Часть цикла «Статьи» на ЯПисатель.рф
Двенадцатого февраля 1984 года в Париже умер человек, который научил литературу прыгать через клетки, как дети на асфальте. Хулио Кортасар ушёл тихо — от лейкемии, в объятиях своей последней жены Кэрол Данлоп, которая, впрочем, умерла ещё раньше него. Ему было 69 лет, и он успел перевернуть представление о том, что такое роман, рассказ и вообще — зачем мы читаем.
Сегодня, спустя 42 года, его книги продаются миллионами. «Игра в классики» по-прежнему взрывает мозг студентам-филологам от Буэнос-Айреса до Москвы. А рассказ «Слюни дьявола» до сих пор заставляет кинорежиссёров чесать затылки. Но вот вопрос, который мало кто задаёт: почему мёртвый аргентинец с бельгийским паспортом остаётся актуальнее девяноста процентов современных писателей?
Давайте начнём с самого наглого его поступка. В 1963 году Кортасар выпустил роман «Игра в классики» (Rayuela) и сказал читателям: книгу можно читать двумя способами. Первый — как нормальный человек, от начала к концу. Второй — прыгая по главам в специальном порядке, который автор указал в начале. По сути, он изобрёл гипертекст за тридцать лет до интернета. Не метафорически, а буквально: перекрёстные ссылки, нелинейное повествование, читатель как соавтор. Тим Бернерс-Ли ещё даже не начал мечтать о World Wide Web, а этот двухметровый аргентинец уже построил его — из бумаги и чернил.
Но «Игра в классики» — это не просто литературный фокус. Это роман о том, как человек ищет смысл и не находит его. Главный герой Орасио Оливейра шатается по Парижу, пьёт мате, спорит о джазе и философии, влюбляется в сумасшедшую женщину по имени Мага — и ничего из этого его не спасает. Знаете, что самое жуткое? Эта книга 1963 года описывает экзистенциальный кризис миллениалов точнее, чем любой современный автофикшн. Кортасар понял нашу тревогу раньше, чем мы сами.
Теперь о рассказах — потому что именно в короткой форме Кортасар был абсолютным монстром. «Слюни дьявола» — рассказ, в котором фотограф случайно снимает сцену в парке и потом не может понять, что же он на самом деле увидел. Микеланджело Антониони превратил это в фильм «Фотоувеличение» (Blow-Up, 1966), который получил «Золотую пальмовую ветвь» в Каннах. Но фильм — при всей его гениальности — упростил оригинал. У Кортасара рассказ ведётся от лица... облака? Мёртвого человека? Камеры? Невозможно сказать точно. И в этой невозможности — вся суть.
Или возьмите «Непрерывность парков» — рассказ на полторы страницы, который студенты разбирают семестрами. Человек читает роман в кресле. В романе герой идёт убивать человека. Человек в романе входит в комнату, где в кресле сидит... тот, кто читает роман. Полторы страницы — и ваше представление о границе между реальностью и вымыслом разрушено навсегда. Борхес мог бы позавидовать такой экономии средств. Читать далее ->
Подпишись, ставь 👍, Чехов молча одобряет!
#Кортасар #Хулио_Кортасар #Игра_в_классики #латиноамериканская_литература #магический_реализм #BlowUp #аргентинская_литература #наследие_Кортасара #годовщина_смерти #нелинейное_повествование