Когда-то, давным-давно, Лена считала, что жить одной большой, дружной семьей будет просто замечательно. Пока они с мужем будут карабкаться вверх по служебной лестнице, её мама и свекровь станут помогать им с внуками и заботиться о хозяйстве. Конечно, она понимала, что и ей иногда нужно будет вставать к плите или брать в руки пылесос.
Но её воображение рисовало поистине радужные картины будущего, после того как её муж Стас предложил ей переселиться к его маме. Свекровь у Лены была женщиной властной, но при этом довольно покладистой. В душу к невестке не лезла и не изводила её своими непрошеными советами. Сразу после свадьбы Стас и Лена стали жить у тёщи, в маленькой двухкомнатной квартирке, где было негде развернуться. А вот мать мужа проживала одна в огромной четырёхкомнатной квартире в центре. Правда, эта квартира требовала огромных вложений: замены труб, полов, в общем, полного ремонта. И, конечно, денег на это ни у кого из семьи не было.
Но её свекровь, Валентина Васильевна, предложила выход из этой ситуации.
– Квартиру матери твоей продадим, – деловито произнесла свекровь, расхаживая по их маленькой кухне, где они втроём сидели за столом и слушали её, словно генерала. – Мою отремонтируем и все туда вселимся. Жить будем вместе.
– Идея, конечно, хорошая, – кивнула мать Лены, Раиса Ивановна. – Но какие гарантии у меня будут о том, что вы нас вместе с дочерью через какое-то время на улицу не выкинете?
– Да ты чего, сватья? – опешила Валентина Васильевна. – Да как ты вообще можешь такое говорить? Я женщина порядочная.
– Все мы порядочные до поры до времени, – склонив голову набок, произнесла мать Лены.
– Так, сейчас послушайте меня, – встрял в разговор Стас. – Мама, Раиса Ивановна права. У неё должны быть какие-то гарантии. Она ведь свою единственную квартиру продаёт.
– И что? – поджав губы, поинтересовалась женщина. – Мне теперь её что, прописать?
Лена опешила, но в разговор пока не вмешивалась. А сама только и думала о том, как интересно всё у её свекрови получается. Мама должна единственное жильё продать, вложиться в ремонт, но при этом не может даже на прописку рассчитывать. Вот же здорово.
– Мама, мы не только пропишем в нашей квартире мою жену и тёщу, но и выделим им доли, для того чтобы они понимали, что отдают свои квадратные метры не просто так, что у них останутся какие-то гарантии.
– Какие ещё доли? – всплеснула руками Валентина Васильевна. – Это моя квартира. Она мне от мужа досталась. Это я с этим иродом окаянным сорок лет промучилась. С чего это я теперь должна честно заработанную кому-то отдавать?
– Ну так и сиди без ремонта в своей честно заработанной, – пожала плечами и усмехнулась Раиса Ивановна.
– А вот и буду! Хотела помочь вам, как лучше сделать, в нормальные условия переселить. Но раз вы не хотите по-хорошему, так и сидите друг у друга на голове. А я кредит возьму и всё равно сделаю ремонт, и доли никому отдавать не придётся.
– Стас, это что сейчас было? – поинтересовалась Лена, когда за свекровью захлопнулась входная дверь. – Ты вообще с ней разговаривал, прежде чем предложить вариант съехаться?
– Так это она съехаться предложила, – озадаченно протянул Стас, взглянув на жену. – Сам не понимаю, какая собака её укусила.
– Хитропродуманная собака, – фыркнула мать Лены и поднялась, начав убирать со стола кружки и тарелки.
– Так и что же нам делать теперь? – озадаченно спросила Лена. – Я уже и правда настроилась на то, что мы скоро съедемся и перестанем толкаться на пятиметровой кухне.
– Нужно, наверно, продавать эту квартиру, – вздохнула мать Лены. – И брать ипотеку.
– Может, не стоит? – не обрадовалась подобной перспективе девушка. – Проценты сейчас такие, что мы за эту ипотеку вовек не расплатимся.
– Вот-вот, – вздохнул Стас. – Выходит, переезд откладывается.
