В нашем доме давно поселился культ рационализма. Глеб, мой супруг, к сорока девяти годам превратился в человека-функцию. Эмоции он считает атавизмом, пустой тратой ресурса. У нас отличная квартира, налаженный быт, взрослый сын учится в Европе. Казалось бы, живи и радуйся. Но радость в список «необходимых опций» у Глеба не входит.
Двадцать три года брака. Солидная дата. Раньше мы отмечали этот день всегда: ресторан, прогулка по набережной, иногда просто хороший вечер с дорогим вином. Но четыре года назад механизм дал сбой. Глеб просто пришел с работы, спросил про новости и лег спать. Утром я напомнила.
- А, точно, - кивнул он, завязывая галстук. - Ну, извини, замотался. Да и что там праздновать? Просто еще один год. Цифры в календаре. Брось ты, не так важно уже.
На следующий год ситуация повторилась. Потом еще раз. Его аргументы становились все более железобетонными:
- Мы взрослые люди, к чему этот пафос? Лучше купим что-то полезное в дом, чем проедать деньги в ресторане.
Я молчала. Глотала обиду, пытаясь убедить себя, что он прав. Действительно, к чему эти сантименты? Главное ведь - надежность. Но в этом году, за неделю до даты, я почувствовала, что если снова услышу про «цифры в календаре», то просто рассыплюсь на части. Мне захотелось праздника. Не для нас двоих, а хотя бы для того человека, который все еще помнит, как мы были счастливы, - для себя.
Утро 14 октября началось предсказуемо. Глеб пил американо и просматривал котировки акций на планшете. Я сидела напротив в новом платье. Он даже не поднял глаз.
- Глеб, - позвала я тихо.
- М? - он не отрывался от экрана.
- Сегодня четырнадцатое.
- И? Счета за электричество пришли? Я оплачу вечером.
- Нет. Сегодня годовщина нашей свадьбы. Двадцать три года.
Он наконец поднял взгляд. В глазах читалась усталая досада.
- Вероника, опять? Мы же обсуждали. Ну что за детский сад? Я работаю, у меня сложный проект. Давай без обид, ладно? Это не так важно уже. Вечером закажем доставку, если хочешь.
«Доставка». Как утешительный приз. Я улыбнулась. Не вымученно, а как-то светло и зло.
- Конечно, дорогой. Никаких обид. Ты прав, это совершенно не важно. Работай.
Глеб с облегчением выдохнул, чмокнул меня в макушку и уехал в офис.
Как только дверь за ним закрылась, я достала из шкафа уже собранный чемодан. Такси до аэропорта было заказано заранее. Билет в кармане грел душу. Не на Мальдивы и не в Париж. Я летела в Калининград. К холодному морю, ветру и янтарю. Туда, где можно дышать полной грудью.
В 19:00, когда Глеб вернулся домой, меня уже не было. Я сидела в уютном ресторанчике на Рыбной деревне, передо мной стояло блюдо с балтийской рыбой и бокал рислинга. Телефон лежал на столе экраном вниз. Когда он завибрировал в третий раз, я ответила.
- Вероника, ты где? - голос мужа звучал не столько испуганно, сколько раздраженно. - Дома ужина нет. Ты в магазине?
- Нет, Глеб. Я в Калининграде.
Пауза длилась секунд десять. Я слышала, как в его голове скрипят шестеренки, пытаясь обработать информацию, не укладывающуюся в его рациональный алгоритм.
- Где?! Зачем?
- Я праздную годовщину свадьбы, - спокойно ответила я, глядя на огни, отражающиеся в воде. - Ты сказал, что тебе это не важно. А мне - важно. Поэтому я решила не напрягать тебя своим «детским садом» и отметить сама.
- Ты с ума сошла? Какая годовщина в другом городе? Немедленно возвращайся! Это глупо и нерационально! Сколько ты потратила на билет?
- Достаточно, чтобы почувствовать себя счастливой.
- Вероника, прекрати истерику. Прилетай завтра же. Нам надо поговорить.
- Нет, Глеб. У меня оплачен отель на три дня. Я буду гулять по дюнам, слушать орган в соборе и пить кофе в маленьких кофейнях. Я буду праздновать то, что я у себя есть. А ты можешь заказать свою доставку. И оплатить счета за электричество. Ты же любишь порядок.
Я нажала отбой и выключила телефон. Следующие три дня были лучшими за последние годы. Я гуляла по Куршской косе, ветер выдувал из головы всю бытовую шелуху, все эти «не важно» и «брось». Я поняла, что праздник, это не дата в паспорте, а состояние души. И если мужчина рядом не хочет его делить, это не повод отказывать себе в радости.
Когда я вернулась, дома было идеально чисто, но холодно. Глеб встретил меня молчанием. Он ждал извинений, объяснений, покаяния. Но я прошла мимо, напевая мелодию, услышанную в органном зале. Впервые за долгое время я смотрела на него не как на центр вселенной, а как на соседа, с которым у нас просто общий быт. И, кажется, он это почувствовал. В его глазах впервые за четыре года промелькнуло не раздражение, а страх. Страх того, что его «не важно» может стать реальностью, и он останется со своим рационализмом в абсолютной пустоте.
Систематическое игнорирование памятных дат партнером - это не просто забывчивость, а форма эмоционального отвержения. Фраза «это не важно» обесценивает не календарный день, а чувства близкого человека, для которого этот символ имеет значение. Мужчина в данной истории привык, что его прагматизм является законом, а потребности жены - блажью, которой можно пренебречь.
Решение героини сепарироваться и провести праздник в одиночестве стало мощным актом самоуважения. Она наглядно показала: её счастье больше не зависит от настроения или памяти супруга. Поступок разрушил привычный сценарий, где женщина ждет и терпит. Оказывается, одиночество в красивом месте с бокалом вина куда приятнее, чем одиночество вдвоем в квартире, где тебя считают удобной функцией. Иногда, чтобы тебя начали ценить, нужно стать неудобной и недоступной, забрав праздник с собой.
А как вы считаете, стоит ли напоминать и выпрашивать внимание в памятные даты, или лучше устраивать праздник самой себе, не оглядываясь на партнера?