Женский взгляд всегда интересен, особенно если его (этот самый взгляд с лёгким прищуром огромных глаз…) оценить с мужской точки зрения.
(начало дискуссии здесь - https://dzen.ru/a/aYYR_n2XzWlCHO5C)
Вот стоило мне только выставить несколько статей о нашей жизни в Советском Союзе, как ко мне в компьютер сразу полезли женские темы, такие, как, например, о моде в СССР. То есть как и где можно было достать модные обувь и одежду…
Хорошо, что сами женщины не полезли! А то пришлось бы объясняться с супругой… Когда-то по молодости я совершил огромную ошибку, которая отдаётся мне до сих пор по всему телу.
Вот кто из нас не совершал ошибок по молодости? В общем, с самого начала семейной я научил юную супругу приёмам бокса…
Жена у меня врач, анатомию человека знала хорошо. Ну, а я показал, как надо правильно складывать кулак и вкладывать вес в удар. Вот и пришлось мне стать единственным спарринг-партнёром. Хорошо бить, зная, что тебя никогда не ударят…
Ну, ладно! Хватит о грустном. Чего-то я отвлёкся… Лучше давайте почитаем мнения представительниц прекрасной половины человечества о той самой счастливой жизни в Советском Союзе:
1. Luda вспомнила молодость: "Я много моложе Вас (это про меня, мужчины 1962г.р.) и помню только 80-е. Поскольку родилась в конце 70-ых…
Не буду скрывать, моя семья жила хорошо. Огромная квартира, каждую неделю заказы, мама работала в АН СССР. Бабушка, ветеран ВОВ, врач- хирург, до моего рождения работала в Кремлёвской больнице.
Тетя жила и работала в капстранах. Так что не было у нас дефицита! Но каждый раз перед поездкой на запад, на конференцию, симпозиум, её спрашивали, а это было довольно часто, а не хочет ли она остаться там навсегда?
А тётя всё время поражалась, зачем они спрашивают каждый раз? Ведь остаться там, значило, не увидеть больше дочь и маму, испортить жизнь сестре, вообще испортить жизнь семье навсегда.
Тогда же никто не знал, что через несколько лет рухнет СССР, построенный на крови и костях, унижении человеческого достоинства, дефиците всего. Колос на глиняных ногах…
Поэтому я туда не хочу! Хотя, ради исторической справедливости, стоит сказать, что некоторые моменты тогда были хорошими…"
2. Любовь поделилась на досуге: "Хааароший вопрос насчет материально проще. В СССР я училась, а потом и работала. Так что понимаю о чем пишу…
Что такое материально? Денежно? Денежно было нормально. Ни хорошо, ни плохо, просто нормально.
На поесть, одеться в то, что продавали в магазинах (я ленинградка была, теперь петербурженка…), а в магазинах разных регионов продавали разное, я "отоваривалась" в Белоруссии и Прибалтике.
Да и съездить в отпуск дикарем в ту же Прибалтику или на юга можно было без проблем.
А вот с вопросом где и что такое купить, чтоб можно было нормально поесть и хорошо одеться, было плохо.
Элементарные примеры… Я думаю, люди моего возраста помнят, как продавалось мясо в магазинах, кто не помнит, тот вспоминает мультик про Простоквашино. И хорошо, если продавалось.
Это только маленький пример, не буду больше вытаскивать, но такая ситуация была во всем практически. Где-то получше, а где-то от слова "никак".
Между прочим, отсюда и инфляция, которой вроде как не было, но которая явно была, потому что все больше товаров уходило в подполье к спекулянтам, все больше надо было денег на их приобретение.
А с курсом доллара вообще насмешили. Курс был, доллара не было. Не, доллар был… У спекулянтов!
В разные годы от 8 до 16 рублей (примерно). Вот вам и зарплата по курсу доллара. В 1987 году средний (по справке для детсада) у меня был 240. Делим на 8 (хотя курс был уже выше, конечно). 30, извините, баксов.
Да и материальный уровень так не считают… Берутся доходы, вычитаются расходы. Вот вам и уровень. По остатку…"
3. И раз уж мы заговорили о мясе в советских магазинах, то я так и не вспомнил, чтобы в магазинах нашего посёлка "Имени 30-летия ВЛКСМ" (шахта №47, Копейский угольный бассейн) продавали мясо или колбасу. Продажи сыра в молочном магазине помню, а вот мяса нет...
Для полного обзора картины приведу в пример короткий отрывок из моей первой книги:
"… Кеша в данный момент находился на самом пике своего штопора, после которого последует глубокое падение на дно бытия. Единственное, что на самом деле волнует сегодня товарища по несчастью – это как бы быстрей опохмелиться и продолжить праздник жизни.
Всё остальное для него не имеет никакого значения. И сейчас в голове соседа только пьяный бред, и нет никакой силы, которая удержит зависимого человека от принятия очередной дозы алкоголя. Тем более если бутылка спирта всегда под рукой. Осталось надеяться только на себя.
Иван решил приободрить друга:
– Иннокентий Константинович, да мы с вами еще не познали всю горечь жизни, не испили чашу сию до дна и не иссушили себя светом истины!
