Начало
История двенадцатая
Марфа Ивановна сидела у окна и смотрела, как во дворе играют чужие дети.
Её собственные дети и внуки выросли, разъехались по городам и звонили раз в год.
Она чувствовала себя старой фотографией, которую все уже рассмотрели и убрали в дальний ящик.
Тихонько скрипнула дверь. В комнату вошла Такса, подошла к креслу и легла на клубок ниток у ног старушки.
— А ты кто такая? — удивилась Марфа Ивановна.
Буся ткнула носом в клубок шерсти, потом принесла ей в зубах спицы. И бабушка вдруг вспомнила, как вязала первые пинетки для своей дочери и внуков.
Как пела им колыбельные. Как её руки были полны жизни и любви.
Она взяла спицы и принялась за работу.
А Буся, свернувшись у её ног, тихонько подрагивала во сне, будто бежала по давно забытой тропинке на даче, где когда-то резвились её внуки.
В этот вечер Марфа Ивановна допоздна вязала тёплые носки. Не для кого-то конкретного. Просто потому, что её руки снова были кому-то нужны.
Утром она разложила их на лавочке во дворе с табличкой «Возьмите, кому холодно».
А Такса исчезла. Но на кресле остался один маленький, ярко-рыжий клубок шерсти— словно приглашение начать свою историю заново.