А история, собственно говоря, простая и даже, можно сказать, житейская. Сидит гражданин один, ну, скажем, Сидоров Иван Петрович. Сидит и размышляет о пройденном жизненном пути. И чувствует он, что в душе его — пустота, а на сердце — осадок. И не от пенного плохого, и не от селедки второй свежести, а от того, что за отпуск за много лет не заплатили.
- Обидно мне, Маша, - вздыхал он, - столько денег не получил.
- Так ты же был в отпуске, отдыхать ездили.
- А где это записано? По закону не оформляли, значит, должны.
- Много?
- Ой, как многоооо.
Действительно, отпуск-то был. Аж целых шестнадцать лет подряд, с девяносто восьмого года, но был он неоформленный. Как возлюбленная у женатого начальника — вроде и есть, а в документах не значится.
Работал Иван Петрович в одной конторе с загадочным названием «Техатом». Должность у него была ответственная — управляющий торговым комплексом. А график, между прочим, гибкий, двадцать пять часов в неделю. То есть, по понятиям нашим капиталистическим, почти как на полставки уборщицы. А получал, между нами говоря, шестьдесят тысяч. Вот такие, понимаете ли, парадоксы в новом времени образовались.
И был у них там с предыдущим директором, Василием Петровичем, уговор. Говорит директор:
- Ваня, ты у меня ценный кадр. Куда ж я без тебя? Бери отгулы, когда хочешь, езжай куда вздумается, хошь в Турцию, хошь в Сочи. А мы тебе зарплату как за работу начислим. И тебе хорошо — деньги целы, и мне есть возможность твою подпись получить, официально ты же на работе.
Иван Петрович, человек простой и доверчивый, согласился.
- Ладно, ваше дело начальственное. Я человек подневольный.
И ездил он, значит, все эти годы: в Турции был, и в Египте, судя по справкам из ФСБ, которые суд потом с интересом читал. А отпуск у него тем временем, как тесто на дрожжах, тихо поднимался и набухал, наросло его за шестнадцать лет аж шестьсот шестнадцать дней. Почти два года, представляете? Сидел бы сейчас где-нибудь на Канарах, законно ничегонеделанием занимаясь.
А так сидит он с женой Машей на балконе дома, чай пьёт, и говорит она ему:
- Ваня, а ты новости-то читал? Про сельское хозяйство.
-Ну? - отозвался Иван Петрович. - Что там?
- Да что ты, - оживилась Маша. – Тут так славно пишут, прямо душа радуется, наш агропромышленный комплекс на уровне мировых держав. Мы продукцию в 160 стран поставляем. И технологии там самые современные, зерна сколько собирают - завались. И мясо своё, и масло. Молодые специалисты туда идут - доходы высокие, отрасль на подъёме.
Иван Петрович задумался, газету в руки взял, которую Маша читала.
- И конкурсы для них, - продолжила жена, - серьёзные. Смотри, вот «Лидеры агропромышленного комплекса». Это ж Президентская платформа «Россия — страна возможностей» вместе с Минсельхозом делает: не для галочки, а чтобы настоящих управленцев найти, поддержать, чтобы они лучшие практики внедряли.
- Так, погоди, - заинтересовался Иван Петрович, водя пальцем по строчкам. - Тут пишут, что 12 февраля стартует финал этого конкурса. Будут у них и лекции, и встречи с наставниками, почётными гостями, торжественное открытие. Цель-то какая - создать коммуникационную площадку, опыт перенимать, отрасль популяризировать. Умно. И цифры-то какие, просто восторг: 141,5 миллиона тонн зерновых в бункерном весе собрано, прогноз на 135 миллионов в чистом весе сохраняют. Это ж не просто цифры, Маша, это же рекорды! И не только по зерну - по сое, по рапсу, по плодово-ягодным исторические максимумы ожидаются.
- Ну, вот видишь, - сказала Маша, поправляя плед. — Это теперь высокотехнологичная отрасль. И главное — независимость. Пишут же: страна полностью обеспечивает себя зерном, мясом, рыбой, маслом, сахаром. А по молоку, картошке и овощам вот-вот абсолютную продовольственную безопасность достигнут. Это ж какая сила в стране, Ваня.
