Найти в Дзене
FlexnDone

🥅 СИДН и правовая определённость: дело Tiger Global

15 января 2026 года Верховный суд Индии вынес решение, которое уже называют поворотным. Дело Tiger Global (2026 INSC 60) ставит фундаментальный вопрос: может ли национальный суд преодолеть защитную оговорку международного договора, ссылаясь на борьбу с «двойным неналогообложением»? Фабула Три маврикийских компании группы Tiger Global в 2011–2015 годах приобрели акции Flipkart Singapore — холдинга, чья стоимость существенно определялась активами в Индии. В мае 2018 года в рамках сделки Walmart ($16 млрд) компании продали пакеты, реализовав прирост капитала порядка $1,6 млрд. Компании заявили освобождение по India–Mauritius DTAA: в первоначальной редакции ст. 13(4) устанавливала исключительное право государства резидентства на обложение прироста капитала от отчуждения акций. 1) Протокол 2016 года и «дедушкина оговорка». В 2016 году Индия и Маврикий подписали Протокол, изменивший режим: с исключительной компетенции резидентства — на совместную. Однако ст. 13(3A) включила переходное пол

🥅 СИДН и правовая определённость: дело Tiger Global.

15 января 2026 года Верховный суд Индии вынес решение, которое уже называют поворотным.

Дело Tiger Global (2026 INSC 60) ставит фундаментальный вопрос: может ли национальный суд преодолеть защитную оговорку международного договора, ссылаясь на борьбу с «двойным неналогообложением»?

Фабула

Три маврикийских компании группы Tiger Global в 2011–2015 годах приобрели акции Flipkart Singapore — холдинга, чья стоимость существенно определялась активами в Индии. В мае 2018 года в рамках сделки Walmart ($16 млрд) компании продали пакеты, реализовав прирост капитала порядка $1,6 млрд.

Компании заявили освобождение по India–Mauritius DTAA: в первоначальной редакции ст. 13(4) устанавливала исключительное право государства резидентства на обложение прироста капитала от отчуждения акций.

1) Протокол 2016 года и «дедушкина оговорка».

В 2016 году Индия и Маврикий подписали Протокол, изменивший режим: с исключительной компетенции резидентства — на совместную. Однако ст. 13(3A) включила переходное положение (grandfathering clause): инвестиции до 1 апреля 2017 года продолжают пользоваться защитой прежнего режима.

2) Осознанный выбор двух государств изменить правила на будущее, сохранив легитимные ожидания прошлого.

Tiger Global полностью подпадал под эту защиту: акции приобретены в 2011–2015 годах, задолго до пороговой даты.

3) Позиция Верховного суда: GAAR преодолевает договор

Верховный суд отменил решение Высокого суда Дели от 28.08.2024, который встал на сторону Tiger Global, и поддержал позицию налоговых органов.

4) Ключевые тезисы:

Структура квалифицирована как «impermissible avoidance arrangement» по Chapter XA Income Tax Act (GAAR). Суд указал, что GAAR применяется к любому соглашению, по которому налоговая выгода получена после 01.04.2017, — даже если инвестиция совершена ранее (Rule 10U(2)).

Ранее в посте я писал, что Сертификат налогового резидентства (TRC), оказывается, не является безусловным доказательством: TRC необходим, но не достаточен, если есть основания полагать, что реальное управление и контроль осуществлялись не на Маврикии.

5) «Двойное неналогообложение» как аргумент: Суд отметил, что компании одновременно требовали освобождение в Индии и не подлежали обложению на Маврикии — что, по мнению Суда, противоречит самой цели СИДН.

6) Чувствительный вопрос: правовая определённость

Именно здесь лежит наиболее острая проблема решения. Протокол 2016 года — не односторонний акт налогового органа, а двусторонний международный договор. Включив «дедушкину оговорку», Индия и Маврикий дали участникам рынка ясный сигнал: прошлые инвестиции защищены. Инвесторы вправе были полагаться на эту гарантию при структурировании сделок.

Верховный суд фактически сузил действие защитной оговорки, применив внутреннее антиуклонительное законодательство (GAAR) к ситуации, прямо предусмотренной конвенционной нормой. Независимо от оценки конкретной структуры Tiger Global, возникает системный вопрос: какова ценность переходных положений международного договора, если национальный суд может их преодолеть через национальное право?

7) Цель предотвращения «двойного неналогообложения» не может превалировать над прямо выраженными конвенционными нормами. Релятивизируя защитную оговорку, решение ставит под сомнение саму функцию СИДН как инструмента предсказуемости и правовой определённости в трансграничных операциях.

8) Важно то, что

Решение выходит далеко за рамки конкретного спора. Маврикий десятилетиями служил основным каналом иностранных инвестиций в Индию (свыше 30 % совокупного FDI). Крупнейшие фонды — Blackstone, KKR, Sequoia — использовали аналогичные структуры. Tiger Global — прецедент, который переопределяет правила для всех.

Для участников InTax’26 это решение — бесценный материал. Оно демонстрирует, как взаимодействуют СИДН и внутренние антиуклонительные нормы, что такое «substance over form» в контексте treaty shopping, и почему аргумент о правовой определённости может оказаться сильнее, чем ссылка на конкретную норму.

Следите за развитием. 🏛

@taxlaw_rus