Рассказ нашего постоянного автора о его детстве, опаленном войной
Я принадлежу к поколению детей войны. Родился в самый ее разгар – 1943 году – можно сказать, вопреки мировой кровавой бойне. Вспоминаю свое босоногое детство.
Это сейчас говорят, как полезно ходить босиком по траве, песку, гравию. Массаж, активация биологически активных точек… А у нас, пацанов, в ту пору просто не было обувки. На ногах всегда цыпки, часто кровоточащие. Хлеб и тот не всегда в доме был. Жили на «подножном корме». Выручал Виноградненский лес: лесные яблоки, груши, кизил, терн, ежевика и, конечно, сладкий-пресладкий тутовник.
Одиннадцатилетним мальчиком я пошел работать в колхоз вместе со своим закадычным другом Аликом Акоевым. Пололи кукурузу, подсолнечник, а потом работали на тракторах прицепщиками, на комбайнах копнильщиками. Приходилось работать и в ночную смену. Как же тогда хотелось спать!..
Помогал и своему дяде Коле, работавшему «на лошадях». Мне всегда было жалко животных. Помню, как сжималось сердце, когда дядя стегал кнутом лошадей-тружениц.
– Ну, что делать, Шурик? – говорил он. – Вот видишь, бричка с сеном попала в колдобину, того и гляди перевернется. А чтобы не перевернулась, надо скорость набрать.
Сейчас многие держат животных в своих квартирах. Кошек, собак моют шампунями, подстригают, кормят специальными консервами, гранулами, регулярно выгуливают любимых питомцев. А у нас тогда был «верный пес Барбос, который барскую усердную службу нес» – эта цитата из басни дедушки Крылова. Не знаю, учат ли теперь в школе басни, стихи. А мы, пацаны, идя на Терек рыбачить, учили. И стихи запоминались легко, сами собой. И всегда с нами был пес Барбос. Хвост трубой, в шерсти репье. И где только не носило пса! Вот он, распространитель сорных растений. Периодически мы, конечно, чистили его. Зимой в любую стужу наш Барбос прятался в свой домик, совсем неказистый – дощатый ящик, весь в щелях, а на дне солома натрушена. Ветер насквозь его продувал. Студеным вечером я делал уроки при свете керосиновой лампы. В печке еле-еле горели сырые дрова. Закончив, сразу забирался под лоскутное одеяло, весь съеживался, однако, думал: «А каково же сейчас нашему песику, верному сторожу?»
Когда подрос, все присматривался, как старшие мастерят из досок всякие необходимые вещи. Как же хорошо у них получается! А тут в школе организовали ученическую бригаду. Бригадиром избрали старшеклассника Володю Хатагова. Был у нас и кружок кролиководов. Дети не только ухаживали за животными, но и сами мастерили для них клетки. Очень жаль, что в настоящее время мало внимания уделяется трудовому обучению. А потом мы удивляемся: почему среди молодежи столько бездельников и неумех? И в семейной жизни проблемы. Что же это за мужчина, который гвоздь забить не может? Но кто мальчика всему научит, если у него еще и отца нет? А сколько было таких среди нас – детей войны!
Многому я научился в школе у Сергея Харитоновича Лохова, бывшего военного, который преподавал у нас физику. Когда у нас что-то не получалось он твердил: «Тяжело в учении, легко в бою! Школа вам дает не только теорию, но и практику. Это пригодится в жизни и девочкам – будущим мамам, хозяйкам, и мальчикам – будущим отцам и защитникам Отечества».
И я соорудил тогда своему другу Барбосу довольно-таки добротную конуру с двускатной крышей, с полом. А чтобы не заводились блохи, в соломенную подстилку добавил майскую полынь. Это мне посоветовал сосед, дядя Фидар. «Нарви полынь и положи в конуру – это проверенное народное средство. Не то, что баллончики-распылители, в которых всякие там химикаты, действующие на глаза, уши, нос. Собаки все стерпят, ведь сказать не могут», – наставлял он меня. Как не слушать дядю Фидара, он ведь зоотехник в колхозе. Все у меня хорошо получилось, только трудно чистить конуру, выметать подстилку. И я сделал выдвижной пол. Очень удобно и собаке хорошо.
О целебных свойствах полыни многим известно. Мне вспомнился из далекого послевоенного детства такой случай. Женщины выгоняли коз в табун и высказывали пастуху: «Ты что же это, Васька, коз погнал на пригорок, заросший полынью. Они поели ее, теперь молоко горькое». А пастух оправдывался: «Полынь – это сильная трава, посмотрите, все погорело от такой жары, а полыни ничего, это целебное растение, людям помогает».
Прошли годы, я учился, работал, часто был в командировках, ел наспех, часто всухомятку. Появились боли в желудке. Пришлось обратиться к врачам. Провели обследование, выписали лекарства, но они помогали слабо. Я и воду пил «Славянскую», «Смирновскую», «Ессентуки». Было получше, но все-таки не то, что прежде. И вот мне дал совет один пожилой мужчина-травник: «Заведи себе козу, выбери хорошую, с молоком без запаха, высокоудойную, лучше зааненской породы, обращайся с ней ласково, она будет давать тебе целебное молоко, и все болячки твои пройдут». Я так и поступил. Летом коза давала мне до четырех литров молока. Проблем с кормом не было. Как-то дал я ей пучок полыни, она схрумкала его, еще хочет. «Подожди-ка, лапушка, – сказал я ей. – Много сразу нельзя, молоко будет горьким». Припомнил я ругавших пастуха женщин из далекого детства. И правда, молоко вечером, когда подоил свою целительницу, имела привкус полыни. Ну, не то, что аптечная настойка полыни, горькая-прегорькая, выпил кружку парного молока, даже не поморщившись. Почитал справочники по лекарственным растениям, там написано о многих целебных свойствах полыни. Так что в корм добавлял своему четвероногому фармацевту обязательно немного полыни, коза ела даже с удовольствием. К моему удивлению, через несколько месяцев проблем с желудком не было, а потом я забыл о нем и вовсе. Потом, уже работая на станции юннатов, я стал серьезно изучать лекарственные растения. Даже закончил курсы у московского профессора, получил диплом. Если кто-то обращался ко мне с просьбой помочь в лечении болезней, связанных с легкими, то я советовал завести себе козу, скармливать ей солодку голую, и пить молоко. А тем, у кого пошаливают нервишки, а таких сейчас немало (все куда-то спешат и все равно не успевают), советовал своей козе давать пучок пустырника. Это такая трава, не имеющая противопоказаний. Даже валериана при непрерывном приеме вовсе не безвредна, а пустырник – то, что надо. А еще меня трижды приглашали на популярную раньше программу «Малахов плюс», где я рассказывал о лекарственных растениях.
Александр ПРОКОПОВ, г. Моздок