Перед поездкой в Норильск мне несколько раз рекомендовали посмотреть фильм "Комбинат надежды" - о трудных подростках и о том, что все хотят покинуть Норильск. Смотреть его я не стал, ибо город в подобном кино - обычно не более чем декорация. Причины же такого желания умозрительны (экология, климат, труднодоступность, цены), как и причины вновь и вновь откладывать отъезд (зарплаты, близость природы и опять же труднодоступность). Ну а комбинат "Надежда", если ехать из Дудинки или аэропорта (то есть - внешнего мира) встречает за 10 километров до города:
На самом деле "Надежда" - не комбинат (тот охватывает весь Большой Норильск), а лишь его ядро. Официально - Надеждинский металлургический завод имени Бориса Колесникова, в 1970-х годах, под руководством этого директора, дополнивший сталинский тандем Никелевого и Медного заводов.
Собственно, "Надежда" и проектировалась с 1967 года как Второй Никелевый завод, но уже к началу стройки в 1974 году стало ясно - весь её масштаб это название не вместит. Да, это крупнейшее в мире производство никеля, но вместе с ним - и десятка других металлов. Пущенная двумя очередями в 1979 (гидрометаллургия) и 1981 (пирометаллургиях) годах "Надежда" стала и самым современным предприятием цветной металлургии в Советском Союзе.
Среди 22 тысяч человек, занятых на её стройке, было около 180 специалистов из Финляндии и Канады, уже имевших передовой опыт производства никеля на Крайнем Севере. Хорошо заметная издали площадка с портальными кранами изначально называлась БИО - База импортного оборудования, которое, в цветастых контейнерах, явно привозят туда и сейчас. Ну а электрички, в те годы сновавшие одна за другой, позволили вынести производство далеко за город - иначе по Норильску нельзя было бы ходить без противогаза.
Теперь посмотрим на "Надежду" с трассы, которая огибает её петлёй. Давшее заводу название плато Надежды (где первооткрыватель Николай Урванцев сделал в 1919 году первые удачные находки) - природный каменный фундамент, на котором удалось возвести, например, уникальные для зоны вечной мерзлоты трубы - по 250 метров высотой!
Городская легенда, для норильчан впрочем являющаяся неоспоримой былью, и вовсе гласит, что раньше трубы были ещё выше и воздух в городе оставался кристально чист, пока капиталисты не срезали их по просьбе Канады.
Газа эти трубы исторгают действительно какое-то невообразимое количество - ни в Карабаше, Никеле и Заполярном (привычных мне эталонах загрязненности), ни в глубинах Китая я не видел, кажется, десятой доли того, что творится здесь. Это ведь не пар, как над Магнитогорском или московскими ТЭЦ, а газовая смесь, не то чтобы полезная для организма...
Со стороны Кайеркана площадка "Надежды" встречает жёлтыми горами серы. Ведь большинство здешних руд - сульфиды, и выделив Cu или Ni, нужно ещё и куда-то девать S. Самое логичное решение - устроить производство серной кислоты, этого "хлеба промышленности"... вот только что потом с ней делать?
Серная кислота, как мы знаем из голливудских фильмов, разъедает сталь, но менее очевидно, что её ещё и очень много - как побочного продукта разных отраслей. Вывозить с Крайнего Севера миллионы тонн серной кислоты (а получится именно столько!) в год - сложно, чревато экологической катастрофой (если что-то пойдёт не так) и при этом стоить она будет в разы дороже, чем точно такая же серная кислота с каких-нибудь металлургических заводов на Урале.
Твёрдую серу отправлять на материк - проще... вот только кислотой можно связать 99% сернистых выбросов, а так - лишь около 80%. Как результат, НГМК вообще и "Надежда" в частности - крупнейший рукотворный источник сернистого ангидрида, основного компонента кислотных дождей. Да едкий привкус на языке, порой возникающий в Норильске - не что иное, как капли серной кислоты, возникающие на слизистых при дыхании...
Другое зрелище "Надежды" - брызгальные бассейны, эрзац огромных градирен, вполне достаточный в здешних зимах.
Ведь на площадке действует ещё и Норильская ТЭЦ-3 (430 МВт), 29 мая 2020 года ославившаяся на всю страну утечкой мазута в реку Амбарную.
Прошлые кадры сняты с запада, со стороны Кайеркана. С юга, у вершины дорожной петли, внезапно видишь турбовинтовой Ан-26, построенный в 1977 году Киевским авиазаводом - таким же я летал на Диксон. Он стоит тут с 2012 года, напоминая, что для старшего поколения норильчан "Надежда" была не заводом:
Первый круглогодичный гражданский аэропорт Норильска действовал на этом плато в 1950-65 годах... а затем власти решили, что редкое здесь ровное пространство на каменистой плите нужнее для завода.
К 1965 году Надежду и Нежданный заменил современный аэропорт Алыкель, который я показывал в прошлой части. Он гораздо дальше от города (автобусом ехать часа полтора), но зато куда ближе к Дудинке и поле его не затянет смог. Ан-26 - уже его примета, как в 1970-х, так и в наши дни. Более подходящий "Символ Надежды" (официальное название памятника) - Ил-12: 668 таких машин (62 из которых впоследствии разбились) построили в 1945-68 годах в Москве, и как раз в годы работы старого аэропорта они господствовали на авиалиниях СССР и Китая.
Кислотные дожди, однако, не только отравили почву, но и так разъели памятник, что в 1992 году его пустили на металлолом. И это очень жаль: в соседних Игарке и Диксоне вот стоят на постаментах ещё более старые Ли-2, в Норильске и Дудинке же не нашлось для памяти машин, которых не увидеть в небе.
А самая красивая деталь - "Символ Надежды" стоит в створе бывшей взлётки.
Кайерканские автобусы делятся на экспрессы, которые идут напрямую, и обычные - их путь дольше на 20-30 минут из-за крюков к проходным "Надежды". Ближе к Кайеркану, у гидрометаллургического цеха (где все процессы делаются в бассейнах с реагентами) - Южная проходная, где территория как бы и общедоступная, но ревущие цеха нависают со всех сторон:
А ближе к Норильску, у пирометаллургических цехов (где металл выплавляют) - заводоуправление и даже собственный небольшой автовокзал:
Трубы "Надежды" хорошо видны из города за стеной плато:
А увидев вот такое над крышами цехов, мы с непривычки испугались - не пошло ли там что-то не так.
Надпись ПЦ (на самом деле - "плавильный цех") же весьма красноречива. Особенно мрачно, когда весь дымный хвост НМЗ прибивает к земле, и тогда он просто лежит на плато Надежды стеной густого серого вонючего тумана.
И добивает порой до Талнаха, где добывается большая часть норильских руд. Талнах хорошо виден за Норилкой с края плато, спуск с которого в 2011 году отметил крест, вопреки всем выбросам - белый.