Мои дорогие, у меня стойкое ощущение, что в нашем шоу-бизнесе объявили конкурс на самое нелепое поведение. Пока Нурлан Сабуров штурмует суды, Лариса Долина обживается (по документам) в пятиэтажке Лефортово, а Регина Тодоренко ставит опасные опыты над знакомыми. Вам не кажется, что они окончательно потеряли связь с реальностью? Сегодня мы обсудим, почему «небожители» один за другим совершают ошибки, которые буквально «отменяют» их былую славу.
Нет, вы это видели? Я просто хочу понять: мы все в одной реальности живем или как? Потому что последние новости о наших звездах — это уже не светская хроника, а какой-то филиал, простите, не самого здорового отделения. Я сижу с телефоном, листаю ленту, и у меня, честное слово, начинают дергаться глаза. Вы тоже это чувствуете?
Три человека. Три истории. Три разных дна, и каждое пробито с разбега.
Нурлан Сабуров, которому запретили въезд на пятьдесят лет, теперь собирает полупустые залы на Пхукете. Лариса Долина прописана в Лефортово, живет в арендованной квартире и не может купить новое жилье. А Регина Тодоренко чуть не угробила человека ложкой меда, потому что она, видите ли, не верит в аллергию.
Я обещала себе писать спокойно, но, честное слово, как здесь сохранять спокойствие?
Давайте по порядку. Потому что если начать обо всех сразу, можно запутаться.
Начнем с Нурлана Сабурова. Для тех, кто вдруг пропустил или только что вернулся из отпуска: известному комику запретили въезд в Россию. На пятьдесят лет. Я не знаю, сколько сейчас Сабурову, около тридцати, наверное. Получается, он сможет вернуться, когда ему будет за восемьдесят. Если доживет.
И знаете, что он сделал? Самый очевидный, самый простой, самый человеческий шаг? Нет, он не затаился, не уехал в тихое место писать новые шутки. Он нанял юристов. Он собрался судиться с Россией за право въезда.
Вы понимаете, как это абсурдно звучит? Человек, который годами зарабатывал здесь миллионы, собирал огромные залы, купался в любви и деньгах, теперь подает в суд на страну, которая его же и кормила. Это как если бы вы выгнали квартиранта, который не платил за жилье, а он бы на вас в суд подал за то, что вы лишили его любимого балкона.
У меня есть знакомая Ольга. У нее был небольшой магазин одежды. Она работала с поставщиком из Турции лет десять. А потом турок решил, что условия ему не нравятся, и ушел к конкурентам. Через год он вернулся и сказал: я ошибся, давай работать по-старому. Ольга его не взяла. И знаете, он обиделся. Он реально обиделся! Звонил, писал, требовал, чтобы она восстановила его в правах на ее же бизнес. Ольга до сих пор удивляется, когда вспоминает эту историю.
Сабуров сейчас — этот турецкий поставщик. Только у него нет другой Ольги. У него есть Пхукет и зал, который заполнен от силы на две трети.
Я видела кадры с его концертов. Это не мировое турне суперзвезды, это гастроли уставшего человека, который очень хочет, чтобы все оставалось как раньше, но не готов ради этого сделать ни одного шага. Билеты стоят от трех с половиной тысяч до двадцати трех тысяч рублей. Вроде не очень дорого. Вроде доступно. Но люди не идут. Вернее, идут, но не все. И уж точно не за двадцать три тысячи, а за три с половиной.
Журналисты подсчитали: если зал вдруг каким-то чудом заполнится целиком, Сабуров заработает около четырех с половиной миллионов рублей. Звучит как огромные деньги, да? А теперь вспомните, что год назад он зарабатывал столько за один корпоратив в каком-нибудь Красногорске. За один вечер.
И вот он стоит на сцене, смотрит в зал, где пустует каждый третий стул, и думает: кто же виноват? Нурлан, милый, мы знаем ответ. Но тебе он явно не нравится.
Дальше у нас Лариса Долина. Это вообще отдельная история. И в прямом, и в переносном смысле.
Напомню тем, кто пропустил предыдущие серии. Лариса Александровна пережила громкий скандал с продажей квартиры в Хамовниках. Там были мошенники, были суды, были слезные интервью, была вся страна, которая переживала за легенду. В какой-то момент даже казалось, что народная артистка останется без крыши над головой.
