Маньчжурская кампания стала крупнейшей сухопутной фазой Русско-японской войны. После утраты морской инициативы Россия оказалась в условиях, где снабжение, переброска войск и темп решений зависели от одной коммуникационной линии — Транссибирской магистрали. Ключевые сражения — Ляоян (1904) и Мукден (1905) — показали, что исход определялся не героизмом частей, а архитектурой управления и логистикой. На уровне отдельных боёв русские части часто демонстрировали устойчивость и способность к организованному отступлению. Тактических катастроф масштаба разгрома не происходило. Операционный темп определялся скоростью концентрации сил. Япония могла перебрасывать войска морем быстрее, чем Россия по однопутной железной дороге. Стратегическая инициатива — это способность навязывать сценарий войны. После утраты контроля на море Россия действовала в режиме реактивности. Вывод: поражение формировалось не на линии окопов, а в линии коммуникаций. Транссибирская магистраль в начале XX века была в основно