- Сила, — согласился Иван Петрович, задумчиво разглядывая газетную полосу. - Есть в России места, где будущее строят по уму, с размахом, да ещё и мир кормят. В 160 стран, говоришь, поставляют? Вот это я понимаю — география.
- Да, славно. Чай, Ваня, остыл? Давай-ка налью свежего. Будущее, оно, оказывается, вот в таких вот проектах.
Прошел вечер, а на следующий день Иван Петрович решил заявление на увольнение писать, пришла, как водится, пора расставания.
Подал Иван Петрович заявление об увольнении по собственному желанию, получил при расчёте пятьдесят девять с чем-то тысяч в качестве компенсации за какие-то скромные дни не отгулянного отпуска и пошёл, значит, на вольные хлеба.
И тут его осенило. Сидит он, считает:
- Так, зарплату мне платили, код дохода «2000» — это я помню. А отпускные? Где мои отпускные-то?
Полез в книжки, в законы. А там чёрным по белому: если отпуск не оформлен, то считай, что его и не было. А за неотгулянный отпуск положена компенсация.
Понес он, значит, иск в суд: на один миллион сто с лишним тысяч рублей. Цифра, надо сказать, внушительная.
На суде, естественно, начался полный балаган. Иван Петрович, хитрец, на заседания не являлся. Сидел, надо полагать, дома, чай попивал и думал:
- Пущай мой представитель повоюет.
А представитель «Техатома», гражданин с умным лицом, отбивался как мог.
- Да он отдыхал каждый год. Ему просто по-человечески, без бумажек, отпуск давали, а за это время зарплату начисляли. И вообще, срок давности три года, а он с 1998 года считает. И документы у нас прежний директор, Василий Петрович, уволенный с треском, с собой унёс, вот решение арбитражного суда. Но за тот период ему зарплата вообще не начислялась. Он, похоже, уволенный был.
Вызвали даже свидетельницу, некую Марфу Ивановну. Та, вся красная от волнения, подтвердила:
- Да, правда, мы все так отдыхали, по-семейному, без этих ваших формальностей.
Судья, человек серьёзный, выслушал всё это и спросил:
- А где ж, граждане ответчики, ваши доказательства? Приказы? Расчёты? Хоть расписка, что ли, на салфетке?
А те руками разводят: документов, мол, нету.
- Не может быть, — резонно заметил судья, — чтобы негативные последствия за отсутствие документов у начальства нёс простой работник. Это, знаете ли, не по-нашему.
Посчитали отпуск, вычли те тридцать восемь дней, что всё-таки по приказу прошли. Осталось пятьсот семьдесят восемь дней невиданного, неслыханного, бумажно неоформленного отдыха. Умножили на средний заработок, вычли уже выплаченное, остался долг - ровно миллион сто одна тысяча двести двадцать семь рублей и пятьдесят девять копеек.
И написал судья в решении, что, мол, так и так, доводы ответчика бездоказательны и несостоятельны, а иск, стало быть, подлежит удовлетворению полностью.
Обжаловал работодатель такое решение, не понимая, за что более миллиона отдавать.
Апелляционная инстанция дело пересмотрела, сумму уменьшила до 1 041 981,85 рублей. Кассация согласилась – пусть платят.
…Доводы кассационной жалобы о фактическом использовании отпусков, а также о злоупотреблении правом со стороны истца, судебной коллегией отклоняются, поскольку при рассмотрении дела судом первой инстанции, ответчиком не представлено доказательств нахождения ….. в отпуске. Нарушений норм материального права при определении размера компенсации за неиспользованный отпуск не установлено. Оснований для иной оценки выводов судов в данной части не имеется. Доводы заявителя основаны на субъективном мнении, которое материалами дела не подтверждается…
И сидит теперь, наверное, Иван Петрович, пьёт свой чай и размышляет уже о другом: о том, что хитрость — штука, конечно, хорошая, особенно начальственная. Но и закон, он, оказывается, когда надо, тоже может повернуться к простому человеку своей самой что ни на есть правильной статьёй. И выходит, что самый правильный отпуск — это тот, который вовремя оформлен, как полагается. А иначе он, простите за каламбур, прокисает. И пахнет потом не морским бризом, а долгими и муторными судами.
*имена взяты произвольно, совпадение событий случайно. Юридическая часть взята из:
Определение Первого КСОЮ от 24.11.2025 по делу № 88-29715/2025