на своем кресле в храме Диоскуров с высоты наблюдал за убийством. Люди схватили центуриона и привели его к креслу Суллы, но тот велел возмущенным замолчать и сказал, что так распорядился он сам, а центуриона приказал отпустить».
По словам Аппиана: «Вообще Сулла был человек жестокий и крайне вспыльчивый. Квинт Лукреций Офелла, завоевавший для него Пренесте, желал быть консулом, хотя он был еще только всадником и не отправлял ни квесторской, ни преторской должности. Лукреций претендовал на консульство, опираясь на старый обычай и основываясь на значительности всего им совершенного. Он просил и граждан о поддержке его домогательства. Сулла стал препятствовать этому и старался удержать Лукреция, но не смог его убедить. Тогда он убил Лукреция на форуме. Собрав народ в собрание, Сулла сказал: «Вы, граждане, знаете и услышите это теперь от меня: Я убил Лукреция, так как он меня не послушался».
По свидетельству того же летописца в год убийства Офеллы: «Чтобы сохранить видимость исконного государственного строя, Сулла допустил и назначение консулов. Консулами стали Марк Туллий и Корнелий Доллабела. Сам Сулла, как обладающий царской властью, будучи диктатором, стоял выше консулов. Перед ним как перед диктатором несли двадцать четыре секиры, столько же, сколько носили и перед прежними царями».
Теперь следует пояснить, что по закону Виллия 180 года до новой эры в Риме был установлен строгий иерархический порядок очередности должностей: квестор, курульнй эдил, претор и консул. Стать консулом можно было только после исполнения предыдущих должностей. Целью закона являлось недопущение слишком молодых и не опытных граждан на пост высших магистратов.
Через столетие закон Виллия был дополнен законом Луция Суллы, который также запретил занимать должность претора ранее отправления должностей квестора и должность консула ранее отправления самой должности претора. Сулла законодательно определил минимальный возраст для занятия каждой должности: для квестуры – тридцать лет; для претуры – сорок и для консулата – сорок два года. За отсутствием сведений о годе рождения Лукреция Офеллы я не могу судить о нарушении им возрастного ценза для консулата. Но то, что он проигнорировал последовательность исполнения высших должностей в своем выдвижении на должность консула – очевидно.
Таким образом, предварительно убеждая Офеллу отказаться от выдвижения на должность консула, Сулла однозначно выступал в роли просителя не как друг и покровитель своего соратника по гражданской войне, а как диктатор с царскими полномочиями. Лукреций явно злоупотребил дружеским расположением Суллы по отношению к себе и для достижения заветной цели стать консулом привлек толпу сограждан, что окончательно переполнило чашу терпения диктатора, и он приказал прилюдно убить Офеллу, тем самым показав всем, что не потерпит никакого ослушания не столько действующему закону, как своей воле.
