Корабль «Герцен», код: 1985/10А
Статус: Движение к цели. Координаты: Сектор 7 (условно)
День 5 после инцидента
Путь к сигналу был подобен плаванию в смоле. Тёмная, почти осязаемая пустота давила на иллюминаторы. Экипаж, даже те, кто не был на мостике, чувствовал постоянный, едва уловимый гул — физическое проявление «эха», о котором говорила ПИра. Он проникал сквозь экраны, сквозь переборки, нашептывая на грани сознания обрывки чужих мыслей и забытых образов.
Медицинский отсек, уровень 3
— Участились случаи парасомнии, — докладывал АбАл капитану на ежедневном брифинге по связи. На экране его лицо выглядело уставшим. — ЛюЕщ сообщает, что несколько членов экипажа, в том числе из отдела снабжения, видят яркие, повторяющиеся сны. Одни и те же образы: падающие башни из света, незнакомые созвездия.
— Это воздействие эхо-сигналов? — спросил МА.
— Без сомнения. Мозг пытается интерпретировать случайный шум как знакомые паттерны. Пока это не критично, но я рекомендую ВалСу и её отделу усилить психологическую поддержку. Людям нужно отвлечение.
Культурно-массовый отдел, уровень 7
ВалСу, Чёрн и ЧабОл устроили импровизированный киносеанс в столовой. Но даже яркие комедии не могли полностью заглушить фоновое ощущение тревоги. СидМа из отдела снабжения, сидя в углу, вздрагивала при каждом резком звуке с экрана.
— Ей снится один и тот же сон, — тихо сказала ЛеГри, наблюдая за подчинённой. — Говорит, что видит огромный осколок чёрного стекла, плывущий в пустоте. И он зовёт её по имени.
Научная лаборатория, уровень 8
ПИра не отходила от приборов. Сигнал-маяк усиливался с каждым часом. Он был сложным, многослойным.
— Это не просто импульс, — объясняла она НаСт и МаЕву, пришедшим за обновлением данных. — Он модулированный. Несущая частота стабильна, но на неё наложен сложный цифровой поток. Я почти уверена — это код. Язык. ЛиШу и ШИра из моего отдела помогают с декодированием, но... это как пытаться прочитать книгу на неизвестном алфавите, не зная грамматики.
— Может, РыМа поможет? Она лингвист, — предложил МаЕв.
— Я уже подключила её, — кивнула ПИра. — Но это выходит за рамки лингвистики. Это... математическая поэзия. Или похоронный марш. Я пока не могу сказать.
Мостик
— Приближаемся к источнику, — доложил ГурВ, его пальцы сжали штурвалы. — Визуальный контакт... есть.
На главном экране, прорезая тьму, возник объект.
Это не был корабль. Это не была планета. Это был... монолит.
Гигантская, идеально гладкая структура, напоминающая по форме вытянутый кристалл чёрного обсидиана. Он не отражал свет, а словно поглощал его, создавая вокруг себя ореол искажённого пространства. Его размеры были пугающими — он в несколько раз превосходил «Герцен».
— Никаких признаков движения, энергетических выбросов, — тихо сказала ЛюКу. — Он мёртв.
— Или спит, — добавила РыМа, вслушиваясь в усилившийся в тысячу раз сигнал, который теперь звучал прямо в её наушниках. — Сигнал исходит прямо из его центра. Он... настойчивый. Как повторяющееся предупреждение.
— Сканирование, — приказал МА.
Данные пошли потоком. Структура монолита была абсолютно однородной, без швов, стыков или признаков двигателей. Возраст определить было невозможно — приборы показывали то миллиарды лет, то отрицательные значения.
— Это и есть источник эха? — спросила НаСт.
— Нет, — ответила ПИра с мостика. — Он... фильтрует его. Концентрирует. Смотрите. — На экране появилась визуализация энергополей. Беспорядочные волны «эха» Вселенной сходились к монолиту, как железные опилки к магниту, а из него исходил чистый, структурированный сигнал.
— Зачем? — произнёс МА. — Кто и зачем построил здесь, на Краю, такой... ретранслятор?
Внезапно РыМа вскрикнула и сорвала с головы наушники.
— Что такое? — обернулся к ней капитан.
— Он... он изменился, — сдавленно прошептала она. — Сигнал. Он только что прошёл полную модуляцию. Я... я его поняла. Отчасти.
Все замерли.
— И что он говорит? — спросил МА, чувствуя, как у него похолодели пальцы.
РыМа подняла на него испуганный взгляд.
— Он говорит не «привет» или «предупреждение». Он говорит... «проверка связи завершена. Протокол активации начат». И... он обращается к нам по нашему коду. «Герцен», 1985/10А.
ЛеГри, наблюдающая за происходящим с мостика через внутреннюю трансляцию, вдруг медленно поднялась с кресла, её лицо вытянулось от ужаса.
— Осколок чёрного стекла... — прошептала она. — Он зовёт по имени. Наше имя.
В ту же секунду монолит изменился. Его гладкая поверхность заструилась, как жидкость, и на ней проступили гигантские, сложные символы, которые светились холодным синим светом. Одновременно с этим все системы «Герцена» взвыли. Голограммы на мостике погасли, а затем зажглись вновь, но на них теперь отображались те же самые символы, что и на монолите.
— Что происходит?! — крикнул ГурВ, пытаясь вернуть контроль над штурвалом. — Управление не отвечает! Двигатели отключены!
— Он нас перехватил! — закричал МаЕв из инженерного отсека. — Все системы! От жизнеобеспечения до навигации! Мы на автопилоте... но это не наш автопилот!
Корабль содрогнулся и, повинуясь неведомой силе, начал медленное, неотвратимое движение — прямо к гигантскому чёрному монолиту. На его поверхности уже зиял тёмный, бездонный шлюз, готовый принять их.
МА вскочил с кресла, его красный комбинезон казался каплей крови на фоне охваченного хаосом мостика.
— Все боевые посты! ОгАл, приведите отдел безопасности в полную готовность! ПИра, ищите уязвимость, способ разорвать связь! МаЕв, попытайтесь перегрузить системы вручную!
Но его приказы тонули в рёве сирен и нарастающем гуле, который исходил уже не извне, а из самого корабля. «Герцен» больше не был их домом. Он стал их клеткой, которую неведомая сила вела в самое сердце неизвестности.
Монолит молча ждал. Врата во тьму были распахнуты.
Продолжение следует…