В 2026 году рынок маркетплейсов окончательно разделился.
Российский продавец:
- регистрируется в системе маркировки;
- получает декларации и сертификаты;
- платит НДС, налог на прибыль или УСН;
- отвечает перед ФНС, Роспотребнадзором и таможней;
- интегрирован в цифровые системы контроля.
И параллельно существует трансграничная торговля — когда товар едет напрямую из-за рубежа конечному покупателю.
Возникает вопрос: это реальная правовая «дыра» или просто разные режимы регулирования?
Разберёмся без эмоций.
1. Почему китайский селлер «как будто» не маркирует товар
Ключевой момент — статус товара при ввозе.
Если товар:
- отправляется из-за границы,
- оформляется как почтовое отправление,
- предназначен для личного пользования физическим лицом,
он проходит таможенное оформление по упрощённой процедуре.
В таких случаях:
- не применяется обычный порядок декларирования;
- не требуется регистрация участника оборота в «Честном ЗНАКе»;
- не возникает обязанности наносить код Data Matrix до выпуска в оборот на территории РФ.
С точки зрения формального права — это не оборот товара внутри РФ хозяйствующим субъектом, а трансграничная дистанционная продажа.
Именно в этом различие.
2. Почему российский селлер обязан маркировать
Если товар:
- находится на складе в РФ;
- продаётся со склада маркетплейса (FBO/FBS);
- оформлен на ИП или ООО;
то он считается введённым в гражданский оборот на территории РФ.
А значит:
- обязательна маркировка (если товар входит в перечень);
- обязательны декларации и сертификаты по ТР ТС;
- применяется налоговое законодательство РФ;
- данные интегрированы с ФНС и системой прослеживаемости.
С 2026 года автоматическая фиксация нарушений усилила цифровой контроль:
несоответствие между остатками, кодами маркировки и отчётностью — это не «человеческий фактор», а алгоритм.
3. Почему это создаёт экономический дисбаланс
Российский селлер несёт комплексную правовую нагрузку:
- расходы на коды маркировки;
- лабораторные испытания и декларации (Федеральный закон № 184-ФЗ «О техническом регулировании»);
- интеграция с ГИС МТ («Честный ЗНАК»);
- НДС, налог на прибыль / УСН;
- ответственность по КоАП РФ (ст. 15.12 — оборот немаркированной продукции).
Трансграничный продавец:
- не регистрируется в системе маркировки как участник оборота в РФ;
- не оформляет российские декларации соответствия;
- не платит налоги в бюджет РФ (при отсутствии постоянного представительства).
Формально это не нарушение — это разные правовые режимы.
Но экономический результат очевиден: различная себестоимость и ценовая конкуренция.
Проблема не в том, что «чужих не проверяют».
Проблема в разной правовой природе операций:
В итоге:
- у российских продавцов выше себестоимость;
- у трансграничных — ниже цена;
- конкуренция искажена.
4. Но есть нюанс, который многие игнорируют
2026 год — это не 2022.
Трансграничная модель постепенно ужесточается:
- усиливается контроль таможенных потоков;
- маркетплейсы пересматривают политику допуска;
- вводятся дополнительные требования к категории товаров повышенного риска (детские товары, косметика, электроника).
Кроме того:
покупатель всё чаще выбирает товар со склада в РФ — из-за скорости доставки, понятного возврата и юридической защищённости.
5. Почему ФНС и Роспотребнадзор приходят именно к российскому селлеру
Ответ простой: юрисдикция.
У государства есть доступ:
- к расчётным счетам,
- к данным маркетплейсов,
- к системе маркировки,
- к электронному документообороту.
Контроль стал не выборочным, а системным.
Это не «придираются к своим».
Это — цифровизация контроля.
6. Опасная иллюзия 2026 года
Многие российские продавцы, видя демпинг, делают вывод:
«Если другие обходят требования, может, и нам попробовать?»
И здесь начинается зона повышенного риска:
- продажа немаркированного товара;
- фиктивные декларации;
- попытки «маскировать» категорию;
- использование схем дробления.
С учётом автоматизированной фиксации нарушений такие решения почти всегда заканчиваются штрафами и блокировками карточек.
7. Есть ли стратегия выживания?
Да. И она не эмоциональная, а юридическая.
- Чёткая проверка товарной матрицы — что подлежит маркировке, а что нет.
- Оптимизация деклараций — грамотное объединение продукции по составам.
