Мы привыкли обсуждать экономику через инфляцию и курс рубля. Но есть фактор, который работает медленно и почти незаметно — демография. И именно она сегодня начинает определять, как будут жить бизнес и работники в ближайшие годы. Я внимательно посмотрел на цифры и тенденции — и картина складывается непростая.
2026 год, скорее всего, станет более сложным для рынка труда, чем 2025-й. И дело не только в замедлении зарплат. Главная причина — «сжатие» трудовых ресурсов.
Шаг 1. Признать: людей трудоспособного возраста становится меньше
С 2018 года страна входит в период демографического провала. На рынок труда выходит поколение, которое примерно на треть меньше по численности, чем 35-летние сегодня.
Это означает простую вещь: молодых работников объективно меньше. И так будет до 2030-х годов, пока не подрастет поколение «детей маткапитала».
Вывод очевиден: кадровый дефицит — не временный сбой, а структурная реальность на ближайшие годы.
Шаг 2. Понять, что модель рождаемости изменилась
Средний возраст рождения первого ребенка — после 25 лет, в крупных городах ближе к 30. Люди сначала учатся, строят карьеру, решают жилищные вопросы, а потом заводят детей.
Это современная модель, и она не меняется административными мерами. При текущей возрастной структуре быстро нарастить численность трудоспособного населения невозможно.
По сути, депопуляция будет продолжаться, если ее не компенсировать миграцией. Других быстрых механизмов просто нет.
Шаг 3. Осознать ограничения миграционного ресурса
До пандемии в стране работало около 4,5 млн мигрантов, затем поток сократился. Сейчас он частично восстановился, но полностью демографический спад не перекрывает.
При этом усиливается регулирование: обсуждается более жесткий оргнабор — когда иностранный работник приезжает под конкретное предприятие. Для крупных корпораций это возможно. Для среднего бизнеса — сложнее.
Квоты на визовых мигрантов несоизмеримы с реальным спросом рынка труда. Поэтому рассчитывать на быстрый приток рабочей силы не приходится.
Вывод: миграция остается фактором поддержки рынка труда, но не решением проблемы.
Шаг 4. Разобраться, что происходит с зарплатами
2023–2024 годы стали периодом «гонки зарплат». Особенно в регионах с оборонной промышленностью — Урал, Поволжье, Центр.
Но в 2025 году динамика уже замедляется. Номинально рост может выглядеть двузначным, но при высокой инфляции реальная прибавка — около 3% или меньше.
С 2026 года гонка фактически закончится. Экономика замедляется, спрос на продукцию в ряде отраслей падает. Бизнес начинает переходить к осторожной модели: меньше индексаций, больше контроля издержек.
Шаг 5. Увидеть скрытый рост безработицы
Официальная безработица около 2% — исторически низкий показатель. Но параллельно растет неполная занятость.
Все чаще предприятия переходят на четырехдневную неделю. Формально люди работают, но доход снижается. Это способ адаптации к снижению спроса без массовых увольнений.
Получается парадокс: в одних регионах — нехватка кадров и три смены, в других — сокращение нагрузки и зарплат. Рынок становится очень неоднородным.
Вывод: в 2026 году неполная занятость, вероятно, усилится.
Шаг 6. Где бизнесу искать людей
Рынок остается «рынком продавца» труда — особенно там, где есть живой рост. Работники будут выбирать, а не только соглашаться.
Ресурс — в регионах с низкими зарплатами и слабой экономической динамикой. Люди, переведенные на неполную занятость, станут мобильнее.
Но нужно понимать: автоматического решения нет. Зарплатная конкуренция сохранится там, где есть прибыль и сбыт. Где экономики нет — роста доходов не будет.
Ключевая мысль
2026 год, скорее всего, окажется сложнее 2025-го. Причина — сочетание демографического сжатия и замедления экономики.
Рабочих рук меньше. Миграция не перекрывает убыль. Зарплатная гонка затухает. Неполная занятость растет.
Это не катастрофа, а переход к более жесткой и рациональной модели рынка труда. Побеждать будут те компании, которые эффективнее управляют издержками и производительностью. А выигрывать будут те работники, чья квалификация позволяет создавать добавленную стоимость быстрее, чем растут расходы.
Демография — процесс долгий. И именно она сегодня задает экономическую повестку на годы вперед.