Утро. Я укутана в одеяло, с температурой, отрезанная от привычного ... Мир за стеклом тихий и белый. Сугробы, как простыни. И в этой стерильной белизне — чёрные фигурки. Они движутся по нерасчищенным тропинкам размеренно, друг за другом, как в тихой игре. Грустно и странно осознавать, что там, внизу, бурлит жизнь со своими «очень важными» делами. А отсюда, с высоты, это просто молчаливое движение частиц. Муравьишки. Винтики. Каждый из них — целая вселенная. Со своей температурой, своей болью, своими невысказанными мыслями. Но с этой высоты наша человеческая мощь, наша сложная система чувств и связей — совершенно не видна. И тут вспоминаются слова Блеза Паскаля: «Человек — всего лишь тростник, слабейшее из творение природы, но он — тростник мыслящий». Вот они — эти мыслящие тростники, брегущие по снегу. Каждый несёт в себе невидимый снаружи порядок: переплетение родовых связей, вытесненных чувств, верных и неверных мест в истории своей семьи. Именно это невидимое переплетение я и