Семь поражений и тишина арены
Представьте этот момент. «Спартак» — СКА, армейский лёд, принципиальнейший матч для обеих сторон. И — ноль. Ни одного гола от команды с крупнейшим бюджетом в лиге. Трибуны не орут от восторга, они просто молчат — тем особым тяжёлым молчанием, когда болельщики перестают верить прямо во время игры.
А на трибуне сидит человек в клубной экипировке СКА. Без бейджа. Без официального статуса. Леонид Тамбиев смотрит, как петербуржцы проигрывают «Спартаку» — и все понимают: что-то происходит. Но никто не знает точно — что именно.
Это было 1 февраля 2026 года. Седьмое поражение подряд. Антирекорд клуба за всю историю выступлений в КХЛ.
Человек на трибуне
Когда в профессиональном хоккее тренер сидит на трибуне в форме клуба, но без официального представления — это не случайность. Это месседж. И вопрос, который повис в воздухе над «Газпром Ареной», был сформулирован чётко: Тамбиев пришёл к Ларионову или вместо него?
Игорь Ларионов — легенда. Это не обсуждается. «Русская пятёрка», три Кубка Стэнли, хоккей как философия. Когда он пришёл в СКА, все ждали театра на льду — комбинационной игры, умного паса, атакующей романтики. И первое время это работало. Но хоккей — жестокая штука. Здесь за красивые слова очки в таблице не начисляют.
Проблема Ларионова в том, что его тренерская идентичность слишком тесно связана с идеологией. С образом. С нарративом про «правильный хоккей». А правильный хоккей — это прекрасно, пока ты выигрываешь. Когда же команда проигрывает семь матчей подряд, идеология превращается в обузу.
СКА владеет крупнейшим бюджетом в лиге. Это не просто слова — это реальность, которая накладывает ответственность совершенно другого порядка. Когда у тебя денег больше всех, ты не имеешь права плестись в нижней части таблицы и объяснять это поиском «правильного хоккея». С таким бюджетом грех вообще думать о восьмом месте на Западе — это уже не философия, это управленческий провал.
Двое вышли — двое вошли
Ещё до появления Тамбиева клуб сделал первый жёсткий шаг. После безголевого фиаско в Нижнем Новгороде от работы с основной командой отстранили Владимира Филатова и Максима Семёнова — помощников, отвечавших за атаку и защиту соответственно.
Двое ушли.
Это важно понять правильно. Не Ларионова убрали — убрали его людей. Тех, через кого он выстраивал игровую модель. Это хирургия без анестезии: систему вскрыли прямо по живому, оставив главного тренера формально на месте, но фактически переписав содержание его работы.
Затем пришёл Тамбиев. Экс-наставник «Адмирала» — тренер с совершенно другой ДНК. Прагматик. Человек, который умеет выстраивать оборонительные структуры и не будет читать лекции про красоту паса, когда команда пропускает три шайбы за период. 10 февраля его представили официально.
А потом появился ещё и Борис Миронов — новый тренер защитников. И вот тут схема 1-3-1, которую Ларионов называл «вынужденной мерой» и применял ситуативно, вдруг стала основой. Каждый матч. Стабильно. Без извинений.
Так выглядит тихая революция внутри тренерского штаба. Ларионов остаётся лицом команды, но реальные рычаги управления игрой сместились. Тамбиев и Бабенко — не помощники в классическом смысле. Это противовесы. И их влияние на то, каким хоккеем сейчас играет СКА, сложно переоценить.
Вратарь, которого наконец перестали бросать на растерзание
Пока в штабе шли тихие перестановки, произошло ещё одно чудо — вратари обрели почву под коньками.
Сергей Иванов. Артемий Плешков. За последние восемь матчей петербуржцы пропустили четыре гола — и три из них на счету «Северстали», с которой за это время СКА виделся дважды. Три сухаря подряд. «Барыс», «Салават», ЦСКА — три команды разного уровня и разного стиля, и все три не смогли распечатать ворота армейцев.
Иванов после двух подряд шат-аутов — 64 сейва суммарно — был признан лучшим вратарём игровой недели в КХЛ. И это не статистический артефакт. Это следствие системы: когда перед тобой выстроена нормальная оборонительная структура, когда синяя линия не превращается в проходной двор, когда 1-3-1 реально работает в средней зоне — вратарь начинает видеть шайбу, а не угадывать её сквозь лес чужих игроков.
Это и есть ответ на вопрос «почему СКА вдруг начал так мало пропускать». Не магия. Работа.
