Найти в Дзене
Мифоистория Сибири

Легенда о городе мертвых

Фото из альбома «Красноярск – город на Енисее» (Красноярск, 1960) В древности здесь шумел первозданный лес, и стояла на берегу реки одинокая хижина. Стенами её служили переплетённые ветви и звериные шкуры, а крышей – кора деревьев. Поначалу хижина принадлежала охотникам, но затем поселился в ней шаман с дочерьми. Хвастливый и слабый – одно название, что шаман: духи, которых он вызывал, ничего не умели. Они кружились над костром и не слушались бубна, а только хохотали и кривлялись. Больших усилий стоило ему загнать непослушных призраков обратно во тьму. Так было раньше, но поселившись у скал-останцев (ныне их называют Красноярскими столбами), шаман заметил разительные перемены: заклинания его стали сильнее, а умения выросли. Старые камни щедро делились накопленной магией. Вскоре хозяин хижины стал творить настоящие чудеса, и рассказы о нём разошлись по миру, достигнув океана на востоке и Асгарда Ирийского на западе. Настоящее имя колдун хранил в тайне, забрав себе название реки, у

Фото из альбома «Красноярск – город на Енисее» (Красноярск, 1960)

В древности здесь шумел первозданный лес, и стояла на берегу реки одинокая хижина. Стенами её служили переплетённые ветви и звериные шкуры, а крышей – кора деревьев. Поначалу хижина принадлежала охотникам, но затем поселился в ней шаман с дочерьми. Хвастливый и слабый – одно название, что шаман: духи, которых он вызывал, ничего не умели. Они кружились над костром и не слушались бубна, а только хохотали и кривлялись. Больших усилий стоило ему загнать непослушных призраков обратно во тьму. Так было раньше, но поселившись у скал-останцев (ныне их называют Красноярскими столбами), шаман заметил разительные перемены: заклинания его стали сильнее, а умения выросли. Старые камни щедро делились накопленной магией. Вскоре хозяин хижины стал творить настоящие чудеса, и рассказы о нём разошлись по миру, достигнув океана на востоке и Асгарда Ирийского на западе. Настоящее имя колдун хранил в тайне, забрав себе название реки, у которой жил – Эне-Сай.

Со всех сторон потекли к Эне-саю люди, ища защиты, и вскоре тщеславный шаман провозгласил себя вождём. Получив власть, стал он заносчивым, спесивым, невоздержанным и вспыльчивым. Никто не смел перечить новому вождю, ибо впадал он от того в великий гнев. Когда дочери его вошли в невестин возраст, объявил шаман, что отдаст их лучшим из лучших. Весть эта разошлась по миру и вышла за пределы Сибири. Из далёкой долины на западе, лежавшей за рекой Шу, прибыл с караваном молодой князь Такмак. Не было равных князю в схватках с соперниками, а в дар отцу будущей невесты передал он табун быстрых и выносливых лошадей. Ударили Эне-Сай и Такмак по рукам, и привели к ним старшую дочь шамана по имени Базаиха. Хитрый отец опоил гостя зельем-мороком, отчего толстая и сварливая девица показалась жениху пленительной красавицей. Она неуклюже топталась на месте – он видел изящный и прельстительный танец, она говорила глупости – он поражался мудрости её слов, она ворчала и капризничала – он слышал сладкоголосые песни. Шаман не желал зла юноше: тот остался бы под действием зелья до своей смерти, и не было бы на земле мужа счастливее. Но таёжная волчица, путающая следы человеческих судеб, не любит счастливых. Лалетина, младшая дочь шамана, освободила богатыря от действия дурмана и в ту же ночь соблазнила.

Страшен был гнев Эне-сая! Над останцами разразился ураган: ветер вырывал с корнем деревья и сносил хижины, молнии крошили скалы, а затем огромная речная волна слизнула с берега Лалетину и утащила с собой на дно. Ярость шамана была столь велика, что он не пожалел собственную дочь. Такмака и его воинов, оглушённых раскатами грома, связали и оттащили в пещеру, где заковали в цепи, а вход завалили камнями.

Время одинаково безжалостно к сильным и слабым. Течёт оно невидимой рекою сквозь нас и не подвластно ни материнским слезам, ни царскому гневу. Прошли годы, состарился Эне-сай. Умирая, он завещал похоронить себя в пещере, где живьём замуровали Такмака и его свиту. И таков был страх перед правителем, что подданные не посмели ослушаться: разобрали камни и втащили тело мертвеца, а затем завалили вход заново. С трепетом и страхом услышали они звон мечей и звуки боя – это в битве шамана и подземных духов рождался город мёртвых, правителем которого стал Эне-Сай. Легенды о мёртвом царстве сохранились у многих народов, только название реки, по которой везли усопших, разнилось от страны к стране – Стикс, Хабур, Санзу. Город мёртвых обслуживали живые – остатки племени шамана. Были это мрачные люди, жившие за счет даров. В скалах появились величественные усыпальницы и тоннели, каменные сфинксы и пещеры-гробницы, крылатые кони и следы Будды. Казалось, царству мёртвых не будет конца, но во время древней войны, которую легенды назвали Титаномахией, погибло и оно.

В начале XVII века возле двух мифических городов древности – Асгарда Ирийского и Города мёртвых почти одновременно возникли остроги, ставшие через несколько веков Омском и Красноярском. Может быть, их основатели – Юрий Шаховской, воевода тарский, и Яков Хрипунов, воевода енисейский, что-то знали?

#легенды #сибирь

Читайте на моем канале: Легенда об Асгарде Ирийском