Кеша встрепенулся:
– Это вы ап чём изволите сейчас так выражаться?
– Кеша, а вот когда ты сам осознал, что всё, обратной дороги нет, и нет для тебя жизни без бутылки?
Собутыльник улыбнулся и налил воды из чайника:
– Коллега, да вы хотите услышать лекцию о том, как я дошёл до ручки, вернее, до бутылки?
– Хотелось бы услышать, друг, что же именно толкнуло тебя в нежные объятия запойной жизни?
Иннокентий залпом выпил кружку воды и принялся за рассказ:
– До завода «Красный треугольник» работал я дозиметристом в городе Сосновый Бор на Ленинградской атомной электростанции. Слышал о такой специальности?
– Краем уха только. Вроде на кораблях есть и атомных подводных лодках.
– Атомная электростанция – это тебе та же самая атомная подводная лодка, только большая и постоянно стоит на одном месте. А дозиметрист, скажу я тебе, как сугубо гражданскому человеку, профессия рисковая и опасная, почти как лётчик-испытатель.
– С чего это вдруг, Иннокентий? Атом же у нас мирный.
– А потому, товарищ, что дозиметрист каждый рабочий день получает для контроля радиационной обстановки определённую норму шила. Это спирт, по-нашему. Вот с этого самого шила у меня всё и началось. И друзья на предприятии у дозиметриста есть всегда! – Сосед замолчал, сделал паузу и продолжил: – Иван, как там у Высоцкого: «А там друзья. Ведь я же, Зин, не пью один…» И попал я в круговерть хмельных пороков прочно и навсегда. Пришлось уволиться по собственному желанию. А дальше уже не смог вырваться из этой паутины. Так и затянуло, Ваня…
– Да уж, Кеша, получается у тебя профессиональное заболевание? Пострадал, так сказать, на работе.
– Не говори. Иван, а тебя как бросило в жизнь запойную?
Шильд задумался, посмотрел на коллегу алкоголика и начал делиться воспоминаниями:
– А я, товарищ, практически всю свою сознательную жизнь проработал на оборонку, в одном почтовом ящике. Не пил. От слова – совсем. После того как наш НИИ под кодовым названием «Поиск» закрыли окончательно и бесповоротно, подруга мамы устроила меня по большому блату в свой магазин рубщиком мяса. Она там винным отделом заведовала. Магазин был большой, а мясной отдел – это и был тот самый центр, вокруг которого крутились интересы всех продавцов. Второй центр притяжения – это уже винно-водочный отдел. Про интересы руководства я интеллигентно промолчу..., – бывший мясник многозначительно взглянул на бывшего дозиметриста, который согласно кивнул. Иван продолжил: – Весил я в те былинные времена намного больше, чем сейчас, и силушки у меня хватало. И был у меня наставник татарин Рамиль, который не только рассказывал о тайнах своей профессии, но и с готовностью взялся учить меня ремеслу. Так вот, этот мастер меня многому научил, и оказалось, что силы и точности для рубки мяса совершенно не достаточно. Главное в этом деле – это резкость удара! Иннокентий, а ты знаешь, сколько всего существует схем разруба мясной туши?
– Откуда мне знать тонкости мясницкой профессии?
– В основном три схемы разруба: смоленская, ростовская и московская. Помнишь, Кеша, красивую схему разруба, висевшую в советские годы в каждом мясном отделе?
Слушатель наморщил лоб и снова согласно кивнул.
– Так вот, это схема смоленского разруба. А в нашем магазине практиковался московский разруб. Ибо для работников универсама московский разруб был куда как приятнее, чем смоленский или ростовский. Куски выходят гораздо мясистее, а для своих и вовсе вырубаются части без костей. В итоге получается чудо расчудесное – туша одна, а при московском разрубе костей меньше. И всем понятно, что у колоды стоит настоящий мастер своего дела. Вот, Кеша, знай, мясник это не профессия, а призвание!
– Иван, мы с вами отвлеклись, однако, от темы алкоголя и перешли на тему мяса.
– Виноват! Увлёкся приятными воспоминаниями. А дальше всё было, почти как у тебя. Я начал потихоньку пить, у меня возникли новые друзья, а в винном отделе появились такие экзотические напитки, как «Наполеон» и «Амаретто». Я рубил нужные куски нужным людям, а люди эти благодарили меня от всех щедрот загадочной души. Не было ни одного дня, чтобы я не выпил с кем-нибудь из своих благодетелей. Но только в конце смены! А в выходные уже оттягивался по полной программе. Сил хватало, руки не подводили, мясо рубилось…
Бывший мясник налил минералки, залпом выпил и продолжил:
– Мамина подруга проворовалась в отделе и её втихую сбагрили с отдела. Вслед за ней и меня. Жить дальше без эксклюзивного мяса я мог, а вот без алкоголя уже никак. Вот так плавно и втянулся…"
Как-то так! Какие будут мнения, товарищи? И господа, разумеется?"
P.S. Если кого-то заинтересовали мои книги, то можно начать чтение с самого начала: https://gapi.ru/kamrad
