– Лиз, а давай куда-нибудь рванём? – вдруг сказал Виктор.
Он сидел за столом с газетой, но не читал – просто держал в руках, для вида.
– Куда это? – Она обернулась, помешивая в кастрюле.
– Да хоть на дачу к Серёге. Или в лес. На шашлыки. – Он отложил газету, посмотрел на жену. – Устал я, Лиз. От этой рутины. Работа-дом, дом-работа. А выходные – так вообще непонятно куда улетучиваются.
Она хотела было сказать: «У нас же столько дел! Надо шторы постирать, в кладовке разобрать, у тебя полка в гараже». Но осеклась. Потому что поняла: дела никогда не закончатся. А жизнь – уходит.
– На природу? – переспросила она тихо.
– Ага. Костёр, звёзды, тишина. Без суеты. Без, – он замялся, – без этого всего.
Лиза выключила плиту. Сняла фартук. Подошла к окну и посмотрела на мокрую улицу.
Когда в последний раз они были просто вдвоем? Не на юбилее у родственников, не на даче у друзей с шумной компанией. А именно вдвоём?
Не помнила.
– Давай, – выдохнула она. – Поедем.
Виктор аж привстал:
– Серьёзно?!
– Серьёзнее некуда. В субботу утром – в лес. Палатку возьмём?
– Зачем палатку. У Серёги домик есть, он ключи даст. Час езды, и мы там.
Она улыбнулась:
– Тогда с утра. И продукты сразу соберём – мясо, овощи, всё для шашлыка.
– И торт твой «Наполеон» испеки, – Виктор подмигнул. – Я его обожаю.
В пятницу Лиза носилась как угорелая. Купила курицу – замариновала. Нарезала овощи. Испекла торт. Виктор достал из гаража старый мангал, почистил, уложил в багажник.
Вечером они сидели на кухне, пили чай и планировали:
– Выезжаем в восемь. Чтоб к десяти на месте быть, – говорил Виктор.
– Костёр разведём сразу?
– Да. И шашлык к обеду. И гитару возьму, может, песни попоём.
Лиза смотрела на него и думала: вот он её Витя. Уставший, поседевший, с морщинками у глаз. Но когда говорит про костёр и гитару, светится, как мальчишка.
– Знаешь, – тихо сказала она, – мне кажется, нам это очень нужно.
– Что?
– Побыть вдвоём.
Он кивнул:
– Давно нужно.
Она встала, начала убирать продукты в термосумку. Всё – курица, овощи, торт, даже хлеб с маслом. Открыла холодильник – и вдруг замерла.
Холодильник зиял пустыми полками – непривычно, жутковато даже. Словно зуб вырвали. Всю жизнь там что-то лежало: кастрюлька супа, салатик «на всякий случай», колбаска нарезанная. А тут – голые стеклянные поверхности и одинокая банка горчицы на дверце.
– Лиз, ты чего застыла?
– Да так. Необычно. Обычно всегда что-то остается в холодильнике. На всякий случай.
– На какой случай? – Виктор подошёл, заглянул. – Мы же на два дня уедем. Кому оно надо?
Она пожала плечами. Закрыла дверцу.
И не знала ещё, что через несколько часов этот пустой холодильник изменит их жизнь навсегда.
Лиза как раз застёгивала молнию на сумке, когда телефон Виктора завибрировал.
– Алло? Нинка? Да ты чего. Куда?!
Она замерла. По спине – холодок. Нет. Только не сегодня.
– Понятно. Ну ладно. Да. Да-да.
Виктор положил трубку и как-то виновато посмотрел на жену.
– Они уже выехали.
– Кто они?
– Нина с Димкой и внуками. Сказала переночуют, сходят в зоопарк и вечером обратно.
Молчание повисло такое, что хоть ножом режь.
– Витя.
– Лиз, ну что я мог сказать? Они уже в дороге!
Она медленно опустилась на стул. В голове – туман, а где-то глубоко внутри что-то щёлкнуло. Как тумблер. Раз и всё.
Сколько можно?
Сколько раз она бросала всё и неслась к плите, потому что «родственники же, неудобно»? Сколько раз Нина с семьей приезжала вот так, без звонка, и Лиза улыбалась, доставала припасы, варила, жарила, накрывала?
– Пусть приезжают, – сказала она тихо.
Виктор вздрогнул:
– Ты чего, продукты обратно достаем?
– Нет.
– Как нет?!
Лиза встала, расправила плечи.
– Ничего не знаю. Мы уезжаем завтра утром. Как планировали. А они взрослые люди. Магазин рядом.
Нина приехала в половине одиннадцатого вечера.
Лиза услышала сначала хлопок дверцы, потом голоса – детские, взрослые, всё вперемешку, и этот знакомый до оскомины топот по крыльцу. У Нины был ключ – «на всякий случай», ещё пять лет назад Виктор дал.
– Лизавета-а-а! Мы приехали! – раздалось из прихожей, и в этом «мы приехали» слышалось всё: и ожидание радостной суеты, и уверенность, что стол уже накрыт, и даже лёгкое недовольство, что хозяйка не выбежала встречать.
Лиза сидела на диване с книжкой в руках. Виктор рядом – вжался в спинку, как школьник перед контрольной.
– Ну здравствуй, здравствуй, – Нина ввалилась в комнату, за ней – зять Димка с сумками, двое внуков сонных. – Устали жуть! Четыре часа ехали, пробки – ужас просто. Лиз, а чайку можно? И чего-нибудь перекусить. Дети голодные.
