Прошло два месяца.
Михаил появлялся каждую субботу, как по расписанию. Он водил Веронику в зоопарк, покупал ей дорогие подарки, оплачивал походы в кафе. Ника возвращалась домой довольная и счастливая, без умолку рассказывая о том, какой папа умный и интересный.
Света жила на взводе. Каждая суббота тянулась для нее как целая вечность. Она плохо спала, ходила по квартире бледная и осунувшаяся, ожидая подвоха. Хищники не питаются травой. Человек, который годами игнорировал собственного ребенка, не просыпается однажды утром с непреодолимой жаждой отцовства. Для чего-то они ему понадобились.
Развязка наступила в четверг.
Света была дома одна. У нее выдался выходной, а Ника задерживалась на дополнительных занятиях по английскому. Звонок в дверь прозвучал неожиданно.
На пороге стоял Михаил. В этот раз в его позе не было ничего от виноватого родственника. Он уверенно отодвинул Свету плечом и прошел в квартиру, по-хозяйски оглядывая прихожую.
– Ника еще в школе, – сухо сказала Света, закрывая дверь. – Ты пришел не вовремя.
– А я не к ней, – он лукаво усмехнулся и прошел на кухню, не снимая обуви. – Я к тебе, Светик. Нам нужно кое-что обсудить без лишних ушей.
Света осталась стоять в дверном проеме кухни. Инстинкты вопили об опасности.
– Слушаю.
Михаил облокотился о столешницу и прищурился.
– Девочка ко мне привязалась. Ты же видишь. Я для нее сейчас — непререкаемый авторитет. Герой.
– Дальше, – голос Светы звучал ровно, хотя ладони предательски вспотели.
– У меня возникли некоторые финансовые трудности, – Михаил небрежно махнул рукой. – А ты, я смотрю, неплохо устроилась. Квартира в хорошем районе, работа стабильная. Я навел справки. У тебя на счетах лежит приличная сумма.
– И что?
– И то, – он сделал шаг к ней, его лицо внезапно стало жестким. – Ты даешь мне деньги. Полный доступ к счету. А я продолжаю играть роль идеального папочки. Если ты откажешься, я подам в суд на установление отцовства и определение места жительства ребенка. Я уничтожу тебя, Света. Я наплету Нике таких сказок о ее матери, что она сама соберет вещи и уйдет ко мне. Выбирай.
Света посмотрела на него в упор. Страх, который мучил ее два месяца, внезапно рассеялся. Перед ней стоял не всемогущий демон из прошлого, а обычный, жалкий вымогатель.
– Ты в своем уме? – она невесело усмехнулась. – Я не дам тебе ни копейки. Выматывайся из моей квартиры.
Михаил побледнел. Его расчет не сработал. Скулы напряглись, а в глазах мелькнула та самая ярость, от которой Света когда-то бежала.
Он шагнул вперед и наотмашь ударил ее по лицу.
Удар был хлестким и тяжелым. Света пошатнулась, ударившись плечом о косяк, и рефлекторно прижала руку к горящей щеке.
В этот момент в коридоре раздался звон упавших ключей.
Михаил резко обернулся. В дверях стояла Вероника. Она зашла тихо, как всегда делала, чтобы не пугать мать, и услышала всю концовку разговора. И увидела удар.
Девочка стояла неподвижно. Словно в самой душе, больно укололо. Иллюзия идеального отца, которую она так бережно выстраивала в своем воображении последние месяцы, рухнула, рассыпавшись на миллион грязных осколков. Мужчина, покупавший ей сладкую вату и рассказывавший смешные истории, только что поднял руку на ее маму.
– Ника… – Михаил попытался включить свой бархатный тон. – Доченька, ты не так всё поняла. Твоя мать…
– Заткнись, – тихо, но поразительно твердо сказала четырнадцатилетняя девочка.
Она шагнула вперед, загораживая собой мать. В ее глазах не было ни слез, ни детской растерянности. Только холодная, взрослая брезгливость.
– Проваливай, – Ника указала рукой на открытую входную дверь. – Выматывайся отсюда.
– Ника, послушай…
– Если ты сейчас же не уйдешь, – голос девочки сорвался на крик, звонкий и пугающий, – я начну орать на весь подъезд! Я скажу полиции, что ты лез ко мне! Что ты вор! Я буду кричать так, что сбежится весь дом! Пошел вон!
Михаил попятился. Он понял, что проиграл. Эта девчонка не была похожа на забитую жертву, она была готова рвать зубами за свою территорию и свою мать. Он процедил сквозь зубы грязное ругательство, резко развернулся и быстро вышел из квартиры, громко хлопнув дверью.
В квартире повисла тяжелая тишина.
Вероника медленно опустилась на пуфик в прихожей. Света подошла к ней, опустилась на колени и обняла дочь, прижимая ее к себе.
– Прости меня, мам, – глухо прошептала Ника, пряча лицо на ее плече. – Прости, что я ему поверила. Я такая дурочка.
– Нет, милая, – Света гладила ее по волосам, чувствуя, как уходит напряжение. – Это ты меня прости. Надо было рассказать тебе всё с самого начала. Я просто хотела тебя защитить.
– Теперь я знаю, – Ника подняла голову. Ее глаза были сухими. – Больше он к нам не сунется. А если сунется — пожалеет.
Через несколько дней Михаил попытался подкараулить Нику возле школы. Он стоял у забора, натянув виноватую улыбку. Но как только девочка увидела его, она не стала слушать оправданий. Она просто сделала шаг назад и закричала — громко, пронзительно, привлекая внимание прохожих и охранника.
Мужчина испуганно оглянулся, надвинул кепку на глаза и быстрым шагом скрылся за углом. Больше он никогда не появлялся в их жизни.
В тот вечер Света и Ника сидели на кухне, пили чай и обсуждали планы на выходные. В квартире было тихо и безопасно. Они обе поняли главное: никакие призраки прошлого не страшны, если вы стоите друг за друга стеной. Монстры сильны только тогда, когда их боятся. А они больше не боялись.