- Контроль документооборота с маркетплейсом.
- Работа в категориях, где важны скорость и доверие.
- Юридический аудит карточек и товарных потоков.
Российский селлер не может конкурировать по «нулевой налоговой нагрузке».
Но он может конкурировать:
- скоростью;
- прозрачностью;
- правовой защищённостью;
- доверием потребителя.
8. Юридический анализ и перспективы развития регулирования
Теперь — главное.
Ситуация не статична.
1. Нормативная база, которая уже работает
Маркировка
- Федеральный закон от 28.12.2009 № 381-ФЗ
- Постановление Правительства РФ № 515 и иные акты по отдельным группам
- КоАП РФ ст. 15.12 — ответственность за оборот немаркированной продукции
- УК РФ ст. 171.1 — уголовная ответственность при крупном размере
Техническое регулирование
- Федеральный закон № 184-ФЗ
- Технические регламенты ЕАЭС
- Реестр деклараций ФСА (Росаккредитация)
Налоговый контроль
- НК РФ (НДС, налог на прибыль, УСН)
- Автоматизированный обмен данными маркетплейсов с ФНС
С 2026 года цифровизация контроля усилилась: сопоставление данных из ГИС МТ, ЕГАИС (для отдельных категорий), реестра деклараций и налоговой отчётности происходит автоматически.
9. Куда движется регулирование
По тенденциям 2024–2026 годов можно выделить три направления развития:
1. Сужение «зоны личного пользования»
Ужесточается контроль массовых почтовых отправлений, если они:
- систематичны,
- носят признаки коммерческого потока,
- фактически используются для регулярной перепродажи.
В перспективе возможно:
- изменение критериев «товаров для личного пользования»;
- усиление таможенного администрирования;
- введение обязательной идентификации продавца.
2. Давление через маркетплейсы
Маркетплейсы становятся субъектами комплаенса:
- блокировка карточек без подтверждённых деклараций;
- автоматическая сверка кодов маркировки;
- отказ в размещении определённых категорий без подтверждения происхождения.
Это не прямое регулирование трансгранички,
но косвенное выравнивание условий.
3. Расширение международного налогового сотрудничества
Тенденция к налогообложению цифровых платформ уже реализована (НДС на электронные услуги).
Вероятно дальнейшее развитие механизмов учёта оборотов иностранных продавцов.
Юридические риски для российского селлера
Самая опасная ошибка — попытка «адаптироваться» к демпингу незаконными способами.
Риски:
- квалификация оборота как незаконного предпринимательства;
- доначисление налогов;
- штрафы по ст. 15.12 КоАП РФ;
- конфискация товара;
- блокировка карточек и расчётных счетов;
- уголовная квалификация при крупном обороте.
С учётом цифровых следов (ГИС МТ + ФНС + маркетплейсы) скрыть оборот в 2026 году практически невозможно.
Реалистичный прогноз
Полного «равенства» режимов в ближайшей перспективе не будет.
Но произойдёт постепенное:
- сокращение серых каналов;
- усиление требований к маркетплейсам;
- интеграция таможенных и налоговых данных;
- рост требований к документальному подтверждению происхождения товара.
И в этой модели выигрывает тот бизнес, который:
- изначально структурирован юридически корректно;
- понимает свою категорию риска;
- заранее проводит аудит маркировки и сертификации.
Итог
Это не история про «своих» и «чужих».
Это история про разные юридические конструкции.
Именно их понимание позволяет:
- оценить реальную конкурентную позицию;
- просчитать риски;
- выстроить стратегию на 2026–2027 годы.
10. Главный вывод
Система маркировки сама по себе не дискриминационна.
Дискриминацию создаёт различие правовых режимов.
И в 2026 году выигрывают не те, кто ищет лазейку,
а те, кто понимает правовую конструкцию рынка.
Если вы селлер и чувствуете, что находитесь в зоне риска:
- не уверены, обязаны ли маркировать товар;
- сомневаетесь в корректности деклараций;
- опасаетесь автоматических штрафов;
- видите демпинг и не понимаете, как законно снизить издержки;
направьте нам описание вашей модели работы.
Мы проведём предварительный правовой анализ:
- рисков маркировки;
- соответствия ТР ТС;
- налоговой нагрузки;
- взаимодействия с маркетплейсом.
Иногда проблема не в системе.
Иногда — в её неправильной настройке под конкретный бизнес.