Стас в течение месяца пытался убедить свою мать в том, что им действительно лучше жить вместе, потратив деньги с продажи квартиры на ремонт. Взять деньги и устроить ремонт Валентина Васильевна была согласна, а вот отдавать доли невестке и её матери она категорически отказалась.
– Стас, да с чего это вдруг? – кричала она. – Моя это квартира, моя, понимаешь?
– Мам, ты понимаешь, что ты останешься без ремонта в этих катакомбах? – говорил Стас. – Посмотри вокруг, принцесса на горошине. Это уже не квартира, это какая-то коробка. Трубы текут, тараканы шеренгами маршируют. У тебя в спальне окно допотопное. Благо, что хотя бы на кухне и в гостиной заменила окна на пластиковые, а в других комнатах то же самое: ни обоев, ни потолка, ни нормального освещения.
– Ох, как ты заговорил, – покачала головой Валентина Васильевна. – Не нравится тебе что? Отправляйся жить к своей любимой тёще. Ты в этой квартире даже не прописан.
– Всё верно, – кивнул Стас. – А ты, значит, так держишься за эти метры?
– Да, держусь. Это моя гарантия, что когда мне станет плохо, обо мне кто-нибудь позаботится.
– Ну да, ну да, – вздохнул мужчина и пошёл обуваться. Мать посеменила за ним следом, скрестив руки на груди, наблюдала за тем, как он надевает куртку.
– И больше чтобы с такими вопросами ко мне не приходил.
– А я вообще больше не приду, мам, – пообещал Стас. – Нечего мне тут делать. Ты ведь эту квартиру больше меня любишь.
– Ой, поговори мне ещё, – фыркнула женщина, не поверив, что сын говорит серьёзно.
Остаток дня Стас провёл у бабушки, матери своей матери, которая обитала неподалёку в центре в довольно просторной квартире, которую полностью обслуживала сама. Старушка успевала и убираться, и готовить, и всегда была рада, когда к ней в гости приходил её любимый внук вместе с женой Леной. Алевтина Олеговна сразу же бросалась печь пироги для любимых гостей.
С дочерью со своей она уже давно отношения не поддерживала, потому что Валентина Васильевна очень уж хотела ещё при жизни матери захапать себе её квартиру. Она так и говорила: «Ко мне переедешь, халупу твою продадим, а на неё ремонт у меня сделаем». Да, Валентина Васильевна давно пыталась найти спонсора для улучшения жилищных условий. А Алевтина Олеговна, конечно, не согласилась. Тем более, какая это у неё халупа? Хорошая, просторная, ухоженная квартира. Она частенько звала к себе жить Лену и Стаса, но ребята стеснялись. Старушка всё-таки была уже в преклонном возрасте, ложилась спать достаточно рано и от любого шороха могла проснуться. Хотя, если честно, жить у неё им было бы намного комфортнее, чем у Раисы Ивановны.
Когда Стас зашёл в квартиру бабушки, она тут же суетливо выбежала ему навстречу и стала зазывать на кухню пить чай.
– А чего это ты, внучек, такой хмурый, смурной? Случилось что?
– Да так, не обращай внимания, бабуль.
– Да ладно тебе, рассказывай, мне ведь интересно теперь. Валентина опять воду мутит?
И Стас честно рассказал бабушке о том, как его мать сама предложила им съехаться, продав квартиру тёщи, и о том, как при этом не хотела выделять доли ни для Лены, ни для её матери. Говорила, что таким образом она помочь хотела, а по итогу со всеми разругалась и ушла, сделав вид, что её обидели.
– Ох, всегда она такой была, – вздохнула бабуля. – Она и эту квартиру уже который год выкружить у меня хочет. Но я не дура, – она погрозила пальцем и хитро улыбнулась. – Прекрасно понимаю, что как только я продам квартиру и передам ей деньги, она меня в самый дешёвый пансионат отправит. Ну и вас, ребята, понимаю. Неудобно вам жить с тёщей. Простор вам нужен, место, где детей вы рожать сможете. Я бы вам эту квартиру отдала. Понимаю, что со мной вы жить не хотите, боитесь стеснять старушку. Но мне на самом деле уже очень давно опостылело жить одной. Хочется хоть какого-то человеческого тепла, общения по вечерам за чашкой чая.
