Вчера слушала долгожданную лекцию академика РАН Алексея Алексеевича Гиппиуса «Берестяные грамоты из раскопок 2025 года». Решила написать о некоторых дохристианских именах из грамот.
Берестяная грамота №1235 датируется второй половиной XII века-началом XII века. Написана она тонким писалом на бересте не очень хорошего качества (с бороздками), плюс после обнаружения рассыпалась на фрагменты. Так что работа над ее чтением и толкование была непростой и еще продолжается. Содержание грамоты – деловое, очевидно, фрагмент реестра по сборам-платежам. Теперь по именам. Перевята – это Первята, разговорная уменьшительная форма от дохристианского имени Первой. Так могли назвать первого ребенка в семье.
Затем идет дохристианское имя Рохл. У корня -рох- убедительной этимологии нет, предполагается его родственная связь с корнем -рух-. (Напомню, что значение корня -рух- в индоевропейский период было связаны с движением, часто деструктивным: от «убирать» до «разрывать на части», от «кидать» до «срезать». В Древней Руси известно книжное слово «рухо» в значениях «движимое имущество», «пожитки, вещи; товар», «корабельный груз, тяжесть/бремя» и разговорное «рухло» в тех же значениях плюс «груз вообще», «любая ноша, поклажа». Существительным «поруха» в древнерусских церковных текстах называли вред/повреждение/порчу, в XVII веке в деловой письменности возникает слово «разруха» – смута, междоусобица, которое в XVIII-XIX векаx получает новое значение разрушения, распадения, превращения в развалины. Около XV века в разговорной речи древнее словом «рухло» сменяется словом «рухлядь» в тех же значениях). И Алексей Алексеевич Гиппиус считает: имя Рохл в берестяной грамоте второй половины XII века-начала XII века может быть самой ранней фиксацией корня -рох-. Трудно сказать, какое точно значение в него было вложено. Мне же вспоминаются более поздние:
– «Кипреян Дмитреев сын Рохлец Кузнец», упомянутый в одной из купчих грамот, составленных в Тотьме в 1584 году, и отчество Рохлецов в той же Тотьме, в 1693 году;
– «рохлый» в значении «рыхлый, неплотный» в источниках 1640-1650 годов; «рохлый» и «рыхлый» – синонимы-родственники по вариациям одного корня;
– согласно словарю Даля: «рохлый» – хилый, квелый, вялый непроворный человек в вологодских говорах, «рохляк»/ «рохля» – вялый разиня, сонный, ленивый, тупой, неповоротливый, неряха; согласно «Словарю вологодских говоров»: «рохлый» – больной, слабый здоровьем человек или пугливый человек; согласно «Краткому словарю поморского языка» «рохляк» – разиня, неряха.
Затем в грамоте №1235 упомянут человек по имени Далько. Ученым уже известно имя Далята – разговорная уменьшительная форма от дохристианского Далемир. Здесь можно предположить тот же вариант, однако точное происхождение «Далька» остается открытым.
Следующее имя скорее всего читается как Чияш. И вот здесь загадка. Гиппиусу оно немного напомнило ситуацию с именем Кыяз-Кияз, которое могло быть и тюркским антропонимом, и славянским. Славянская версия возводила Кияза к имени Кий. С именем Чияш тоже можно пойти «по славянскому пути», вспомнив, что в новгородской берестяной грамоте середины XVI века №263 встречалось имя Кой,а среди архаических топонимов Новгородской земли были Коегоща и Коегощ, позволяющие реконструировать имя Коегость. Все это восходит к праславянскому глаголу *kojiti – «успокаивать, унимать», от которого пошли «покой» и «почивать»/ «почить». Связаны ли имена Чияш и Кой через форму «почить»? Повторюсь вслед за ученым: большой вопрос.
Далее чтение бересты позволило «опознать» имя Житожизн. Ранее в новгородской берестяной грамоте второй трети XI века №526 фигурировало имя Житобуд, название города Житомир позволяет реконструировать имя Житомир. Гиппиус также упомянул имя Доброжид. У слов «жито» и «жизнь» один корень, так что имя Житожизн – некоторое «усиление» значения за счет повтора.
Еще одна берестяная грамота с именами – №1236, которая датируется второй половиной XII века. В ней весть матери посылают, очевидно, братья. Причем один назван по крестильному имени Дмитром, а второй – по дохристианскому имени Пуней. Имя Пуня может быть сокращенной разговорной формой от имен Путислав, Путимир, Путимысль. По берестяным грамотам из Новгорода и Старой Руссы известны Путята, Путьша. Слово же «путь» в древности имело еще много значений, помимо привычного нам «дорога», «расстояние между точками А и Б». Например, «деятельность, поприще, намерения, дела, польза», отсюда прилагательное «путный» – то есть хороший, дельный, толковый, годный.
В качестве иллюстрации решила дать фотографию писала из собрания Новгородского музея-заповедника.
