Осторожно, Вика Ярая

Воскресное утро в квартире Анны началось необычно рано. Тишина выходного дня нарушилась настойчивым, требовательным звонком в дверь. Павел еще спал, отвернувшись к стене, его ровное дыхание свидетельствовало о глубоком сне человека, который накануне вернулся далеко за полночь. Анна отложила лейку, которой поливала фикус на подоконнике, и направилась в прихожую. На пороге стояла Тамара Павловна. Свекровь выглядела уставшей, но в ее позе читалась привычная властность. На плечах покоился дорогой палантин, а в руках она сжимала объемную кожаную сумку...

Ольга стояла посреди комнаты, плотно запахнув свое дорогое кашемировое пальто. Ее лицо покрылось красными пятнами от возмущения, а голос звенел на высоких нотах, заполняя каждый угол старой, но уютной квартиры. Нина Павловна сидела за обеденным столом, сложив руки на коленях, и молча слушала тираду дочери. На столе лежала развернутая папка с документами, из-за которой и разгорелся этот тяжелый разговор. — Вы решили квартиру брату завещать? Пусть тогда он вам и помогает в старости, я умываю руки! — громко заявила Оля, чеканя каждое слово...

Анна Павловна сидела за массивным дубовым столом в гостиной, методично раскладывая квитанции за коммунальные услуги. Вечер обещал быть тихим. За окном мерно гудел город, шуршали шинами автомобили, а в квартире царил тот самый порядок, который дается лишь годами налаженного быта. С тех пор как Виктор ушел, прошло ровно два года. Два года тишины, покоя и отсутствия нервных разговоров на повышенных тонах. Резкий, требовательный звонок в дверь разорвал тишину прихожей. Звонили долго, настойчиво, не отпуская кнопку...

Юля возвращалась домой после долгого рабочего дня. Люди шли потоком, документы заполнялись сотнями, поэтому тишина собственной квартиры всегда была для нее главной наградой. Городская двушка на четвертом этаже панельного дома давно стала ее личной крепостью. Формально жилье принадлежало матери, Тамаре Николаевне. Юля безоговорочно поверила ей в восемнадцать лет и отказалась от приватизации, считая это пустой бюрократией. Последние пять лет Тамара Николаевна проживала в другом городе, а городская жилплощадь полностью перешла в заботливые руки дочери...

Дождь барабанил по стеклам старенького автобуса, смывая дорожную пыль и оставляя на окнах извилистые мокрые дорожки. Нина сидела у окна, глядя на проносящиеся мимо унылые пейзажи, и чувствовала необычайную усталость. Поездка к матери в деревню всегда отнимала много сил, но в этот раз Нина решила уехать на два дня раньше запланированного срока. Сердце тянуло домой, в привычную городскую суету, к мужу Виктору, с которым они прожили бок о бок почти тридцать лет. Она не стала звонить Виктору и предупреждать о своем раннем возвращении...