– Да… не согласится Лена сюда переезжать, – вздохнул Стас.
– А что так? – поинтересовалась Алевтина Олеговна. – Значит, с матерью твоей она жить согласилась, а ко мне ехать не хочет?
– Да там же всё по-другому должно было быть, – развёл он руками. – Мы же думали, что это станет наша общая квартира. Лена понимала, что она будет не какой-то приживалкой, а хозяйкой.
– Так вот в чём дело, – усмехнулась бабушка. – Так давайте продадим мою квартиру и квартиру твоей тёщи, купим себе большой дом и будем жить там все вместе.
– Ты серьёзно? – вскинув брови, уточнил Стас.
– Конечно, серьёзно, – кивнула женщина. – Я ведь эту квартиру всё равно тебе по дарственной собиралась переписать.
Конечно, бабушка Стаса немножко пожурила Лену за то, что та ни разу за всё время не призналась, почему она на самом деле не хочет переезжать жить к старушке. Но Лена только плечами пожимала.
– Простите меня, Алевтина Олеговна, – говорила она. – Просто я наслышана о историях, когда невестки въезжают к родне мужа, и ничего хорошего из этого не выходит, так ещё и семья рушится.
Через полгода небольшое семейство Романовых вселялось в свой новый дом. Алевтина Олеговна выбрала себе спальню на первом этаже, светлую, с летящими шторами и с видом на цветущие яблони. Раиса Ивановна тоже решила устроиться на первом этаже, сказала, что ей так будет комфортнее. Но, конечно, никто и не спорил. К тому же Лена со Стасом с самого начала хотели занять комнату на втором этаже, большую, уютную, с красивым балконом, на котором можно было поставить стол и по утрам пить кофе, глядя на свой цветущий сад.
И каждый из них получил свою долю в доме. И жили они довольно дружно, по крайней мере, никогда не ссорились. Хотя бывали мелкие конфликты на бытовые темы, которые быстро устраняли общими усилиями.
И только Валентина Васильевна снова была недовольна. Решила она, что это невестка её, Ленка, запудрила бабушке мозги и заставила её продать квартиру, чтобы вложиться в их общее жильё. А она ведь почти дожала старушку, и скоро бы та отправилась в пансионат, в то время как женщина наконец-то смогла бы облагородить своё жильё.
Через три года Валентина Васильевна собрала довольно объёмный чемодан и пожаловала в гости к сыну. Требовала выделить ей комнату, заявляла, что будет жить вместе с ними, потому что имеет право, потому что она мать. И вообще, здоровье у неё уже не то, ей уход нужен, а в доме из-за вечно текущих кранов такая сырость, что она скоро до болезни себя доведёт.
Но Стас твёрдо сказал ей, что жить она с ними не будет. У неё ведь был шанс, но она отказалась. И это даже хорошо, потому что мужчина прекрасно понимал, что им бы на самом деле вряд ли удалось ужиться с Валентиной Васильевной. И года бы не прошло, как они бы с Леной развелись, и девушке пришлось бы топать вместе с мамой на вокзал. Похоже, именно это и задумала изначально его мама.
Конечно, Валентина Васильевна ещё немного поскандалила, а потом вызвала такси, запихнула свой чемодан в багажник и уехала, сообщив сыну, что квартиру свою она отдаст соседке, потому что та согласилась за ней ухаживать.
Но никто ей не поверил, ведь если бы действительно были желающие проводить время с этой женщиной, она бы не появилась на пороге их дома.
Возможно, когда-нибудь Стасу удастся наладить отношения с мамой, но сейчас он этого не хочет, потому что Валентина Васильевна так и не поняла, из-за чего на неё все ополчились. Женщина считает себя правой и не осознает, почему никто не хочет с ней общаться, ведь на кону стоит ее огромная, хоть и непригодная для жизни, квартира.
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Предатель. Мышки-кошки", Яна Клюква ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.