Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Мандаринка

После каждой ссоры он уходит к маме. Я устала быть второй после свекрови

Мы с моим мужем Ромой вместе пять лет, женаты три. Я люблю его. Но если бы кто-то сказал мне перед свадьбой, что главным соперником в нашей семье станет не другая женщина, а его мама, я бы рассмеялась. Теперь мне не до смеха. Всё началось ещё в первый год совместной жизни. Мы поссорились из-за ерунды — я не помню уже из-за чего. Он хлопнул дверью и ушёл. Я думала, погуляет, остынет, вернётся. Прошёл час, два, три. Я начала звонить — телефон выключен. В четыре утра я уже обзвонила все морги и больницы. А в восемь утра он пришёл — свежий, выспавшийся, с пакетом домашних пирожков. — Ты где был?! — закричала я.
— У мамы, — спокойно ответил он. — Надо было остыть. Она меня накормила, я поспал. Всё нормально, не ори. Я онемела. Ему 30 лет. Он взрослый мужчина. И после ссоры с женой он бежит к маме. Не к друзьям, не в спортзал, не просто погулять — к маме. Чтобы она пожалела, накормила, уложила спать. — Ром, ты серьёзно? Тебе 30 лет! Ты не можешь решать конфликты как взрослый человек?
— А что

Мы с моим мужем Ромой вместе пять лет, женаты три. Я люблю его. Но если бы кто-то сказал мне перед свадьбой, что главным соперником в нашей семье станет не другая женщина, а его мама, я бы рассмеялась. Теперь мне не до смеха.

Всё началось ещё в первый год совместной жизни. Мы поссорились из-за ерунды — я не помню уже из-за чего. Он хлопнул дверью и ушёл. Я думала, погуляет, остынет, вернётся. Прошёл час, два, три. Я начала звонить — телефон выключен. В четыре утра я уже обзвонила все морги и больницы. А в восемь утра он пришёл — свежий, выспавшийся, с пакетом домашних пирожков.

— Ты где был?! — закричала я.
— У мамы, — спокойно ответил он. — Надо было остыть. Она меня накормила, я поспал. Всё нормально, не ори.

Я онемела. Ему 30 лет. Он взрослый мужчина. И после ссоры с женой он бежит к маме. Не к друзьям, не в спортзал, не просто погулять — к маме. Чтобы она пожалела, накормила, уложила спать.

— Ром, ты серьёзно? Тебе 30 лет! Ты не можешь решать конфликты как взрослый человек?
— А что такого? Мама — это семья. Она всегда примет. Я не понимаю, почему ты злишься. Я же не к любовнице ушёл, а к матери.

Он действительно не понимал. Для него это было нормой. Для меня — началом конца.

За три года это стало ритуалом. Любая ссора, любой спор, любое недовольство с моей стороны — он собирал вещи и уходил "к маме". Сначала на день, потом на два, потом мог и неделю не появляться. Я звонила — он не брал трубку. Я писала — читал, но не отвечал. Я приезжала к его матери — она встречала меня с ледяной улыбкой: "Ромочка отдыхает, не надо его тревожить. Вы, молодые, вечно ссоритесь, а мы, матери, всегда примем".

Она была счастлива. Её мальчик снова с ней. Она кормила его, стирала его носки, слушала, какая я "плохая". А я оставалась одна в пустой квартире и сходила с ума от непонимания.

— Рома, мы не можем так жить! — кричала я, когда он возвращался. — Ты не решаешь проблемы, ты убегаешь!
— Я не убегаю, я остываю. Мама помогает мне прийти в себя. Что в этом плохого?
— То, что ты не разговариваешь со мной! То, что я не знаю, вернёшься ты или нет! То, что твоя мама теперь знает все детали наших ссор!

-2

Я пыталась говорить с его матерью. Наивная.
— Татьяна Ивановна, поймите, нам нужно учиться решать конфликты самим. Когда Роман приходит к вам, он не учится договариваться, он учится убегать.
— Деточка, — она посмотрела на меня свысока. — Я мать. Моя задача — защищать своего ребёнка. Если ему плохо дома, он всегда может прийти ко мне. И я не позволю никому, даже жене, делать ему больно.

Она не понимала. Или не хотела понимать. Для неё я была чужой, которая отняла её сына. А её сын — вечный ребёнок, которого нужно спасать от "злой" жены.

Я поставила ультиматум: или мы идём к психологу, или я подаю на развод. Он нехотя согласился.

-3

На приёме психолог задал ему простой вопрос:
— Роман, когда вы уходите к маме после ссоры, чего вы ждёте от жены?
— Чтобы она поняла, что была не права, — ответил он. — Чтобы остыла и извинилась.
— А что чувствует Аня, когда вы уходите?
— Не знаю. Наверное, злится.
— Она чувствует себя брошенной, — мягко сказала психолог. — Она остаётся одна с проблемой, а вы уходите в безопасное место. Для неё это не "остыть", а некое предательство.

Рома впервые задумался. Кажется, до него начало доходить.

Прошло полгода терапии. Мы не стали идеальной парой. Ссоры бывают до сих пор. Но кое-что изменилось.

В последний раз, когда мы поссорились, я увидела, как он надевает куртку. Моё сердце упало. "Всё, опять", — подумала я. Но он подошёл, сел рядом и сказал:
— Ань, я злюсь. Мне хочется уйти к маме. Но я не уйду. Я останусь. Только, пожалуйста, дай мне полчаса побыть одному в другой комнате. Я остыну и мы поговорим.

Я чуть не расплакалась. Не от обиды — от облегчения. Он учился. Он оставался.

Мы установили правило: после ссоры он остаётся дома. Может уйти в другую комнату, может погулять во дворе, может пойти в спортзал. Но не к маме. Потому что мама — это не решение конфликта, это бегство от него.

Его мама, конечно, обиделась. "Ты меня лишаешь сына", — сказала она мне. Я ответила:
— Я не лишаю. Я просто прошу, чтобы наш брак был между нами. Вы всегда будете его мамой. Но теперь он учится быть мужем.

Конфликт не исчез. Но он перестал быть "качелями". Теперь мы вместе, даже когда ссоримся.

Нормально ли для взрослого человека после ссоры уходить к родителям или это признак инфантилизма? Должна ли мать взрослого сына принимать его после ссор с женой или лучше оставаться нейтральной?

Читайте также: