На стене одного из зданий Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге можно увидеть бронзовый барельеф: на нём пятеро альпинистов и знакомые всем очертания Петропавловского собора, Адмиралтейства, Исаакия. Под изображениями выбита надпись: «Барельеф установлен в честь героического подвига альпинистов — защитников блокадного Ленинграда Михаила Боброва, Ольги Фирсовой, Александры Пригожевой, Алоиза Зембы, Михаила Шестакова».
...С первых дней блокады Ленинград подвергался интенсивным обстрелам и бомбёжкам. Шпили и купола города враг использовал как ориентир для ведения прицельного огня. Нужно было в кратчайшие сроки замаскировать все архитектурные доминанты, для этого сформировали бригаду из тридцати спортсменов-альпинистов под руководством инженера Л.А. Жуковского.
Самыми сложными и опасными были работы по маскировке высотных памятников Ленинграда: Адмиралтейства, Петропавловского собора, Михайловского замка, Исаакиевского собора. Они были выполнены альпинистами Михаилом Бобровым, Алоизием Зембой, Александрой Пригожевой, Ольгой Фирсовой, Михаилом Шестаковым. Возглавляла работы Ольга Фирсова.
Маскировка Петропавловского собора, у стен которого и располагается сегодня памятный барельеф, продолжалась с октября 1941-го по февраль 1942-го. Это был адский труд и настоящий подвиг. Температура воздуха опускалась ниже 42 градусов. Работали ночами. Из-за низкой температуры и шквального ветра удалось подняться на шпиль собора лишь с седьмой попытки. Но дело было сделано: уникальные памятники были сохранены, жизни тысяч ленинградцев спасены.
Тяжело альпинистам далось выполнение этой важной задачи. В ноябре 1941-го Александра Пригожева, провисев на шпиле Михайловского замка 16 часов, застудила почки. Ольгу Фирсову и Алоиза Зембу измучила цинга. Михаил Бобров с трудом приходил в себя после пережитых утрат: в феврале 1942 года от голода умерла его мама, чуть позже он похоронил и отца.
К лету 1942 года из группы в живых остались трое: Михаил Бобров, Ольга Фирсова и Михаил Шестаков. Александра Пригожева и Алоизий Земба погибли от голода. Оба Михаила вернулись на фронт. Ольга Фирсова одна из их группы продолжала начатое дело. А после Победы именно она сре́зала стропы, удерживавшие чехол на адмиралтейском кораблике – вернула спрятанное и сохранённое сокровище любимому городу. Личный вклад Ольги Фирсовой в защиту Ленинграда — десять тысяч рабочих часов альпиниста-высотника.
Как сложилась жизнь трёх героев-альпинистов, уцелевших в блокаду?
Михаил Шестаков (супруг Ольги Фирсовой) в 1942-м не только маскировал высотные здания города, но и в качестве виолончелиста участвовал в знаменитом блокадном исполнении 7-й «Ленинградской» симфонии Дмитрия Шостаковича в Большом зале Филармонии.
Михаил рассказывал своему другу М. Боброву: «Маскируя купол Никольского собора под бомбёжкой и обстрелом, мы смотрели на раскинувшийся внизу героический город – борющийся, дышащий отвагой Ленинград, нам казалось, что Седьмая симфония продолжает звучать...»
В послевоенное время Михаил Иванович полностью переключился на высотные работы, занялся промышленным альпинизмом, собрал бригаду и перешёл на хозрасчёт. В 1962 году Шестакову было предъявлено обвинение в хищении государственных средств. Его осудили на 7 лет лишения свободы, выпустили через четыре года. В январе 1979-го на горнолыжной базе в Можайском районе Михаил Шестаков упал и сломал ногу, а 2 февраля 1979 года умер.
Ольга Фирсова прожила долгую жизнь и скончалась в 2005 году в возрасте 94 лет. После войны она ещё год занималась демаскировкой шпилей. Потом вернулась к своей довоенной профессии: хормейстер. Отношения с Михаилом Шестаковым закончились тогда же. Супруги развелись. Ольга снова вышла замуж, родила дочь. В 2001 году Фирсова переехала в Берлин к своей дочери, где и прожила последние шесть лет жизни. По её просьбе была похоронена в Санкт-Петербурге, на Северном кладбище.
Михаил Бобров воевал разведчиком на Ленинградском фронте, затем продолжил службу в качестве старшего инструктора альпинизма 105-го отдельного горно-стрелкового отряда на перевалах Главного Кавказского хребта. В начале января 1943 года несколько горнострелковых отрядов, в один из которых входил Бобров, были отправлены к вершине Эльбруса с целью сбросить с пика фашистский флаг. В феврале 1945-го Михаила Боброва командировали в Иран для обеспечения безопасности отряда топографов. «Победу мы встретили на самой высокой точке Ирана – вулкане Демавенд-Кух высотой 5600 метров», – вспоминал Бобров.
После войны он окончил Военный институт физической культуры и много лет проработал тренером. Совершил десять восхождений на Эльбрус и даже побывал на Северном полюсе в 78 лет, благодаря чему его имя появилось в Книге рекордов Гиннесса. Михаил Бобров умер в августе 2018 года в возрасте 95 лет.
Именно Михаилу Боброву (и писателю Даниилу Гранину) принадлежит идея создания мемориальной доски, посвящённой блокадным альпинистам. Он присутствовал на церемонии открытия памятника, которая состоялась 18 января 2015 года.
«Я очень рад, что на этом памятном знаке мне удалось встретиться со своими товарищами, никого из них уже нет в живых, – говорил на открытии Михаил Михайлович Бобров. – Я помню всё до мельчайших подробностей. Как мы поднимались на шпиль, закрашивали его серой краской. Остальные купола были покрыты сусальным золотом, их мы маскировали брезентовыми чехлами. Работали ночью, домой не уходили. Отдыхали в Петропавловском соборе, устроили себе маленькую келью между надгробий императоров: положили матрасы и спали там. Мы спасали нашу архитектуру и любовались городом. Именно любовались, ведь он был необычайно красив даже в блокаду...» (www.metronews.ru)
* Ещё о блокаде Ленинграда: