— Мама, хватит театра, — Валерий опустился на колени перед креслом, где сидела Тамара Ивановна. — Неужели ты правда не видишь разницы между женитьбой и трагедией?
Женщина отвела руку от виска и впилась взглядом в сына. Патетическая поза больше не требовалась — пора переходить к делу.
— Для меня это одно и то же! — Голос Тамары зазвенел от напряжения. — Если выберешь эту девчонку без роду и племени вместо Дианы Капельниковой, считай, что меня больше нет.
Валерий молча поднялся с колен. Мать продолжала, чеканя каждое слово:
— Пока не передумал — слушай внимательно. Женишься на Диане — получишь всё наследство и поддержку семьи. Уйдёшь к этой официантке — останешься ни с чем. Выбирай.
Сын смотрел на неё так, словно видел впервые. Тамара торжествовала — она нашла верный рычаг давления. В их семье всегда почитали традиции, деньги и положение в обществе. Валерий не посмеет отказаться от миллионного состояния ради какой-то деревенской девушки.
— И не думай, что твоя Анна останется с тобой без денег, — добавила женщина ядовито. — Сними розовые очки. Она охотница за богатством, просто хорошо играет роль скромницы. Росла в деревне с бабкой и дедом, работает официанткой, даже сессию завалила и академический взяла... Такие девушки цепляются за богатых женихов мёртвой хваткой.
— Она брала отпуск, чтобы ухаживать за умирающей бабушкой! — сорвался Валерий. — Год работала, пыталась спасти единственного близкого человека. А когда бабушка ушла, нашла силы вернуться к учёбе, работает, оплачивает счета сама. Знаешь, мама, ты права насчёт одного — мы неровня. Только наоборот. Наша семья поколениями жила на готовом, пользуясь тем, что заработали предки. А что сделала лично ты? Даже этот дом принадлежит бабушке, не тебе...
Тамара побледнела от ярости:
— Как смеешь?! Ты пожалеешь об этих словах. Выбирай — либо семья, либо девка!
Она выскочила из гостиной, хлопнув дверью. Валерий тяжело опустился в кресло и поднял взгляд на семейный портрет над камином. Пятеро людей: бабушка София с жёстким взглядом, родители и два брата — девятилетний Дмитрий и двухлетний он сам.
Митя был гордостью семьи — спортсмен, отличник, красавец. Бабушка души в нём не чаяла, родители грезили о его будущем. Валерия практически не замечали, да он и не жаловался — побаивался бабушку с её чёрными глазами-угольками. Все знали: главным наследником станет Дмитрий, а младшему достанутся крохи.
Митя погиб, когда Валерию было десять. Как именно — мальчику не сказали. Но с того дня жизнь перевернулась. Родители навалили на младшего сына все обязанности, требовали повторить успехи брата. Когда не получалось, смотрели с укором: "Лучше бы мы потеряли тебя, а не Митю".
Бабушка София носила траур, одевалась только в чёрное. Иногда называла внука именем его покойного брата. Сначала Валерий откликался, потом начал игнорировать.
Так и жили, пытаясь приспособиться к новой реальности. Валерий привык к роли любимого сыночка, хотя всегда чувствовал, что играет чужую роль, носит маску Мити. Родителям этого хватало.
Всё изменилось, когда он встретил Анну.
Полюбил с первого взгляда — светловолосую официантку, которая убирала волосы в хвостик и которая бегала по залу с тяжёлыми подносами, но не переставала улыбаться. Сердце сделало сальто. Валерий оставил на чай пять тысяч, не решившись попросить номер телефона.
— Стойте! Погодите! — девушка догнала его на улице, размахивая папкой-счётницей. — Вы деньги забыли!
— Это... на чай... — растерялся Валерий, краснея как школьник.
— Но тут пять тысяч! А вы только кофе выпили! — возмутилась она искренне, словно не могла взять в толк, как люди так легко разбрасываются деньгами. — Вот, берите. Мне работать надо. Приходите ещё!
Ее хвостик волос смешно подпрыгивал, пока она бежала обратно. Конечно, Валерий вернулся. Ходил, пока не набрался смелости пригласить на свидание.
Одна встреча переросла в другую. Он понял, что влип по уши. Боялся моргнуть, чтобы не пропустить её улыбку, взмах ресниц. Узнал её историю: родители погибли, когда Аня была малышкой, воспитывали дедушка с бабушкой в посёлке за городом. Теперь она осталась одна.
Училась на третьем курсе истфака, мечтала стать учительницей. Жила в общаге, подрабатывала официанткой и няней. Лето проводила не на курортах, а в огороде — выращивала овощи, часть продавала, часть меняла на молоко и яйца. Умела доить коров, помогала соседу с пасекой за несколько банок мёда и долю от продаж.
Слушая Аню, Валерий думал, что не жил вовсе — просто существовал, танцевал под родительскую дудку. Стыдился праздного образа жизни.
— Тебе просто повезло родиться в достатке, — удивилась Аня его признанию. — Главное, что ты хороший человек. Деньги неважны.
До Ани Валерий целовал много девушек, забывая имена, как только трезвел. Но её поцелуй — трепетный и наивный — заставил голову пойти кругом.
Прошло два года. Валерий окончил институт и привёл Анну к родителям:
— Если женюсь, то только на этой девушке.
Вместо поддержки услышал проклятия и обвинения в предательстве. Теперь мать выдвинула ультиматум.
Валерий смотрел на семейный портрет и вспоминал смех Ани, когда она учила его доить корову. Запах сена, блинчики с мёдом от дедушки Гриши. Эти блины были вкуснее, чем у семейного повара...
Решение созрело. Он встал и вышел из гостиной, готовый принять условия матери. Отныне с семьёй его ничего не связывало.