Но нет, все обошлось. Долина съехала, продала жилье, перевезла вещи. И теперь живет... а где, кстати?
А теперь давайте разбираться.
Лариса Долина прописана в Лефортово. В квартире своей дочери. В двухкомнатной квартире площадью пятьдесят квадратных метров. В пятиэтажке. В районе, который строили для офицеров. Это не я придумала, это риелторы говорят.
Вы можете представить Ларису Долину в пятиэтажке? Я нет. И она, кстати, тоже не представляет. Потому что сама Долина там не живет.
Она снимает квартиру. В другом месте. Ближе к центру. Больше по площади. С современным ремонтом. И внимание! Она рассматривает эту квартиру как вариант для покупки. Когда появятся деньги.
Когда. Появятся. Деньги.
Я перечитала эту фразу раз десять. У меня в голове не укладывается. Лариса Долина — это не какой-то блогер, который вчера завел канал и еще не расплатился за айфон в рассрочку. Лариса Долина — это статус, это имя, это легенда. Это сборы, гонорары, корпоративы, телеэфиры, в конце концов. И она не может купить квартиру, потому что у нее нет свободных денег.
Как так получилось? Я не бухгалтер и не финансовый консультант, я просто человек, который видит результат. И результат выглядит очень странно.
Моя подруга Катя работает в агентстве недвижимости. Она рассказывала случай: приходит к ним известная актриса, лет шестьдесят. Просит подобрать жилье. Показывает документы — у нее две квартиры в Москве, дом в Подмосковье, еще что-то в Сочи. Катя спрашивает: зачем вам еще одна? Актриса отвечает: сын женится, надо разделиться. И покупает квартиру. За наличные.
А тут аренда. Когда появятся деньги. Что случилось, Лариса Александровна?
Эксперты уже нашли объяснение. Вернее, версию. Прописка в Москве дает повышенную пенсию. В Подмосковье пенсия ниже. Если у Долиной есть дом в области, а прописаться там — она потеряет в выплатах. Поэтому она формально числится у дочери, а живет где придется.
Вы это слышите? Великая певица вынуждена думать о пенсионных надбавках. Это не упрек, это просто констатация факта. И это грустно до невозможности.
Но есть еще одна деталь. Квартиру дочери, в которой прописана Долина, теперь очень сложно продать. Риелторы прямо говорят: покупатель увидит в выписке фамилию народной артистки и сразу задаст вопросы. А вдруг у нее там доля? А вдруг она не выпишется? А вдруг потом суды? Историю с Полиной Лурье, которую обманули с недвижимостью, до сих пор все помнят.
И тут, на фоне двух предыдущих историй, которые все-таки про деньги и про быт, выходит на сцену Регина Тодоренко. И сносит всю конструкцию к чертовой бабушке.
Вы видели это видео? Я не знаю, как у вас, а у меня оно до сих пор стоит перед глазами. Я пересматривала его три раза. Не потому что смешно, а потому что не верила своим ушам.
На всякий случай объясню тем, кто не в курсе. В интернете разлетелся фрагмент, где Регина Тодоренко, телеведущая, блогер, жена певца Влада Топалова, мать двоих детей, рассказывает веселую историю. Историю о том, как она чуть не отправила на тот свет человека.
Регина заявила, что она не верит в болезни. Особенно в аллергию. Все это, по ее мнению, просто психосоматика. И однажды она решила провести эксперимент. У нее был знакомый, который утверждал, что у него аллергия на мед. Регина решила, что это все ерунда, что он просто себя накручивает, и захотела доказать ему, что никакой аллергии на самом деле нет.
Она заварила чай. Положила туда мед. Не сказала гостю, что там мед. Подала чай. Гость выпил и сказал: какой вкусный чай. Регина уехала по своим делам. А через некоторое время этот знакомый прислал ей фотографию. У него был отек Квинке.
Для тех, кто не знает: отек Квинке — это тяжелейшая аллергическая реакция. Человек может задохнуться за несколько минут. Без скорой помощи, без укола адреналина он просто перестает дышать. И все.
Этот человек чуть не умер. Из-за того, что Регине захотелось проверить свою теорию.
И она рассказывает эту историю в эфире. С улыбкой. С интонацией ах, какая же я проказница. Я чувствовала себя просто жутко, говорит она. Но при этом рассказывает. Подробно. В красках. С явным удовольствием.
