Я решил блеснуть знаниями на свидании. Разговор зашёл о живописи, и я с умным видом заявил:
«Конечно, импрессионизм — это ведь когда размыто, как у Моне.
А вот постимпрессионизм — чётко и ярко, как у Ван Гога. Он, кстати, ухо себе отрезал от любви к искусству».
Девушка вежливо улыбнулась: «Интересная теория». Я был на вершине.
Вдруг её друг, тихий парень в очках, поправил их и мягко сказал: «Вообще-то, Ван Гог — это как раз поздний импрессионизм.
А ухо — результат ссоры с Гогеном. И Моне, и Ван Гог творили примерно в одно время, просто техники разные».
Наступила тишина. Я покраснел, как помидор. Моя спутница смотрела на меня с новой, едва уловимой улыбкой. «Спасибо, — сказала она другу. — Очень познавательно».
Остаток вечера я молчал, а её друг увлечённо рассказывал о технике пуантилизма.
Больше я не умничаю в незнакомых темах. Особенно когда рядом есть тихие парни в очках.