— …Ой, Полин, да распалась уже компания наша, только воспоминания остались, — вздохнула Ирина. — Никифоровы уехали, ты же знаешь, наверно. У Осиповых второй ребенок родился нездоровый, им теперь не до тусовок особо. А твой Максим теперь начальником стал, такой важный, куда деваться. Деньги гребет лопатой, новый внедорожник купил. К нему теперь на хромой козе не подъедешь…
Полина с Ириной стояли у кофейни возле торгового центра — случайно встретились. Пять лет назад, в прошлой жизни, они довольно плотно общались: их мужья работали вместе, а до этого еще и учились в одном вузе. Их была целая компания друзей: праздники вместе встречали, дни рождения справляли, отдыхать ездили, у кого-то гуляли на свадьбе. Дружили семьями.
А потом Полина развелась и из этой тусовки выпала. Ее тогда мигом удалили из общего чата мужниных друзей. Нет, она ни на что не претендовала, конечно. Но если честно, то тогда это резануло. Молча выбросили, как нашкодившего котенка.
И вот теперь Ирина стояла перед ней и рассказывала новости. В том числе, как оказалось, и про бывшего мужа Полины, Максима. Честно говоря, о его карьерном росте Полина была не в курсе.
— Начальником стал, говоришь? — переспросила Полина.
— Ну да. Уже года два, если не больше. Ты не знала?
Подписывайтесь на Телеграм-канал и на канал в МАХ с реальными историями из жизни от читателей!
Полина покачала головой. Не знала. Бывший муж давно жил своей жизнью, она — своей. Ребенком почти не интересовался, звонил несколько раз в год, пару раз передавал через свою мать сладкие наборы к Новому году для сына. Свекровь и то появлялась в жизни внука чаще, чем папа. Хотя и она вниманием не баловала.
Связывали Полину с бывшим мужем только алименты, которые он платил исправно, без задержек и напоминаний. Тогда, после развода, Максим попросил не подавать на выплаты официально – мол, на работе не очень приветствуют алиментщиков, всегда какие-то проблемы от них. Да и не хочется посвящать коллег в тонкости своей жизни. Договорились, что он будет сам переводить четвертую часть своего заработка. Тогда это было шестьдесят тысяч рублей. В принципе, все эти годы Максим договоренности исполнял, платил аккуратно, как штык. И все время одну и ту же сумму.
А теперь вот говорят, что зарплата у него стала гораздо больше.
— Ничего себе… — пробормотала Полина скорее для себя.
Ирина ещё что-то рассказывала — про новый офис в центре, про премии, про командировки, но Полина уже слушала вполуха. В голове крутилась одна мысль: а не обнаглел ли бывший муженек? Разве это нормально, что алименты ребенку он совсем не увеличил?
Честно говоря, расстались они не в самых лучших отношениях. Перед разводом много ругались, в основном, из-за денег. Бывший муж считал Полину транжирой, то и дело упрекал, что она сидит на шее и ножки свесила. Полина же считала, что экономить на колбасе и маникюре, получая нормальные деньги – неправильно. Ей очень не нравилось, что четырехлетний сынишка наблюдает эти скандалы. Они развелись. После развода общение быстро сошло к минимуму. Максим ушел в туман. Осталась только финансовая часть.
Сумма алиментов поначалу казалась более чем приличной. Полина даже ловила себя на мысли, что ей повезло. Но с тех пор сумма не менялась ни разу. Ни индексации, ни разговоров об увеличении. Сверх алиментов Максим тоже принципиально не давал ни копейки.
А время, между прочим, шло вперед. Цены росли. Расходы росли. Всё дорожало — от коммуналки до одежды. Но алименты оставались прежними.
И вот теперь выясняется, что доход бывшего мужа давно уже не тот.
Дома Полина первым делом полезла в интернет. Нашла страницу компании мужа, открыла вакансии. Цифры были красноречивыми. Даже по самым скромным прикидкам его доход сейчас был как минимум в два раза выше, чем пять лет назад.
Полина сидела на кухне, смотрела в экран и ловила себя на странном чувстве. Это была не зависть. И не жадность. Скорее ощущение несправедливости.
Она закрыла ноутбук и вздохнула.
И что теперь?
С одной стороны, шестьдесят тысяч — сумма немаленькая. Многие в наше время зарплату такую получают и на эти деньги живут. На одного ребенка этой суммы более чем достаточно. Деньги приходят вовремя, без нервов. Максим выполняет обещания.
С другой — по закону алименты считаются от дохода. Четверть. А если доход вырос, почему выплаты должны оставаться прежними?
Ну хотя бы индексация за пять лет-то должна же быть?
Полина прекрасно понимала, что разговор будет тяжёлым. Отношения у них и так натянутые. Спокойно обсудить денежный вопрос с этим человеком — почти фантастика. Он не из тех, кто скажет:
— Да, конечно, давай пересмотрим.
Скорее наоборот:
— Тебе мало? Я и так плачу больше многих. Закатай губу.
Полина знала этот тон. Помнила его ещё по браку.
Был и другой вариант — подать на алименты официально. Не просить. Не уговаривать. Просто оформить алименты выплаты молча в положенном законом объеме – 1/4 от дохода.
Но тут начинались страхи. Самые неприятные.
А если он начнет хитрить и вредить? Уменьшит официальный доход? Сделает так, что в итоге Полина будет получать минималку вместо стабильных шестидесяти тысяч?
Полина знала такие истории. Читала. Слышала от знакомых. И каждый раз думала, что лучше уж синица в руках.
Она ходила по квартире, убирала, ставила стирку и прокручивала один и тот же вопрос:
Я вообще имею право это требовать?
Или это уже жадность? Или пусть платит папаша, хотя бы так компенсирует свое отсутствие?
Чем больше она думала, тем сильнее путалась.
С одной стороны — он обязан по закону. Доход вырос — алименты тоже должны вырасти.
С другой — он платит исправно. Не исчез. Не бегает. Наказывать его не за что. Они же договорились. И шестьдесят тысяч для одного ребёнка даже в наше время — это объективно немало.
И всё упиралось в одно:
А стоит ли лезть туда, где сейчас хоть какая-то стабильность?
А вы бы на месте Полины стали поднимать вопрос об увеличении алиментов — добровольно или через суд? Или сочли бы, что лучше не трогать то, что работает?
Обсуждаем на сайте «Семейные обстоятельства»