Она говорила на одном дыхании, даже не глядя на хозяев. Уже сбрасывала туфли, уже направлялась на кухню.
– Нин, мы сами только собирались, – начал было Виктор, но сестра его даже не услышала.
Лиза поднялась следом.
На кухне Нина уже распахнула дверцу холодильника – и замерла. Просто встала столбом, глядя на пустые полки.
– Это что?
– Холодильник, – спокойно ответила Лиза.
– Я вижу, что холодильник! Где продукты?!
Димка заглянул через плечо жены и присвистнул:
– Ничего себе. Прям как в музее – красиво, но есть нечего.
– Мы завтра уезжаем на природу, – сказала Лиза ровным голосом. – Всё с собой взяли.
Нина обернулась так резко, что чуть не задела её плечом:
– Как это взяли?! Витя, ты что, не сказал ей, что мы едем?
– Нин, я узнал, когда вы уже выехали.
– Ну и что?! – Голос её становился всё выше. – Мы с дороги! Дети хотят есть! А у вас тут пусто!
Лиза прислонилась к дверному косяку. Внутри всё было удивительно тихо. Никакой паники. Никакого желания броситься исправлять ситуацию.
– Нина, – произнесла она негромко. – Вы приехали без предупреждения. В наши выходные. Когда мы планировали отдых.
– Да мы ж переночуем только!
– Вы всегда переночуете только. А потом я три дня отмываю кухню, стираю бельё и слушаю, как вы рассказываете, какая я молодец-хозяюшка.
Тишина. Даже дети притихли.
– Лиза, ты чего это? – Нина смотрела на неё так, словно видела впервые. – Я не понимаю. Мы же не чужие.
– И что? – Лиза глубоко вдохнула, – можно было позвонить. Договориться. Спросить, удобно ли нам. Но вы этого не делаете.
Димка хмыкнул и полез в телефон – видимо, искал ближайший круглосуточный магазин. А Нина стояла с открытым ртом, и по её лицу было видно: она никак не могла взять в толк, что происходит.
– Витя! – Она обернулась к брату. – Ты это слышишь?! Твоя жена нас выгоняет!
– Я никого не выгоняю, – перебила Лиза. – Ночуйте. Только ужин – ваша забота. Магазин работает до полуночи, пять минут отсюда.
Виктор привстал с дивана, будто собирался что-то сказать, но потом посмотрел на жену и опустился обратно.
– Вот оно что, – Нина сложила руки на груди. – По-твоему, мы теперь чужие, да? Приехали к тебе, а ты...
– Нин, хватит, – вдруг сказал Димка. – Пошли в магазин. И правда ведь, никто не предупреждал.
Жена уставилась на него, как на предателя:
– Ты на чьей стороне?!
– На стороне здравого смысла. Взрослые люди, сами справимся.
Нина шумно выдохнула, схватила сумку и вылетела в коридор. Димка виновато плечами пожал, кивнул Лизе – мол, извини, и потащил детей следом.
Дверь хлопнула.
Лиза прикрыла глаза. Сердце колотилось – бешено, радостно, страшно.
Они вернулись через полчаса – Нина с каменным лицом, Димка с пакетами, дети жевали шоколадки. Ужинали молча, быстро. Расположились в гостевой комнате – тоже без разговоров.
Утро выдалось ясным – такое, когда солнце бьёт в окна и хочется распахнуть их настежь, впустить свежий воздух и новую жизнь.
Лиза проснулась рано. Собрала последние вещи, заварила кофе. В доме стояла тишина – Нина с семьёй ещё спали после вчерашнего. Или делали вид, что спят.
Виктор вынес рюкзаки к машине, оглянулся на дом:
– Может, зайдём попрощаться?
– Не надо, – Лиза покачала головой. – Пусть отдыхают.
Но когда они садились в машину, дверь гостевой комнаты приоткрылась. Нина стояла на пороге – растрёпанная, в халате. Молчала. Просто смотрела.
Лиза помахала ей рукой.
Нина только кивнула.
Выходные пролетели как один день. Шашлыки, костёр, разговоры под звёздами. Виктор даже гитару достал, забытую, пыльную, и спел песню, которую не пел лет двадцать.
А Лиза просто сидела, смотрела на огонь и думала: вот оно. Вот для чего живёшь.
Для таких вот моментов.
Через неделю позвонила Нина. Голос был напряжённым, но другим:
– Лиз, это я. Мы хотели бы заехать. На выходных. Если вам удобно.
Лиза улыбнулась трубке:
– В субботу или воскресенье?
– В субботу. После обеда. Я продукты привезу, ты не беспокойся. И извини. Правда.
– Приезжайте. Будем рады.
Когда она положила трубку, Виктор поднял голову от газеты:
– Нинка?
– Угу. Спросила разрешения. И продукты везёт.
Он присвистнул:
– Чудеса.
– Не чудеса, – Лиза подошла к окну, посмотрела на улицу, залитую солнцем. – Просто один раз поставишь на место, и люди начинают уважать.
Она развернулась, посмотрела ему в глаза и поцеловала. Долго. Как в молодости.
А потом засмеялась – легко, звонко, от всей души.
Потому что впервые за много лет в её доме был порядок.
Друзья, не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новые публикации!
Рекомендую почитать еще: