— Папа, ты хоть понимаешь, что она тебе лапшу на уши вешает?
Григорий Львович даже не поднял глаз от телефона. Сидел на кухне в своей двухкомнатной квартире, улыбаясь экрану, словно подросток, впервые влюбившийся.
— Лиля, не начинай, — буркнул он. — Устал я от твоих наездов.
— Наездов? — Лилия поставила чашку на стол с таким стуком, что чай выплеснулся на скатерть. — Папа, эта твоя Снежана появилась полгода назад, и за это время ты успел переписать квартиру на её имя!
— Мы собираемся пожениться.
— Да она тебя разводит! Ей тридцать два, тебе пятьдесят восемь. Включи мозги!
Григорий Львович наконец-то оторвался от экрана. Посмотрел на дочь тяжёлым взглядом.
— Знаешь что, Лилия? Может, хватит мне указывать, как жить? Ты замужем за своим Денисом, у вас квартира, машина. А я после маминой смерти три года один сидел, и тебе всё равно было.
— Это нечестно, — голос у Лилии дрогнул. — Я приезжала каждую неделю.
— По обязанности приезжала. А Снежана... она меня видит. Понимает. Заботится.
— За твои деньги заботится!
Отец резко встал.
— Всё, разговор окончен. И вообще, мне пора. Мы со Снежаной в кино идём.
Лилия проводила его взглядом и опустилась на стул. Руки тряслись. Она достала телефон, открыла фотографию этой самой Снежаны. Яркая блондинка с пухлыми губами, в облегающем платье. На снимке она обнимала отца, и тот светился от счастья.
— Надо что-то делать, — пробормотала Лилия.
История началась девять месяцев назад. Мама умерла от рака два с половиной года назад, и отец долго не мог прийти в себя. Лилия переживала, видя, как он угасает, предлагала съездить куда-нибудь, отвлечься, но папа только отмахивался.
А потом вдруг ожил. Появился блеск в глазах, стал следить за собой, купил новую куртку и даже записался в спортзал. Лилия обрадовалась поначалу. Думала, наконец-то пережил.
Но когда отец представил ей Снежану, радость быстро сменилась тревогой. Девушка была вежлива, улыбчива, но взгляд... холодный какой-то. Расчётливый.
— Гришенька так много о тебе рассказывал, — ворковала Снежана, держась за руку отца. — Говорит, ты у него золотце.
"Гришенька". От одного этого слова Лилию передёргивало.
— Папа, ты уверен, что всё хорошо обдумал? — осторожно спросила она, когда Снежана вышла в уборную.
— Лиля, я счастлив. Разве ты не рада за меня?
— Я за тебя рада, но...
— Никаких "но". Снежана — замечательная девушка. Да, она младше, но какая разница?
Разница была. Огромная. И она проявилась очень быстро.
Сначала Снежана "одолжила" у отца денег на лечение больной матери. Потом попросила помочь с долгами брата. Затем понадобились средства на открытие салона красоты — якобы она всегда мечтала о своём деле.
Отец раскошеливался с готовностью. Лилия пыталась остановить его, но он обижался и обвинял дочь в жадности.
— Ты просто боишься, что тебе ничего не достанется!
— При чём тут это, папа? Ты же видишь, что она пользуется тобой!
— Хватит! Не хочу больше это слышать!
А потом случилось самое страшное. Отец переписал квартиру на Снежану. Просто так. "В знак серьёзности отношений", как он объяснил.
Лилия узнала об этом случайно, когда зашла к нему домой и увидела на столе свежие документы из регистрационной палаты.
— Папа, ты что творишь?!
— Моё дело.
— Это же твоя единственная квартира! Где ты будешь жить, если что-то пойдёт не так?
— Ничего не пойдёт не так. Мы с Снежаной скоро поженимся, и квартира всё равно станет общей.
— А почему тогда она на её имя?
— Потому что я так хочу! И вообще, тебя это не касается!
Лилия поняла, что отец полностью попал под влияние этой женщины. Надо было действовать.
Первым делом она попробовала поговорить со Снежаной. Встретились в кафе, якобы чтобы получше узнать друг друга.
— Знаешь, Снежана, я хочу извиниться за своё поведение, — начала Лилия, изображая раскаяние. — Просто я переживала за отца. Но вижу, что ты его действительно любишь.
Снежана расплылась в улыбке.
— Вот и хорошо, что ты это поняла. Гришенька у меня такой добрый, заботливый. Я его очень ценю.
— А расскажи про салон красоты. Это такое интересное дело!
— Ой, да, — Снежана закатила глаза. — Правда, ещё не открыла. Оформление документов затягивается.
— А сколько папа дал на это?
— Двести тысяч.
Лилия едва сдержалась. Это были последние накопления отца.
— Большая сумма. Ты не боишься, что не окупится?
— Да не волнуйся ты, — Снежана махнула рукой. — У меня опыт есть. Всё будет шоколадно.
