1617 год. Топкапы, покои валиде-султан.
Хаджи Мустафа-ага склонился в почтительном поклоне и произнес:
— Валиде-султан, ваш сын Ибрагим взойдёт на трон. Османская империя обретёт нового повелителя.
Мать падишаха, ещё не ведая, что её судьба уже предрешена, кивнула в ответ. Она не заметила, как пальцы евнуха впились в ткань кафтана с такой силой, что ногти вонзились в ладонь, оставив на коже красные следы. Он сжимал складки так яростно, будто в руках у него была не ткань, а горло невидимого врага.
В 1617 году именно Хаджи Мустафа-ага возвёл на османский престол Ибрагима I, зная о его душевной болезни. Это был момент, когда слуга, лишённый мужской сущности, единолично определял, кто станет повелителем величайшей державы той эпохи. Спустя годы его преемник, также главный евнух, отдал приказ об устранении валиде Кёсем-султан — женщины, чья власть над империей не знала равных.
Человек, прошедший через кастрацию, распорядился удушить мать правящего султана.
Откуда идет караван
Когда османы завоевали Константинополь, они переняли у побеждённой Византии не только городские стены, но и обычай держать евнухов. Причина была проста и сурова: в гареме султана жили сотни наложниц, и за ними нужен был постоянный присмотр. Доверить эту работу обычным мужчинам было нельзя — слишком велик был риск, что страсть возьмёт верх над долгом.
Визири, главные советники султана, втихомолку обсуждали этот вопрос: — Пусть уж лучше служат те, в ком нет мужских желаний, — говорили они. Но в глубине души понимали: обычная человеческая страсть никуда не девалась.
Кто же становился евнухом? На эту ужасную операцию отправляли пленных, захваченных в войнах, или купленных рабов. Важное правило: никогда — мусульман. Религия строго запрещала калечить верующих. Поэтому жертвами чаще всего становились христианские мальчики из Европы или Африки. Бывало и так, что бедные семьи сами продавали сыновей в рабство, надеясь, что те разбогатеют на службе у султана. Мать, прощаясь, могла шептать: — Держись, сынок. Там, во дворце, тебя ждёт лучшая жизнь
— Ты будешь богат, сынок. Выживешь — станешь сильным.
Они не видели, как мальчики умирали в муках, истекая кровью на грязных циновках.
Существовало два вида этой жестокой операции. Самая радикальная, полная, была смертельно опасной. Из-за примитивной медицины, ужасной боли и инфекций выживал лишь один мальчик из трёх.
Те, кому удавалось перенести это, начинали меняться. Их голоса становились тонкими и высокими, фигуры теряли мужские очертания, а природные влечения, казалось, угасали. Но не всегда полностью.
В покоях гарема, где наложницы годами ждали милости султана, рождались отчаянные желания. В полумраке коридоров женщины иногда поджидали евнухов. Сегодня это была Аиша — её красота, некогда сравнимая с утренней зарей, теперь угасала. Год. Целый год её имя не слетало с уст повелителя, год её глаза, учившиеся светиться лишь для него, гасли в ожидании.
— Говорят, — её голос был тише шелеста фонтана во внутреннем дворике, но в нём звенела вся её нерастраченная нежность. — Говорят, что судьба бывает благосклонна даже к тем, кого коснулся нож, и некоторые из вас в всё ещё могут быть мужчинами? Правда это? Скажи мне как сестре!
Те евнухи, кто подвергся неполной операции, иногда шли на этот запретный шаг. Цена за раскрытие тайны была ужасна. Пойманных ждала жестокая казнь — их сбрасывали в тёмные воды Босфора, привязав к ногам тяжёлый камень.
Темнокожих евнухов ценили выше. Они выживали чаще. Да и если наложница родит — тёмная кожа младенца выдаст измену сразу. Белые кастраты следили за слугами, чёрные — за самим гаремом и покоями султана.
При поступлении каждый получал новое имя: Гюль (роза), Лулу (жемчуг), Зюмрют (изумруд).
Тайный доход
Основной источник богатства евнухов был тайным, неофициальным. Они не просто получали жалованье — они мастерски создавали целые теневые схемы обогащения.
Представьте себе главный базар Стамбула. Богатый купец, увидев приближающегося евнуха — важного чиновника из султанского дворца, — почтительно склонялся в поклоне. Он знал правила игры: — Ваше превосходительство, все шёлковые ткани и парчу для гарема я буду закупать только через вас, как мы и договаривались. И ваша доля, конечно, будет ждать вас в условленном месте.
Что это значило? Евнух, отвечавший за снабжение дворца, закупал товары не у самых лучших или дешёвых продавцов, а у тех купцов, которые давали ему самый большой откат — процент от сделки. Цены для казны завышались, а разница оседала в карманах евнуха. Так работала коррупционная схема.
Но их влияние простиралось ещё дальше, в большую политику. Иностранные послы, например из Венеции или Франции, быстро поняли, как устроен двор. Прямой доступ к султану был почти невозможен. И тогда они находили обходной путь:
— Хочешь, чтобы султан подписал выгодный нам торговый договор или оказал военную помощь? Не суйся к нему напрямую. Подари дорогой подарок — золотой перстень, ларец с самоцветами — главному евнуху той наложницы, которую падишах сейчас больше всего любит. Евнух передаст подарок и нашу просьбу наложнице, а она, в свою очередь, нашепчет нужные слова султану.
Таким образом, евнухи стали ключевыми посредниками и «воротами» к власти. Они контролировали потоки информации, подарков и просьб, наживаясь на каждой операции.
Их могущество достигло пика в так называемую эпоху «женского султаната» (XVI–XVII века), когда мать правящего султана (валиде-султан) часто была настоящим правителем империи. Но даже она не могла обойтись без своего главного евнуха — кызляр-аги.
Валиде-султан формально отдавала приказы, но её кызляр-ага держал в руках все нити заговоров и реальные рычаги управления. Он лично набирал и контролировал дворцовую стражу, от которой зависела безопасность. Он ездил на невольничьи рынки и решал, каких девушек купить для гарема. И самое главное — он мог влиять на то, какая наложница попадёт в спальню султана, а значит, мог вырастить будущую мать наследника и нового могущественного союзника.
Апофеозом этой власти стал 1617 год. Главный евнух Хаджи Мустафа-ага, пользуясь своим влиянием, фактически организовал восхождение на престол султана Ибрагима I. Придворные знали, что Ибрагим психически нестабилен, но для евнуха это было не препятствием, а преимуществом.
К XIX веку их оттеснили от трона, оставив лишь функцию стражников гарема. Никаких интриг. Никаких заговоров. Теперь мы стали просто смотрители.
Последние евнухи ушли из дворца Топкапы в 1922 году, вместе с падением самой Османской империи. Так закончилась их трёхсотлетняя история. Время, когда кастрированные рабы могли влиять на выбор султанов и участвовать в дворцовых переворотах, ушло безвозвратно.