Решили сходить в горы утром. В шесть часов — пока солнце не поднялось, пока +35 не сковали каждый шаг. На карте в телефоне была пометка: «трейл у Диббы, официально размеченная тропа». Я представила что-то вроде Чалыша в Турции — широкая дорожка, перила, виды на залив. Серёжа надел кроссовки, я — сандалии с закрытым носом. Взяли бутылку воды и пошли. Через час мы оба поняли: это не прогулка. Это разговор с собой.
Начало пути: ещё можно вернуться
Тропа начиналась у подножия — узкая, но ровная. Слева и справа — кусты, птицы, тень. Мы шли легко, болтали про завтрак в отеле, про то, успеем ли к обеду. Серёжа фотографировал кактусы. Я — камни необычной формы. Всё было как в туристическом ролике: утро, горы, приключение.
Первый поворот — и тропа сузилась до полуметра. Слева — скальная стена. Справа — обрыв. Не высокий ещё, метров десять, но достаточно, чтобы сердце ёкнуло. Я прижалась к стене. Серёжа молча взял меня за руку.
Скалы вместо дорожки
«Официально размеченная» означала две красные полосы, нарисованные краской на камнях. Больше ничего. Никаких перил. Никаких ступенек. Только надо влезть на валун, перебраться на следующий, ухватиться за выступ — и так метр за метром.
Мы поднимались медленно. Серёжа впереди — проверял, куда ставить ногу. Я за ним — старалась не смотреть вниз. Ветер усилился, пальмы внизу качались. С каждым метром обрыв становился глубже. Слева — отвесная стена. Справа — пустота и залив внизу, такой красивый и такой далёкий.
На высоте около пятидесяти метров тропа вывела на карниз. Плоский камень размером с ковёр. Мы сели. Молча. Серёжа вытер лоб. Я допила воду.
Разговор на карнизе
— Ну что, дальше? — спросил Серёжа.
Я посмотрела вверх. Тропа уходила вверх по почти вертикальной скале. Красные полосы едва угадывались.
— Дальше — для тех, у кого есть страховка и опыт, — сказала я.
Он кивнул. Не разочарованно. Согласно.
— Мы поднялись, — сказал он. — Видели. Это уже победа.
И правда: внизу раскинулся Оманский залив — бирюзовый, с белой полоской пляжа и горой Снупи посреди. Дибба дымилась вдали. Ни души вокруг — только мы двое на этом карнизе.
Спуск: иногда назад — это тоже путь
Спускались осторожнее, чем поднимались. Каждый шаг проверяли дважды. Серёжа шёл сзади — «на случай». Внизу я села прямо на песок и сняла сандалии. На пятке — царапина от камня. На ладони — след от того, как вцепилась в скалу.
Но внутри — лёгкость. Не потому что мы дошли до вершины. А потому что честно оценили себя. Не стали героями. Не рисковали ради фото. Просто поднялись, посмотрели — и вернулись.
Не скалолазы — но и не трусы
Дома подруга спросит: «Вы дошли до верха?» Я отвечу: «Нет». И не буду оправдываться.
Мы с Серёжей не альпинисты. Не ходим в горы каждые выходные. Но в тот февральский день мы забрались на пятьдесят метров по скалам без страховки, сидели на карнизе над заливом — и честно сказали себе: «Хватит».
Иногда настоящая смелость — не в том, чтобы идти до конца. А в том, чтобы остановиться вовремя и не стыдиться этого.
А вечером того же дня мы пошли смотреть машины Шейха — пять километров вдоль шоссе под закатным солнцем. Но это уже другая история.