Они проболтали ещё минут сорок, но Лилия так и не нашла подхода. Снежана была настороже, несмотря на дружелюбие.
Тогда Лилия решила копать глубже. Села за компьютер и начала искать информацию. Пробила Снежану по соцсетям, по базам судебных решений, по всем доступным источникам.
И наткнулась на золотую жилу.
Оказалось, у Снежаны была судимость за мошенничество. Пять лет назад она обманула пожилого мужчину, выманив у него деньги под предлогом лечения несуществующего ребёнка.
— Вот же... — Лилия распечатала документы и помчалась к отцу.
Но тот даже слушать не стал.
— Это всё было давно, — отмахнулся он. — Снежана сама мне рассказала. Она изменилась.
— Папа, да ты слышишь себя? Она профессиональная мошенница!
— Она сделала ошибку в молодости. С кем не бывает?
— С кем не бывает?! Да она людей обманывает!
— Лиля, уходи. Пока я не наговорил лишнего.
Лилия ушла, но не сдалась. Она наняла частного детектива. Пусть это было недёшево, но другого выхода не было.
Детектив оказался дотошным мужчиной средних лет по имени Валерий. Выслушал историю, покачал головой.
— Классическая схема, — сказал он. — Таких случаев сейчас пруд пруди. Посмотрим, что удастся накопать.
Через две недели Валерий позвонил.
— Есть новости. Приезжайте в офис.
Лилия примчалась через полчаса.
— Ваша Снежана, — начал детектив, раскладывая на столе фотографии, — работает не одна. У неё есть сообщник. Некий Артём, тридцать пять лет. Официально её брат, но на самом деле сожитель. Они вместе снимают квартиру в соседнем районе.
— То есть она просто играет роль?
— Именно. Смотрите сами.
Валерий показал фотографии, на которых Снежана обнималась с Артёмом у подъезда, они целовались в машине, сидели в ресторане.
— И самое интересное, — продолжил детектив, — этот Артём тоже фигурант нескольких дел. Мошенничество, обман доверчивых граждан. Они с вашей подругой работают в связке.
Лилия сжала кулаки.
— Мне нужны неопровержимые доказательства. Чтобы отец не мог отмахнуться.
— Будут вам доказательства. Дайте ещё неделю.
За эту неделю Валерий записал несколько видео, на которых Снежана и Артём обсуждали планы. В одном из разговоров Снежана откровенно смеялась над отцом Лилии.
— Старикан совсем поехавший, — говорила она. — Квартиру переписал, деньги отдаёт. Ещё месяц потерплю, и свалим.
— А если дочка копать начнёт?
— Да что она сделает? Григорий меня защищает. Говорит, дочь завидует его счастью.
Артём рассмеялся.
— Ты гений.
Услышав это, Лилия почувствовала, как внутри всё сжалось от ярости. Но и облегчение было — наконец-то есть что показать отцу.
Она пришла к нему вечером, когда Снежаны не было.
— Папа, мне нужно, чтобы ты посмотрел вот это.
— Лиля, опять ты за своё?
— Папа, пожалуйста. Просто посмотри.
Григорий Львович неохотно сел перед ноутбуком. Лилия включила запись.
Сначала он смотрел скептически, потом нахмурился, а когда услышал слова Снежаны про "поехавшего старикана", лицо его побелело.
Запись закончилась. Наступила тишина.
— Папа...
— Выключи, — глухо сказал он.
— Папа, ты же видишь теперь...
— Я сказал, выключи!
Лилия закрыла ноутбук. Отец сидел, уставившись в одну точку. Молчал минуты три, может, больше. Потом тяжело вздохнул.
— Значит, ты была права.
— Прости меня, пап.
— Нет, прости меня, — он поднял на дочь глаза, полные боли. — За то, что не слушал. За то, что обвинял тебя.
Лилия обняла отца.
— Главное, что теперь ты знаешь правду. Надо действовать быстро, пока она не успела продать квартиру.
— Что ты предлагаешь?
— Идём в полицию. С этими записями они точно возбудят дело.
На следующий день они подали заявление. Полиция оперативно взялась за дело, учитывая прошлые судимости Снежаны. Её задержали вместе с Артёмом прямо в их съёмной квартире.
Квартиру отцу вернули через суд. Оказалось, что сделка была оформлена с нарушениями, и юристы смогли её оспорить.
Снежану и Артёма осудили. На этот раз дали реальные сроки.
Прошло полгода. Отец с дочерью сидели на кухне, пили чай.
— Знаешь, Лиля, я всё думаю... как я мог быть таким слепым?
— Пап, не вини себя. Ты просто хотел быть счастливым.
— Счастье за деньги не покупается. Понял я это теперь.
— Зато у тебя есть я, Денис, внуки.
Григорий Львович улыбнулся.
— Это точно. Настоящее богатство — семья.
Они ещё долго сидели, разговаривали. О прошлом, о будущем, о том, как важно ценить близких.