За несколько дней до отъезда на чемпионат мира 1965 года Инга взяла молоток и вбила в стену гвоздь, рядом с тремя лавровыми венками, привезёнными с трёх предыдущих мировых первенств.
«Четвёртый повешу сюда», - сказала она матери.
Она пробежала дистанцию с улыбкой на устах, обыграв и голландку, и кореянку, да ещё и подругу по сборной. Весь мир был у её ног...
Девочка с Петровки
Инга Артамонова родилась 29 августа 1936 года в Москве. Окна их квартиры смотрели на стадион «Динамо» в Петровском парке, и это соседство определило всю её жизнь.
Отец бросил семью в войну, мать тянула двоих детей одна, работала не разгибаясь. Денег не хватало, еды тоже. Голодное военное детство наградило девочку туберкулёзом, и врачи прописали ей побольше свежего воздуха.
Свежего воздуха на катке «Динамо» было в избытке.
Инга пропадала там с утра до вечера, и в 1949 году тренер Павел Санин обратил на неё внимание. Правда, направил в академическую греблю. Для лёгких, говорил, полезнее. Он не прогадал, потому что в 1950-м Инга стала чемпионкой Москвы среди девочек, через три года взяла золото первенства СССР среди девушек, а в 1954-м победила и на взрослом чемпионате страны.
Казалось бы, греби себе и дальше. Но Инга была не из тех, кто слушается. Зимой 1954 года она заявила тренеру:
— Гребля не для меня. Я буду бегать на коньках.
— С твоими ста семьюдесятью семью сантиметрами? — тренер покачал головой. — Конькобежцам нужны короткие и крепкие мышцы!
— Подумаешь! Я и со своими длинными всем покажу!
Ей было семнадцать.
Ни один тренер не хотел брать «переростка» (каково для девчонки?). Единственная, кто согласилась, стала Зоя Холщевникова.
Первый сезон вышел провальным. На чемпионате СССР 1955 года Инга заняла двадцать первое место. Похоже, тренеры были правы, но Инга поклялась Холщевниковой: «На следующий год обыграю всех!»
В 1956-м она стала абсолютной чемпионкой Советского Союза, установив мировой рекорд в многоборье. От провала до рекорда прошёл ровно год.
Читатель, надеюсь, оценит такой характер.
Молния на льду
В феврале 1957 года на чемпионате мира в финском городке Иматра двадцатилетняя Инга Артамонова стала абсолютной чемпионкой мира. Самой молодой в истории.
Финские болельщики качали её на руках и растащили лавровый венок на сувениры (пришлось потом заказывать новый).
А через год, в феврале 1958-го, на чемпионате в шведском Кристинехамне она взяла второе мировое золото.
По воспоминаниям трёхкратной чемпионки мира Валентины Стениной, Инга была в сборной кем-то вроде старшей сестры.
«Она была наша мать, мы так её и звали, и она не возражала. Куда она, туда и мы все».
И действительно, команда шла за ней, как за вожаком.
Но именно в Кристинехамне случилось то, что перевернуло Ингину жизнь.
Шведская история
На чемпионате мира 1958 года Инга познакомилась с молодым шведом из оргкомитета. Звали его Бенгт. Вместо официального банкета сборной они проговорили всю ночь, катались на машине по ночному Кристинехамну, и Инга вернулась в гостиницу только под утро.
Скандал вышел грандиозный. По возвращении в Москву Ингу вызвали в соответствующие органы. Мать Инги, Анна Михайловна, вспоминала позже:
«При выходе из станции метро к ней подходил человек и провожал до дома. Ей говорили, что если она уедет в Швецию, то её родственники могут пострадать».
Ингу сделали невыездной. Она получила комнату в доме на 3-й Фрунзенской улице (в ведомственном доме). Условие ей поставили ясное, мол, пока не выйдешь замуж за советского гражданина, ни о каких поездках за рубеж речи быть не может.
В 1960 году, когда сборная поехала на Олимпиаду в Скво-Вэлли, Инга Артамонова осталась дома.
Она пыталась его забыть, но не вышло. Через четыре года, в 1962-м, на чемпионате мира в Финляндии Инга улучила момент и пробралась к шведской делегации. Узнала, что Бенгт по-прежнему свободен и ждёт её. Подруга Ева Иванова вспоминала:
«Тогда я впервые видела, как плакала Инга. Громко, больно, навзрыд».
Матери Инга сказала так:
«В сердце он останется навсегда. Если бы мне сказали, что можно пойти к нему пешком, я бы пошла до самой Швеции».
Бенгт потом приезжал в Москву, но Инге запретили с ним видеться, а ей к тому времени было уже не до Швеции. Она ведь была замужем.
Сосед
В доме на 3-й Фрунзенской, в двухкомнатной квартире от «Динамо», жил конькобежец Геннадий Воронин. Чемпион СССР 1958 года на пятисотке. Они оказались соседями, и оба в тот момент были, как говорится, на мели.
