Найти в Дзене

Прежде чем делать как я

Я пенсионер. Я человек, у которого растет клубника на том месте, где 20 лет была одна картошка. Если вы читаете мои заметки и думаете: О, надо попробовать, — пожалуйста, но учтите одну вещь. Мы с вами, скорее всего, живем в разных мирах. У меня участок, на котором не было химии. Никакой. Никогда. Ни удобрений из пакетов, ни ядов от жуков, ни стимуляторов, ни гербицидов. Даже Бордоской жидкостью ни разу не прыскали. Просто сажали, окучивали, выкапывали. И всё. Почва за эти годы не оглохла, не ослепла, не разучилась дышать. Она живая. У нее свои механизмы защиты, свои хищники, свои грибы-помощники. Я в это не вмешиваюсь. Поэтому когда я сажаю клубнику на убитом участке земли после картошки — я знаю она будет жить вопреки всей вашей науке. Она приходит не в пустую, стерильную, отравленную и голодную землю. Она приходит в сообщество, которое ее либо принимает, либо нет. В моем случае — приняло. Мой закон простой. Если на участке появляется любое больное или хилое растение — я его убираю.
фото моё
фото моё
фото моё
фото моё

Я пенсионер. Я человек, у которого растет клубника на том месте, где 20 лет была одна картошка.

Если вы читаете мои заметки и думаете: О, надо попробовать, — пожалуйста, но учтите одну вещь.

Мы с вами, скорее всего, живем в разных мирах.

У меня участок, на котором не было химии. Никакой. Никогда. Ни удобрений из пакетов, ни ядов от жуков, ни стимуляторов, ни гербицидов. Даже Бордоской жидкостью ни разу не прыскали. Просто сажали, окучивали, выкапывали. И всё.

Почва за эти годы не оглохла, не ослепла, не разучилась дышать. Она живая. У нее свои механизмы защиты, свои хищники, свои грибы-помощники. Я в это не вмешиваюсь.

Поэтому когда я сажаю клубнику на убитом участке земли после картошки — я знаю она будет жить вопреки всей вашей науке. Она приходит не в пустую, стерильную, отравленную и голодную землю. Она приходит в сообщество, которое ее либо принимает, либо нет. В моем случае — приняло.

Мой закон простой.

Если на участке появляется любое больное или хилое растение — я его убираю. Сразу. Не лечу, не спасаю, не надеюсь на чудо. Выдергиваю и отправляю в костер. Потому что слабые только место занимают и заразу копят.

Я не белю деревья. Не укрываю на зиму. Не собираю опавшие листья граблями. Не поливаю кипятком смородину весной. Не считаю, сколько градусов мороза, и не слушаю прогнозы.

Я просто сажаю, даю растениям жить, а тем, кто не справился, — не даю размножаться.

Это не лень. Это другой способ договариваться с землей.

Поэтому у меня растет не самое красивое, не самое модное, не самое рекордное. У меня растет то, что мне нужно и сколько мне нужно

И этого мне достаточно.

Если вашу землю годами кормили минералкой, травили пестицидами, перекапывали с переворотом пласта, жгли листву, лили марганцовку и Фитоспорин для профилактики — у вас уже не живая почва. У вас теплица на промзоне. Там другие законы.

Там клубника после картошки действительно быстрее всего заболеет. Потому что там некому ее защитить. Там нет того невидимого слоя жизни, который у меня работает вместо меня.

Поэтому мои советы — не советы.

Это просто история. Дневник наблюдений. У меня получилось — вдруг и у кого-то тоже.

Но прежде чем повторять, спросите себя: а мы в одной системе координат?

Была ли на вашем участке химия?

Сколько лет земля не видела минеральных удобрений?

Вы лечите каждое пятнышко на листе или даете растениям справляться самим?

Если ответы нет, меньше трех лет, обрабатываю по календарю — пожалуйста, не делайте как я. Делайте как учат в вашем мире. Там свои правила, и они написаны не для того, чтобы вас запутать, а чтобы вы не остались без урожая.

А если у вас тоже просто растет и бабушка так делала — может, и пригодится.