И знаете, что самое страшное? Она до сих пор не поняла, что сделала не так. В ее картине мира это забавный случай. Ой, ну чуть не угробила знакомого, но ведь не угробила же, значит, все нормально. Чего вы все прицепились?
У меня есть коллега Ирина. У ее дочери с детства аллергия на цитрусовые. Не смертельная, но тяжелая, с отеками и сыпью. Ирина никогда не заказывает в кафе лимонады и десерты с апельсинами, потому что знает: может попасться цедра в выпечке, может быть сок в соусе. Она перепроверяет состав, даже когда покупает обычное печенье в супермаркете. Потому что понимает: если ошибиться, ребенок будет мучиться несколько дней.
А тут взрослый человек, который знает о своей аллергии, предупреждает о ней, сознательно отказывается от продукта. И кто-то считает, что имеет право проверить, настоящая у него аллергия или просто каприз. И проверяет таким способом.
Давайте представим на секунду, что этот знакомый умер бы. Что тогда? Регина стояла бы перед камерой и рассказывала, как она неудачно пошутила и теперь чувствует себя просто жутко? Или мы бы читали заголовки: блогер случайно убила гостя чаем с медом?
И самое печальное: этот выпуск лежал в интернете очень давно. Его никто не замечал. А когда заметили — начали возмущаться. Но продюсер Павел Рудченко уже выступил с заявлением: массовой отмены не будет. Поругают, обсудят, может быть, извинится — и все успокоится.
Знаете, он прав. Нас уже столько раз чуть не убили, столько раз пошутили, столько раз перешагнули через очевидные границы, что мы перестали реагировать остро. Аллергия? Да ладно, психосоматика. Отек Квинке? Ну выжил же. Мед в чае? Ой, да кто заметит.
Только границы существуют независимо от того, замечаем мы их или нет. И когда их переходят, обратной дороги уже нет.
Знаете, что общего у всех трех историй?
Сабуров считает, что Россия ему должна. Должна пускать, должна платить, должна любить, даже если он сам ничего не дает взамен.
Долина считает, что прописка — это просто формальность, а жилье можно и не покупать, если есть аренда. Что двадцать пять миллионов за квартиру дочери — это как-то само собой разумеется, а своих денег почему-то нет.
Тодоренко считает, что аллергия — это выдумки, а чужая жизнь — это полигон для экспериментов. И что жуткие чувства после того, как человек чуть не умер, — это достаточная плата.
Они живут в своем мире, где все можно. Где нет последствий. Где завтра будет новый концерт, новая квартира, новая история для эфира.
Только мир этот картонный. И стены в нем бумажные. И дышат они разреженным воздухом собственного величия, пока вокруг обычные люди живут с пропиской по месту жительства, покупают квартиры, когда накопили деньги, и не добавляют мед в чай тем, кто просил не добавлять.
И вот что я хочу сказать в конце.
Мне не жалко Сабурова. Мне не жалко Долину. Мне даже Тодоренко не жалко — она взрослый человек и должна отвечать за свои слова и поступки.
Мне жалко нас. Потому что это мы когда-то сделали их звездами. Мы ходили на их концерты, слушали их песни, смотрели их программы. Мы аплодировали, покупали билеты, оставляли восторженные комментарии. И они привыкли, что так будет всегда.
А так бывает не всегда. И когда вдруг выясняется, что мир крутится не вокруг них, они не понимают, что случилось. Обижаются. Судятся. Живут в арендованных квартирах. И рассказывают в эфире, как чуть не убили человека, потому что не верили в аллергию.
Я не знаю, чем все это закончится. Знаю только, что после таких историй хочется выключить телефон и просто помолчать.
А вы что обо всем этом думаете?
Вам правда кажется, что Сабуров рано или поздно отсудит себе право вернуться, или его история уже закончилась, просто он сам еще не понял?
Как думаете, Долина в итоге купит ту самую квартиру или так и будет жить на съемных квадратных метрах и прописанной у дочери?
И про Тодоренко — вот если бы этот знакомый на нее в суд подал за причинение вреда здоровью, она бы так же улыбалась в эфире?
Напишите в комментариях, мне правда интересно, я одна так остро все это воспринимаю или вы тоже смотрите на все это и только плечами пожимаете?
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: