Утро 21 мая 1997 года. Высота 8150 метров. В крошечной палатке, которую ветер треплет, как тряпку, Салават Хабибуллин пытается отогреть ноги. Ночь была жестокой, температура опускалась ниже минус сорока, а тело, измотанное неделями работы на вертикальной стене, отказывалось подчиняться. К соседней палатке, стоящей в пятидесяти метрах, подошли товарищи.
«Как дела? Все готовы идти?» — спросил Салават.
«Выходим, как попьём чай», — ответили ребята.
Он кивнул и ушёл обратно. Через полчаса мимо палатки прошли двое, Алексей Болотов и Дмитрий Павленко. Салавата с ними не было.
«Где Салават?»
«У него замёрзли ноги. Сказал, выйдет позже и догонит».
Он не догнал. Он остался на горе навсегда.
Эта история, в которой переплелись невероятная победа и невыносимая потеря, стала одной из самых значительных страниц не только российского, но и мирового альпинизма. Маленькая команда из Екатеринбурга сделала то, что не удавалось никому на протяжении шестнадцати лет, прошла западную стену Макалу. За это восхождение Россия получила свой первый «Золотой ледоруб», высшую международную награду в альпинизме. Но цена этой победы оказалась непомерно высокой.
ГОРА, КОТОРАЯ НЕ ПУСКАЛА НИКОГО
Макалу, пятый по высоте восьмитысячник планеты (8485 м), расположен в восточной части хребта Махалангур-Гимал, всего в двадцати двух километрах к юго-востоку от Эвереста, на границе Непала и Китая. Название в переводе с тибетского означает «Большой чёрный». И это не просто поэтическое определение. Гора действительно выглядит как гигантский чёрный клык, вздымающийся над облаками. Макалу считается одним из самых трудных восьмитысячников для восхождения, успеха добиваются менее тридцати процентов экспедиций.
Западная стена Макалу, почти вертикальная скально-ледовая громада протяжённостью в два километра, начинающаяся на высоте 5800 метров и заканчивающаяся на 8100, долгое время считалась одной из великих нерешённых проблем мирового альпинизма.
Первую попытку пройти её предпринял в 1981 году легендарный поляк Ежи Кукучка, один из двух людей на планете, поднявшихся на все четырнадцать восьмитысячников. С ним шли его соотечественник Войцех Куртыка и британец Алекс Макинтайр. Двойка Кукучка и Куртыка достигла высоты 7600 метров, но дальше пройти не смогла.
Пытался покорить Макалу по этому маршруту и легендарный швейцарец Эрхард Лоретан, ещё один покоритель всех четырнадцати восьмитысячников. За шестнадцать лет было предпринято восемь попыток. Но максимум, чего удавалось добиться лучшим альпинистам мира, это подняться до отметки 7600–7700 метров. Стена словно проводила черту: дальше нельзя, здесь заканчивается территория человека.
«Много лет я только и слышал: западная стена, западная стена, — вспоминал потом руководитель экспедиции Сергей Ефимов. — Этот маршрут сидел во мне как заноза».
КОМАНДА, КОТОРАЯ ГОТОВИЛАСЬ ТРИ ГОДА
Сергей Борисович Ефимов, один из самых опытных уральских альпинистов, не из тех людей, которые бросаются в авантюру очертя голову. Он собирал команду три года, тщательно подбирая людей и проверяя их в деле. Подготовка началась на непройденной западной стене Барунцзе (7220 м) в 1995 году.
Это восхождение было признано лучшим в Гималаях в том сезоне. Год спустя последовало технически сложное восхождение на Аннапурну (8091 м), где в тяжелейших условиях, при страшных снегопадах удалось дойти лишь до 7000 метров. Но опыт, полученный на Аннапурне, оказался бесценным.
К началу экспедиции на Макалу в команде сформировалась, как потом вспоминал Ефимов, «абсолютная, граничащая с наглостью уверенность в том, что они пройдут эту стену».
Команда была небольшой, что по тем временам выглядело почти дерзостью. В её состав вошли: Салават Хабибуллин, капитан команды, единственный мастер спорта международного класса в группе; Алексей Болотов; Николай Жилин; Юрий Ермачек; Дмитрий Павленко; Игорь Бугачевский и Андрей Клепиков. Руководителем экспедиции был Сергей Ефимов, тренером, Александр Михайлов. У команды не было высотных шерпов. Все перила провешивали и все грузы таскали на себе сами.
СТЕРЖЕНЬ КОМАНДЫ
Салават Загитович Хабибуллин родился 23 июля 1961 года в Свердловске. Окончил Уральский политехнический институт в 1984 году. К моменту экспедиции на Макалу за его плечами было около тридцати восхождений высшей категории сложности: пик Корженевской (7105 м), пик Коммунизма (7495 м), Хан-Тенгри (6995 м), пик Пти-Дрю в Альпах по сложнейшей американской диретриссиме. Чемпион СССР 1989 года, двукратный чемпион России.
Но главное было не в регалиях. Салават являлся настоящим стержнем команды, его авторитет признавали все без исключения. Когда перед экспедицией на Макалу участников спросили, кого обязательно нужно пригласить в команду, все назвали Хабибуллина. Он был разумным, без экстремизма, трезво оценивающим обстановку, и всегда первым в работе.
Два месяца перед восхождением Салават одним из первых добрался до подножия горы, чтобы установить базовые лагеря. Когда вертолёт не смог приземлиться на высоте 5700 метров и пришлось выбрасывать грузы для передового базового лагеря, именно Хабибуллин обеспечил сохранность практически всего снаряжения.
Перед последним решающим штурмом, за десять дней до гибели, Салават как обычно был уравновешен и предельно собран. Казался слегка уставшим после недельного пребывания на семикилометровой высоте западной стены. Перед непривычной для него телевизионной камерой (экспедицию снимало НТВ, корреспондент Андрей Кондрашов) он говорил спокойно и немногословно:
«Стена нас не покорила, но поразила своими размерами и техническими сложностями. Особенно когда мы непосредственно приблизились к самим скалам. Сложность тут одна, высота. На большой высоте естественно всё сложнее преодолевается...»
На вопрос о том, что самое трудное, Салават ответил просто:
«Самого трудного ничего не было ещё. Всё впереди».
ЧЕТЫРЕ ДНЯ НА СТЕНЕ
К середине мая команда подошла к подножию стены. 17 мая обе группы соединились в лагере, и начался штурм. Маршрут изучали только по фотографии осенней Макалу, а весной вместо снега на горе оказался лёд. Это была неприятная неожиданность, снаряжения не хватало.
Три ночёвки потребовалось для прохождения самой стены. Альпинисты работали на износ. Юрий Ермачек вспоминал потом: «Сны мне не снились! Мы в течение дня сильно уставали, высота выше 7000 метров и тяжёлые рюкзаки. Ночью я закрывал глаза, утром открывал, сон был как быстротечный провал, ничего не снилось».
На четвёртую ночёвку, 19 мая, альпинисты вышли на отметку 8000 метров, на западный гребень близ вершины. Впервые за много дней они оказались не на вертикали, а на горизонтальном пространстве. Ермачек вспоминал, как это было непривычно: уже месяц только вертикаль, и вдруг скальное поле, покрытое снегом.
20 мая перенесли палатки на 8150 метров, но из-за сильного ветра и холода поработать удалось только четыре часа. Разделились на две тройки. Первая группа, Хабибуллин, Болотов и Павленко, нашла удобный грот на гребне и установила палатку, защищённую от ветра. Вторая группа, Бугачевский, Жилин и Ермачек, провесила ещё одну верёвку и нашла площадку для своей палатки в пятидесяти метрах.
Строить площадки под палатки на такой высоте, как потом говорил Ефимов из базового лагеря по спутниковой связи, это тяжелейшая работа. За четыре дня непрерывной работы на стене команда проходила в день по 70–100 метров высоты. Восемьдесят метров в день на такой высоте. Даже трудно представить.
ДЕНЬ ТРИУМФА И ТРАГЕДИИ
Утро 21 мая. Выход на вершину назначен на семь утра. В 6.30 Салават пришёл ко второй палатке, спросил, все ли готовы. Ему ответили, что выходят, как допьют чай. Салават ушёл. Через полчаса мимо прошли Болотов и Павленко, без Хабибуллина. Объяснили: у Салавата замёрзли ноги, он выйдет позже и догонит.
Гребень был снежным, но довольно крутым. Решили, что связываться верёвкой не будут, хотя взяли с собой пятьдесят метров фиксированной верёвки. Шли быстро, догнали Болотова и Павленко. Дошли до «Ключа», скальной стенки, где до них разворачивались альпинисты предыдущих экспедиций. Но ребята заглянули за край, дотянулись до старой верёвки, которая висела незакреплённой, закрепили её и продолжили подъём.
Первым на вершину Макалу поднялся Николай Жилин. За ним, один за другим, взошли остальные четверо: Болотов, Павленко, Бугачевский, Ермачек. Впятером они стояли на вершине Макалу на высоте 8485 метров, без кислорода. Площадка на вершине совсем небольшая. Сфотографировались. Через пятнадцать–двадцать минут начали спуск.
Жилин спускался первым. Именно он нашёл Салавата. Тот стоял, прислонившись к скале. Уже мёртвый. Он не дошёл до вершины около двухсот пятидесяти метров.
Когда подошли остальные, Салавата уже уложили. Жилин, Павленко и Болотов стояли рядом. Вопрос повис в разреженном воздухе: что будем делать?
Спускать тело было невозможно. Впереди острый гребень и трёхкилометровая стена. На такой высоте тела не спускают. Ребята подняли Салавата на полку, на два метра выше, привалили камнями. Уже смеркалось. В темноте спустились к палаткам.
«Мы уже все истлеем в земле, а Салават так и будет лежать на 8200 метрах, — скажет потом один из участников. — Даже если кто-то туда и доберётся, снять его не сможет. Это слишком опасно для живых».
Ночью, в палатке, навалилась горная болезнь. Ермачек и Бугачевский проваливались в забытьё. Только Жилин сидел и всё время что-то готовил. От супа отказались, аппетита не было, но от чая не отказались. Пить хотелось нестерпимо. Не отказались и от спирта. Помянули Салавата.
СПУСК, КОТОРЫЙ ОКАЗАЛСЯ СТРАШНЕЕ ПОДЪЁМА
Утро 22 мая. Проснулись поздно, около десяти. Надо было быстро собираться и уходить вниз. Болотов и Павленко уже собрали свою палатку и двинулись первыми.
На спуске по гребню, в одном месте, где ступеньки спускались вниз, расстояние между выступами позволяло шагнуть, но при потере равновесия можно было упасть на острые края камней полутора метрами ниже. Ермачек нагнулся, придержался за край и спрыгнул. Уже внизу он услышал крик Бугачевского:
«Помогите!»
Игорь, видимо, решил шагнуть и потерял равновесие. Упал на острые камни. Когда Ермачек поднялся к нему, Бугачевский уже был на ногах, но жаловался на боль в груди. Предположительно, были сломаны рёбра. Дальше шли медленнее. На плато рюкзак Игоря раскидали между собой.
Павленко ушёл вниз к стене, где остались провешенные верёвки. Болотов пошёл по стене первым, за ним Бугачевский, замыкал Ермачек. Через четыре крутых дюльфера спустились на площадку прежней ночёвки. Было уже темно, сил спускаться дальше не осталось. Впятером залезли в одну палатку.
Игорю дали подышать кислородом из резервного баллона. Все нестерпимо хотели пить. Топили кастрюлю за кастрюлей и не могли напиться. Одну кастрюлю перевернули, кто-то заснул от усталости. Пришлось снова вылезать за снегом.
23 мая начали спускаться по стене. Предстояла тяжелейшая работа, нужно было собирать снаряжение, верёвки и железо. Люди были измотаны предельно, двигались буквально по миллиметру. Отдыхали десятками минут, потом два метра вниз, и снова отдых.
А впереди ждал ещё один удар.
КАМЕНЬ, РАЗДЕЛИВШИЙ ТИШИНУ НА «ДО» И «ПОСЛЕ»
24 мая. Группа продолжала спуск. Страшная ночёвка на 7300 метрах, когда потерялся рюкзак с горелкой и они не могли даже согреть воду. Люди, и без того находившиеся на пределе, преодолевали последние сотни метров до лагеря на 6500, где их ждала помощь: навстречу вышла двойка из базового лагеря.
Игорь Бугачевский не дошёл до этого места ста метров.
Сорвавшийся откуда-то сверху камень ударил его в голову.
Игорь Борисович Бугачевский родился 9 мая 1962 года в городе Великие Луки Псковской области. Потом переехал в Свердловск, учился в Уральском политехническом институте, работал в компании СКБ «Контур». Двукратный чемпион России по альпинизму, мастер спорта международного класса. На пик Коммунизма, Хан-Тенгри, пик Победы, он поднимался с той же спокойной обстоятельностью, с которой делал всё в жизни. Товарищи вспоминали его как очень ровного, уравновешенного альпиниста, от которого никогда не слышали бранного слова.
На Макалу, в последнем штурмовом лагере на 8150, он почувствовал недомогание. Ему сделали обезболивающий укол. И он всё же пошёл на вершину. И взошёл. Спуск давался ему тяжелее других, он жаловался на затруднённое дыхание.
Тело Игоря осталось на горе, на высоте около 6800 метров. Спустить его было невозможно.
Последний разговор с Бугачевским по рации запомнил Сергей Ефимов. Ничего героического или прощального в нём не было. Просто рабочий обмен фразами между измученными людьми.
«Дима, ты зайдёшь в базовый?»
«Я зайду. Двое хорошо, мне кажется, всё нормально, мы дойдём до лагеря».
Не дошли.
25 мая последние двое из штурмовавших вершину, Болотов и Павленко, добрались до базового лагеря на 5300 метрах. 28 мая экспедиция вертолётом вылетела в Катманду.
«ГОРА ЗАБРАЛА ЛУЧШИХ»
«Гора забрала лучших, — сказал потом Сергей Ефимов. — Эти двое были чем-то похожи. Разумные, без экстремизма, трезво оценивающие обстановку, первые в работе. Очень тяжёлый разговор состоялся с мамой Салавата».
Юрий Ермачек, один из пяти взошедших на вершину, написал спустя двадцать лет: «Не знаю, как так получается, но горы забирают лучших из нас! Никогда не слышал от Салавата и от Игоря бранных слов. Всегда они были готовы прийти на помощь, были отзывчивыми и добрыми. И были суперальпинистами, благодаря им пройдены самые сложные участки стены».
Оба, и Хабибуллин, и Бугачевский, были посмертно награждены орденами Мужества. На Широкореченском кладбище в Екатеринбурге установлены кенотафы, символические гробницы, потому что тела остались на горе. А спустя шестнадцать лет рядом с ними появится ещё одно захоронение, Алексея Болотова, погибшего на Эвересте в 2013 году. Того самого Лёши, который стоял рядом с телом Салавата на высоте 8200 и помогал складывать каменную могилу.
«ЗОЛОТОЙ ЛЕДОРУБ»: ПЕРВЫЙ В ИСТОРИИ РОССИИ
В начале 1998 года, в Шамони (Франция), маленькой екатеринбургской команде вручили «Золотой ледоруб», самую престижную награду в мировом альпинизме. Это был первый «Золотой ледоруб» в истории России. Жюри, состоящее из экспертов и журналистов специализированных изданий, единодушно признало первопрохождение западной стены Макалу лучшим альпинистским восхождением года.
Вице-президент Федерации альпинизма Франции позже написал: «Результат труда экспедиции маленькой и сплочённой команды екатеринбургских альпинистов, первопрохождение западной стены Макалу, одной из последних проблем Гималаев, это исключительно важное событие в истории гималайских восхождений».
Восхождение вошло в список лучших восхождений двадцатого века.
СУДЬБЫ ВЫЖИВШИХ
Пятеро, стоявших на вершине Макалу 21 мая 1997 года, разошлись по разным дорогам. Но горы не отпустили никого.
Алексей Болотов стал одним из самых выдающихся российских альпинистов-высотников. Поднялся на одиннадцать из четырнадцати восьмитысячников планеты. Дважды получил «Золотой ледоруб»: за Макалу в 1997-м и за первопрохождение северной стены Жанну в 2004-м. 15 мая 2013 года Болотов погиб при восхождении на юго-западную стену Эвереста, сорвавшись с высоты 5600 метров. Ему было пятьдесят лет. Похоронен на Широкореченском кладбище в Екатеринбурге рядом с кенотафами Хабибуллина и Бугачевского.
Николай Жилин, тот самый, кто первым ступил на вершину Макалу, стал старшим тренером альпинистской сборной команды Свердловской области.
Юрий Ермачек основал Уральский высокогорный клуб. Под его руководством тысячи россиян поднялись на вершины разной высоты. Именно он спустя двадцать лет написал подробные воспоминания о том дне на Макалу, сохранив для истории детали, которые без него были бы утрачены.
Дмитрий Павленко продолжил блестящую альпинистскую карьеру. Как и Болотов, он получил «Золотой ледоруб» за Жанну. Макалу была его высотным дебютом, и каким дебютом.
ЗАЧЕМ ОНИ ТУДА ХОДЯТ
Перед решающим штурмом корреспондент НТВ спросил Сергея Ефимова о банальном вопросе, который «всегда задавали и будут задавать альпинистам»: зачем? Что привлекает в этом деле?
«Прежде всего это преодоление самого себя», — ответил Ефимов.
Каждый год, 21 мая, в Екатеринбурге собираются друзья, родственники, альпинисты у мемориала на Широкореченском кладбище. Сначала там значились две фамилии, Хабибуллин и Бугачевский. Потом добавился тренер Александр Михайлов, не вернувшийся с Эльбруса. А ещё позже, снежный барс, охраняющий Алексея Болотова.
Красота гималайских гор навсегда осталась с теми, кто поднялся на Макалу в мае 1997 года. Души двоих из них поднялись так высоко, что не захотели вернуться к привычному и обыденному. Ровно через месяц после гибели Салавату Хабибуллину исполнилось бы 36 лет. Игорю Бугачевскому в день восхождения на вершину, 21 мая, было 35. Он родился 9 мая, в День Победы.
Перед штурмом Ефимов спросил себя, чего он сам себе пожелает. И ответил одним словом, которое потом стало девизом всей этой истории:
«Допить. Додавить. Дотерпеть. Победить».
Они победили. Но какой ценой.
Дорогие читатели. Благодарю за внимание. Желаю добра, мирного неба над головой, семейного счастья. С уважением к вам.