"День рождения Сидни Люмета" реж. Р. Гейдаров
Ох, эти нравы кавказских семей! Скандалы навзрыд, переходящие в тугие объятия. Слёзы обид, оборачивающиеся плачем от счастья. Все готовы друг друга зарезать, все готовы друг друга залюбить. Генделевская пассакалия мирно соседствует в звуковом фоне с разухабистой «А я яблоки ела». Внятное эхо местного криминала, если и нарушает мелодию заботы и тепла родного дома, то не разрушает её. Здесь во главе угла: Сын, Дочь, Внук, Бабушка, Мама, Дядя. Осуждённая, Воровка, Наркоман, Больной СПИДом- обстоятельства. Не самые приятные, но и не ключевые. Атмосфера кавказской семьи, в которой говорят по-русски- лучшее, что есть в картине. Узор, который состоит из диссонансных цветов и оттенков, у режиссёра-дебютанта сплетается в гармонию. Пролог картины - камертон к ней. Камертон чистейший. И настрой на Генделя. До конца Гендель всё же не дозвучит. Временами фильм сползает в группу «Пропаганда», а то и в Михаила Муромова. Но ведь так и задумано.
У «Дня рождения…» есть фильм-референс, по которому настраивает мелодику Рауль Гейдаров – «Мимино». Тончайшие пропорции комедии и трагедии, экзотики и обыденности, уникальности и ординарности, которыми в совершенстве владел Георгий Данелия- тот образчик, по которому пытается настроить свой стиль молодой режиссёр. В дотитровом прологе это получилось идеально. Дальше – по-разному. Но в любом случае, образец достойный.
Кардинальное отличие: Данелия в своих фильмах никогда не обращался к автобиографическим мотивам. У Гейдарова его биография- фундамент картины. Он родился в кавказской семье в полугородке-полустанице Абинске. На экране – аккурат кубанская дыра недалеко от моря. В юности получил профессию бурильщика, что совпадает с биографией главного персонажа фильма Дато. До ВГИКа окончил Санкт-Петербургский институт кино и телевидения, куда поступает Дато. Была ли у молодого режиссёра сиделая мамаша, а также талантливый и добрый наркоман дядя – уже не столь важно. Возможно, эти детали биографии соседей, родственников, друзей. Но то, что они не чужие, видно из каждого кадра.
Мир, увиденный через стекло- совсем не тот мир, что видится без фильтра. Пусть этот фильтр и простое толстое стекло, которое почти не даёт искажений. Возможно, это открытие Дато принадлежит и самому режиссёру. В визуальном строе «Дня рождения…» Гейдаров сливает два мира: режиссёра-профи (пусть и начинающего) и неофита. Зазор между ними минимален. Профессиональная картина почти вся снята с руки – камера заметно подрагивает, крупные планы доминируют, никаких тебе пролётов и панорам. Мир, увиденный Дато через призму, а затем через видоискатель крохотной любительской камеры, порой даже более ярок и кинематографичен, чем основная ткань фильма. Свежесть взгляда сильнее, чем крепкий профессиональный навык? Конфликта нет. В профи-части картины и ночные фонари приморской трассы запляшут в любительских нервных неоновых зигзагах, сплавляя две стороны одной биографии.
Именно гармония несоединимого, но парадоксальным образом слитного – и становится самой ценной частью ленты. Криминал задушевен. Обречённость живёт в обнимку с надеждой. Жёсткость нравов рядом с искренней заботой. У Гейдарова был классический материал для типичной «чернухи»: провинциальная тоска, томления юности без надежд, преступность, как естественное и единственно-возможное продолжение жизненного пути. Но сопрягая беззаботно-яркие черноморские дни с беспросветными южными ночами, пряную опасность с будничностью, обиды с любовью, Гейдаров делает такую редкую в наши дни светлую ленту. Светлую ленту, наполненную печальными событиями, что вдвойне ценно. Не иначе, юношеский взгляд через стекло помог.
Американский режиссёр Сидни Люмет, чьё имя вынесено в название, к картине не имеет почти никакого отношения. С Раулем Гейдаровым у них день рождения в одну и ту же дату- 25 июня. Стилистика разнится. Но. Гуманизм, как правило, возведённое в степень- всем ли родившимся 25 июня, это присуще – таких исследований не проводилось. Но только и Люмет не торопился выносить приговоры своим героям- что «Собачьего полдня», что «12 разгневанных мужчин». И Гейдаров выступает адвокатом всех и вся: и беспутной матери, и запутавшегося дяди. А уж про бабушку и говорить нечего. Во времена, когда все всех обвиняют и недостатка в прокурорах точно нет, качество защитника особо ценно. Потому и неровная, чуть театральная, с большими пережимами лента берёт в плен сердце.
Самый интересный вопрос: что будет дальше? И в своём короткометражном дебюте, и в первом полном метраже, режиссёр опирается на фактуру, которую знает досконально, в которой он вырос, к которой он привык. Будут ли герои его будущих картин так же по-родственному близки и любимы, как эти- сказать невозможно. Сам над собой Гейдаров поиронизировал, появившись на 3 секунды в кадре, указав путь Дато с бабушкой к аудитории, где идут вступительные экзамены на режиссёрский факультет. Бабушка произнесёт: «Какой хороший человек!». «День рождения Сидни Люмета» подтверждает: такую картину мог снять только очень добрый и понимающий хороший человек. Было бы здорово, если бы после второго фильма можно было бы без натяжки сказать: «Какой прекрасный режиссёр!»