Голдобин, Плотников и вынужденные решения, которые оказались правильными
Хоккей полон парадоксов. Иногда травма лидера запускает цепную реакцию, которая делает команду сильнее.
Валентин Зыков и Михаил Воробьёв выбыли из строя — и штаб был вынужден объединить молодую связку Поляков — Короткий, сыгравшуюся ещё в МХЛ, с Маратом Хайруллиным. Получилась тройка, которую после возвращения Воробьёва разбивать не стали. Правильное решение.
Николай Голдобин. 30 лет, нападающий, к которому Ларионов имел претензии весь сезон. Пропустил два последних матча антирекордной серии. Вернулся — и набрал девять очков в семи играх. Девять. Это не воскрешение — это то, что бывает, когда игрок наконец понимает, что его место в составе не гарантировано.
И Сергей Плотников — 35 лет, вынужденно переведённый на позицию центрального нападающего. Так часто в центре он не играл со времён «Амура» — то есть буквально с зари КХЛ. Но работает: 11 выигранных вбрасываний из 20 в матче с «Салаватом», восемь очков в семи последних встречах. А ещё совсем недавно — в январе — он на несколько игр лишился капитанской нашивки.
Вот и думайте — это тренерский гений Ларионова или просто жизнь загнала команду в угол, и она оттуда выцарапалась?
Цена антирекорда и стоимость одного разворота
Вернёмся к деньгам. Потому что в КХЛ 2026 года деньги — это не фон, это действующее лицо.
СКА тратит на зарплатную ведомость больше любого другого клуба лиги. В условиях потолка зарплат это означает, что армейцы работают у самой верхней границы — или за ней, через различные схемы, о которых все всё понимают, но вслух не говорят. Такой бюджет предполагает результат. Не «поиск игры», не «становление системы» — результат. Регулярный. Воспроизводимый.
И вот вопрос, который висит над всей этой красивой историей возрождения: почему для этого понадобился антирекорд? Почему система 1-3-1, которую Борис Миронов поставил как основную, была «вынужденной мерой» ещё в октябре? Почему Голдобину нужно было пропустить два матча, чтобы заиграть на уровне девяти очков в семи играх? Почему Плотникова вернули в центр только тогда, когда больше некого было ставить?
Это вопросы не к игрокам. Это вопросы к тренерскому штабу — и прежде всего к той его части, которая формировала игровую концепцию весь сезон.
Ларионов — тренер-идеолог. Это его сила и его слабость одновременно. Идеологи меняются медленно, потому что смена системы для них — это почти личное предательство. А хоккей не ждёт. Соперники адаптируются, таблица безжалостна, и никакая красота паса не спасёт тебя от восьмого места, если оборона разваливается при первом давлении.
Возможно, именно поэтому клуб и сделал то, что сделал. Не убрал Ларионова — слишком большое имя, слишком много символизма. Но фактически переписал содержание его работы изнутри. Тамбиев, Бабенко, Миронов — это не помощники. Это новая система в старой оболочке.
Одиннадцать матчей до финального свистка регулярки
24 февраля 2026 года. До конца регулярного сезона — одиннадцать матчей.
СКА на одно очко опережает «Спартак», имея одну игру в запасе. Восьмое место, «Локомотив» в первом раунде — этот сценарий уже не выглядит неизбежным. Появились варианты. Появилась игра. Появился характер.
Восемь матчей без поражения в основное время — лучшая действующая серия в лиге. От антирекорда до лучшей серии за 21 день.
Но история СКА этого сезона — это не только про спасение. Это про вопрос, который болельщики задают тихо, между собой: а что было бы, если бы всё это сделали раньше? Если бы Тамбиев появился не в феврале, а в ноябре? Если бы 1-3-1 стала базой с первых матчей, а не «вынужденной мерой»? Если бы потолок зарплат — самый высокий в лиге — конвертировался в результат не через кризис, а через нормальное планирование?
Этот вопрос не про критику. Он про цену. Цену хаоса, который потом называют «перестройкой».
И пока петербуржцы красиво идут к плей-офф — с шат-аутами, форчекингом и вновь обретёнными бойцами в лице Плотникова и Голдобина — где-то в кабинетах клуба, наверное, уже думают о том, каким будет СКА следующего сезона. И кто именно будет определять его лицо.
Ответ на этот вопрос интереснее любого матча.
Автор: Егор Гускин, специально для TPV | Спорт
А если ты хочешь ещё что-то почитать ещё про хоккей, то рекомендую эти статьи:
Также мы открыли отдельный канал чисто про хоккей, там будет больше хоккея и только хоккея:
https://dzen.ru/tpvhockey