Автором проанализировано Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2025 № 42, дополнившее Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года № 53 пунктом 69 (1).
23.12.2025 г. Верховный Суд РФ опубликовал Постановление Пленума № 42, которое вносит изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53, посвященное субсидиарной ответственности в делах о банкротстве и не только в них.
Субсидиарная ответственность является сравнительно сложным явлением, поскольку включает в себя разнонаправленные интересы многих лиц: кредиторов, должника, лица, несущего за должника субсидиарную ответственность. Это усложняется тем, что лица, подлежащие субсидиарной ответственности, иногда несут ответственность и за убытки, причиненные им компании-должнику. Иногда суммы, взыскиваемые как убытки и в порядке субсидиарной ответственности «задваиваются», то есть одна и та же по сути сумма фигурирует в деле дважды, только с разной правовой квалификацией.
Одной из новелл пленума является появление пункта 69(1) следующего содержания:
"69(1). Требование к контролирующему лицу о возмещении убытков подлежит включению в конкурсную массу должника. Распоряжение таким требованием возможно посредством взыскания задолженности в конкурсную массу или продажи требования (пункт 2 статьи 140 Закона о банкротстве) с учетом положений статьи 61.17 Закона о банкротстве.
Убытки, взысканные с контролирующего лица в пределах суммы требований, подлежащих учету в размере субсидиарной ответственности, могут быть уступлены кредитору в части, приходящейся на его требование, с учетом очередности и пропорциональности погашения требований кредиторов (пункты 2 и 3 статьи 142 Закона о банкротстве)."
Предлагаем разобраться, что же изменил Верховный суд, введя данный пункт.
Прежде всего, стоит вспомнить ранее существовавшее регулирование распоряжения правом требования о взыскании банкротных убытков (ст. 61.20 Закона о банкротстве).
В 2023 г. Верховный суд указал, что такие убытки могут быть корпоративными или кредиторскими; при этом корпоративные убытки реализуются по общим правилам реализации имущества должника, то есть на торгах (Определение Верховного Суда № 307-ЭС22-20271 (3) от 06.03.2023 по делу № А13-2125/2021).
Затем, в 2024 г. Верховный суд дал подробные разъяснения: какие убытки являются корпоративными, а какие – кредиторскими. При этом была сохранена логика, при которой первые реализуются по общим правилам (торги), а вторые – в порядке ст. 61.17 Закона о банкротстве, где кредиторам предоставлено право выбрать один из трех способов распоряжения: взыскание, продажа, либо уступка. (Определение Верховного Суда от 28 марта 2024 года № 305-ЭС23-22266). Указанный подход также отражен в п. 14 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025).
Теперь обратимся к нововведениям Высшей судебной инстанции декабря 2025 г. На первый взгляд может показаться, что Верховный суд РФ отошел от прежней логики. Действительно, в пункте 69 (1) отсутствует упоминание корпоративных или кредиторских убытков, что кажется странным, особенно с учетом того, что за полгода до этого указанное разделение было закреплено в Обзоре судебной практики ВС РФ.
В новом пункте Верховный суд РФ изначально указывает на два варианта распоряжения: 1. Взыскание задолженности в конкурсную массу; 2. Продажа требования (с учетом положений статьи 61.17 Закона о банкротстве).
Затем, в следующем абзаце ВС РФ говорит о возможности уступки кредиторам права требования о взыскании банкротных убытков. При этом суд обращает внимание, что такая уступка возможна только в том случае, если убытки взысканы с контролирующего лица в пределах суммы требований, подлежащих учету в размере субсидиарной ответственности.
Такая логика является развитием позиции, представленной Верховным Судом в Определении от 28 марта 2024 года № 305-ЭС23-22266. Тогда Верховный суд указал, что цена иска о взыскании корпоративных убытков не ограничена размером требований кредиторов. Отсюда также можно сделать вывод, что сумма кредиторских убытков, которые возможно передать по ст. 61.17, превышать размер требований кредиторов не может.
И действительно в изменениях от 23.12.2025 ВС РФ указал, что уступка кредиторам права требования банкротных убытков возможна только в случае, если объем таких убытков не превышает суммы требований, учитываемых при определении размера субсидиарной ответственности.
Таким образом, в новой редакции Пленума Верховный суд РФ решил учесть единственный объективный критерий правовой природы банкротных убытков – соотношение объема убытков с объемом РТК и размером субсидиарной ответственности.
Еще один важный момент. В первом абзаце пункта 69 (1) Верховный суд РФ указал на возможность продажи требования о взыскании убытков с учетом положений статьи 61.17 Закона о банкротстве. В этой связи представляется, что судебная практика по данному вопросу возможно будет скорректирована. Раньше Высшая судебная инстанция фактически разделяла два варианта действий кредиторов с убытками: продажа требования по общим правилам Закона о банкротстве (торги) или применение ст. 61.17. Теперь же Верховный суд РФ как будто бы смешал между собой два правовых института. При этом, безусловно, одним из вариантов действий согласно п. 2 ст. 61.17 остается продажа требования с торгов (но только в случае, если такой вариант выберет кредитор).
Как возможно применить ст. 61.17 при продаже с торгов требования по убыткам независимо от воли кредитора (в случае, если убытки являются «корпоративными» или убытков, превышающих объем требований к должнику) – остается неясным.
Допустимо ли делать вывод о том, что Верховный Суд РФ изменил практику? Пока вопорс неясен, идея высшей судебной инстанции должна еще пройти «обкатку» в судах. Тем не менее, складывается впечатление, что Верховный Суд решил изменить свой подход о том, что способ распоряжения убытками зависит от их природы (корпоративные или кредиторские), и это впечатление на данном этапе вполне обоснованно. Похоже, возможность распоряжаться корпоративными убытками только путем выставления требования на торги, без возможности передачи их самим кредиторам, окончилась, так всерьез и не начавшись.
Судебной практики по данным изменениям пока нет, а значит, остается только запастись терпением и следить за развитием событий.