Когда Валерий переехал к Ане, она ахнула:
— Ты уверен? Всё-таки это твои родители, твоя семья... У меня семьи нет, но я бы многое отдала, чтобы вернуть их. Не могу допустить, чтобы ты променял родных на меня.
Валерий прижал невесту к себе, поцеловал в макушку:
— Всё решил, — потом с лукавой улыбкой глянул ей в лицо. — Или я тебе без денег уже не нужен?
Аня покраснела, слабо стукнула его по плечу:
— Дурак какой... Не переживай, мой бедный мажор, как-нибудь прокормлю.
Валерий сделал вид, что обиделся, и принялся щекотать невесту. Она смеялась, молила о пощаде, а он чувствовал — всё сделал правильно.
Только рядом с Аней он был собой. Здесь он был счастлив. В этом забытом дачном посёлке, где ещё пасли коров и гусей.
Дом — не место прописки. Дом — там, где тебя искренне любят.
Прошло два месяца. Валерий и Аня работали, копили на скромную свадьбу. Он устроился на стройку, она продолжала работать официанткой, надеясь получить место учительницы в местной школе. Жили небогато, но счастливо.
Родители не вспоминали о сбежавшем сыне, веря, что скоро одумается. Капельниковым соврали, что Валерий в деловой поездке. Но время шло, а он не возвращался.
Однажды у дома остановилась роскошная иномарка. Валерий рубил дрова в одних шортах и замер с топором наготове, узнав автомобиль.
— Это ко мне! — прощебетала Аня, выскакивая из дома.
— Аня, погоди! — испугался Валерий, но поздно.
Девушка помогла гостье выйти из машины и повела к дому. Валерий изумлённо смотрел, как Аня ведёт под руку его бабушку Софью. Старушка оглядывалась с привычным гордым прищуром. Завидев внука, усмехнулась:
— Славно встречаешь бабушку. Возмужал ты... или кажется?
— А вы знакомы? — удивилась Аня.
— Под одной крышей жили годами, да так и не узнали друг друга, — загадочно прошептала София, не сводя взгляда с внука.
Валерий взъерошил влажные волосы:
— Это моя бабушка. А ты её откуда знаешь?
Он был настроен неприветливо, решив, что бабушка — гонец от родителей.
— Бабушка Софа часто заходит в кафе, заказывает чизкейк и какао, — растерянно произнесла Аня. — Я же рассказывала... Она сладкое любит, вот я и позвала на блинчики с вареньем.
— Так это про неё ты говорила?! — ахнул парень.
Да, он слышал про милую бабулю-сладкоежку, которая напоминала Ане родную бабушку. Когда гостья впервые пришла в кафе, денег на оплату не оказалось. Аня взяла счёт на себя, растрогав старушку. Так София стала постоянным гостем.
Валерий сразу понял — хитрая бабушка неспроста заявилась в кафе, где работала Аня. Только вот какова цель?
Бабушку провели на кухню. Аня накрыла стол, заварила ароматный чай. София нечаянно уронила на блузку ложку вишнёвого варенья. Аня предложила застирать пятно, а гостье дала старую кофту своей бабушки — небесно-голубого цвета. Валерий впервые за много лет увидел бабушку не в чёрном...
Когда Аня убежала стирать, Валерий спросил:
— Зачем тебе Аня?
— Хотела понять, ради кого ты сделал такой выбор, — старушка задумчиво разглядывала голубой рукав. — Думаю, ты поступил правильно... Горжусь тобой. Аня — чудесная душа.
Валерий не знал, что его больше выбило из колеи — добрые слова или улыбка бабули. Но та помрачнела:
— Знаешь, как погиб Митенька?
Валерий нахмурился:
— Мама говорила, что утонул в озере, кого-то спасал...
Бабушка печально усмехнулась:
— Родители заплатили большие деньги, чтобы все узнали эту версию... Правда страшнее. Митя не выдержал давления. Был послушным ребёнком, старался всем нравиться. Но у всего есть предел... Он сам ушёл из жизни. Родители скрыли, посчитав позором. С тех пор я не могла простить ни их, ни себя... Плохо поступала с тобой, должно быть. Вечно ум за разум заходил, когда видела... Но когда ты ушёл, поняла — не совершу такую же ошибку. Не хочу терять второго внука.
— Что ты имеешь в виду?
— Завещаю всё тебе и Анне, — твёрдо сказала бабушка. — Нотариус и юристы уже приглашены. Тебе решать, что делать с родителями...
— Но... почему?
— Наша семья забыла, что настоящее богатство — любовь. В погоне за деньгами родители пожертвовали сыновьями. Непростительно... Мне стыдно за дочь, за себя, за семью... — Она поджала губы. — Надеюсь, вы с Аней оборвёте этот порочный круг. Впрочем, ты уже это сделал... Доведи дело до конца, Валера.
"Валера, — невольно подумал юноша. — Больше не Митя..."
— Отстирала пятнышко! — заявила Аня, возвращаясь. — Блузка как новая! А что вы такие серьёзные? Блинчики не едите, остынут же!
Бабушка снова улыбнулась. Внук улыбнулся в ответ впервые за много лет.
Вскоре, получив благословение Софьи, Аня и Валерий поженились. Девушка стала учительницей, юноша открыл своё дело. Родителям пришлось принять выбор сына. Он не стал выгонять их или лишать денег.
Вскоре Бариновы поддались очарованию Ани — её слишком сложно было не полюбить.
Когда родился первенец, его назвали Митя. Мальчик был похож на погибшего дядю. Только судьба ему досталась другая. Ведь теперь в роду Бариновых не гнались за деньгами.
Теперь здесь царила любовь.