К 1944 году судьба Франции оставалась неопределенной. После поражения 1940 года и режима Виши ее международный статус оказался подорван.
США и Великобритания изначально не рассматривали Францию как полноценную державу-победительницу.
Сам Шарль де Голль прошёл сложный путь «борьбы за лидерство», но всё ещё оставался «лидером без государства на чужих харчах». Даже летом 1944-го было понятно: Францию освободили силами в первую очередь англо-американцев.
Однако к концу войны ситуация изменилась — во многом благодаря сложной дипломатической игре.
Союз по расчету.
Советский Союз последовательно поддерживал движение «Свободная Франция» и лично Шарля де Голля.
Для И. В. Сталина это был осознанный расчетливый шаг: усиление Франции позволяло создать дополнительный центр силы в континентальной Европе и ослабить англо-американскую монополию на послевоенное устройство.
В декабре 1944 года де Голль по личному приглашению Сталина прибыл в Москву.
Переговоры продолжались более 15 часов, а визит занял восемь дней. Итогом стал советско-французский договор о союзе и взаимопомощи.
Франция получила мощную дипломатическую поддержку.
Ялта и зона оккупации.
На Ялтинской конференции британский премьер-министр Уинстон Черчилль активно продвигал идею включения Франции в число оккупирующих побеждённую Германию держав.
Франклин Д. Рузвельт согласился передать Франции часть американской зоны в Германии — южные и западные районы.
Это решение имело долгосрочные последствия:
- США сохранили под управлением 17,1 млн немцев.
- Во французской зоне проживало около 5,7 млн человек.
- Германия была разделена на четыре зоны оккупации.
Британцы стремились создать западноевропейский противовес СССР, опасаясь скорого ухода США из Германии. Однако они недооценили стратегические цели Парижа.
Французская месть: разделение Германии.
Помните, как в 1918 — 1919 гг. маршал Фердинанд Фош призывал к максимальному ослаблению Германии, опасаясь реванша?
Французы запомнили, они на этот раз решили «довести дело до конца», по крайней мере — внести посильный вклад.
Включившись в Союзный контрольный совет, французская делегация наложила вето на создание центральных административных органов Германии. Тем самым была подорвана возможность сохранения экономического единства страны.
В 1945–1946 годах, когда США, Великобритания и СССР еще обсуждали варианты совместного экономического управления, французская позиция оказалась контрпродуктивной для идеи единой Германии.
Фактически именно участие Франции закрепило институциональное дробление страны, что стало одним из факторов дальнейшего разделения на ФРГ и ГДР.
Позднее французы пытались удержать территории под своим контролем. Когда в 1947 году британцы и американцы создали «Бизонию», французы сопротивлялись как могли. На создание «Тризонии» ушло ещё года полтора, а ФРГ появилась вообще только в 1949 году.
Некоторые авторы ввиду этого считают, что французы из-за своей ненависти к немцам способствовали «торможению» западного блока. А это объективно отвечало интересам СССР.
И да, французам проще было принять разделение Германии на два государства (но предпочтительнее было четыре), чем создание «единой нейтральной страны». Позднее французы при президенте де Голле вообще вышли из НАТО.
В целом советско-французские отношения были лучше, скажем, современных российско-французских. Так что да, «эти тоже победили» и в условиях Холодной войны — оно скорее было полезно для СССР.
Возвращение в клуб великих держав.
Несмотря на военную слабость по сравнению с тремя главными союзниками, Франция добилась:
- статуса державы-победительницы,
- постоянного места в Совете Безопасности ООН,
- собственной зоны оккупации в Германии.
Это был дипломатический успех де Голля и результат геополитических расчетов не только Сталина, но и Черчилля (хотя последний включился позднее).
Да, многим подобный расклад кажется не слишком справедливым. Франция стала победительницей не столько на поле боя, сколько за столом переговоров.
Советская поддержка позволила ей восстановить международный статус. Британские опасения перед СССР закрепили ее участие в оккупации Германии.
А уже французская политика, направленная на ослабление Берлина, способствовала подрыву экономического единства Германии в первые послевоенные годы.
Да и НАТО позднее объективно ослаблялось демаршами французов. Де Голль прямо заявлял, что организация в итоге серьезно ограничивает суверенитет Франции.
В общем и целом, звучит парадоксально, но: Франция, потерпев разгромное поражение в 1940-м, по итогам приобрела больше, чем после «борьбы до победного конца» в 1918-м. Тоже поучительно.
Если вдруг хотите поддержать автора донатом — сюда (по заявкам).
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, нажимайте на «колокольчик», смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на You Tube или на моем RUTUBE канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!