Ингу убрали из сборной, Воронин проигрывал старты. Общая беда сблизила. В 1959 году они поженились.
Валентина Стенина вспоминала о Воронине без сочувствия, отмечая, что пара совершенно не подходила друг другу. Первое время жили тихо, но когда Инга снова начала побеждать, всё изменилось.
Триумф на высокогорье стал пиком её карьеры. Легендарный каток Медео, расположенный почти в двух километрах над уровнем моря, покорился ей безоговорочно. Пять наград высшей пробы на первенстве Союза и россыпь мировых рекордов, включая абсолютное достижение в многоборье. Ни одного поражения за сезон стало феноменальным результатом, особенно если помнить о её хроническом недуге легких, который на высоте переносить ещё сложнее.
Однако дома её ждал не праздник, а тяжелая атмосфера.
Окружение спортсменки видело, что происходит за закрытыми дверями. Тренеры и коллеги позже вспоминали, что Инга часто выглядела подавленной, а на лице замечали следы побоев.
Близкие утверждали:
супруг злоупотреблял алкоголем и, пользуясь успехами жены, жил за её счет.
Ревность к славе супруги, по словам очевидцев, толкала его на жестокие поступки, хотя поводов для сомнений в верности Инга не давала.
Кто-то подбрасывал в почтовый ящик анонимные письма об Ингиных якобы изменах. Подозревали, что писала их знакомая самого Воронина, которая при этом числилась Ингиной «подругой».
Подруга Ева Иванова говорила о них так:
«Один день дерутся, Инга выходит вся в синяках. На следующий целуются у всех на глазах».
Инга тоже была не ангел, и однажды запустила в мужа коньком. Промахнулась, конёк разбился о дверь, но сравнивать брошенный конёк с тем, что делал Воронин, было бы нечестно.
В 1964 году Инга снова не попала на Олимпиаду. На этот раз в Инсбрук.
По одной из версий, ей подбросили спичку под лезвие конька, и она упала на отборочном старте. Кто это устроил, мы, пожалуй, никогда не узнаем. Но на вторую Олимпиаду подряд сильнейшая конькобежка планеты осталась без старта.
А потом был триумфальный 1965-й. Четвёртое мировое золото в финском Оулу. Первая в истории четырёхкратная абсолютная чемпионка мира. Инга обошла голландку Стин Кайзер и кореянку Хан Пиль Хва, обыграла и подругу Стенину.
Гвоздь в стене дождался своего венка.
В том же году Ингу приняли в партию. Первого мая она вместе со штангистом Юрием Власовым вела радиорепортаж с Красной площади. Казалось бы, живи и радуйся.
4-е января
В декабре 1965 года Инга решилась на развод и ушла жить к матери на Петровку. Председатель совета «Динамо» написал Воронину записку, чтобы тот пришёл 4 января к девяти утра обсудить размен квартиры.
Утром в «Динамо» Воронин не пошёл. Вместо этого зашёл в магазин, а около часа дня явился к тёще на Петровку.
В квартире находились самые близкие - мама и брат. Геннадий, явившийся нетрезвым, настаивал на разговоре тет-а-тет, но Инга твердо отказалась выходить в другую комнату. Разговор был коротким.
Именно в тот момент, когда все аргументы закончились, на глазах у родных Воронин нанес Инге смертельное ранение. Брат попытался остановить нападавшего, но было уже поздно. Несмотря на то, что врачи прибыли оперативно, спасти жизнь 29-летней легенды спорта оказалось невозможно. Рана оказалась несовместимой с жизнью.
Страна узнала о потере только спустя два дня. Скупые строки некролога в спортивной газете сообщили о «преждевременной и трагической кончине». Прощаться с «женщиной-молнией» на Ваганьково пришла огромная толпа.
Суд
Многих шокировала мягкость приговора. Следствие шло сложно. По свидетельствам родных, обвиняемый пытался выставить ситуацию несчастным случаем, утверждая, что не хотел трагического исхода.
В материалах дела его характеристики были странным образом завышены, ему даже приписали несуществующие олимпийские заслуги, в то время как значимость фигуры Артамоновой словно отошла на второй план.
Итогом стало полтора года тюрьмы и поселение за отнятую жизнь.
После
Вернувшись из заключения, Воронин работал тренером в провинции. Характерен эпизод его случайной встречи с олимпийской чемпионкой Людмилой Титовой.
Когда он окликнул её с вопросом, почему она не здоровается, ответ был жестким и однозначным:
«С такими людьми я не здороваюсь».
Журналист Юрий Юмашев, видевший его спустя много лет, описывал его как человека, растерявшего былой лоск. Воронин ушел из жизни в 2004 году.
А рекорды Инги Артамоновой остались в истории. Четыре титула абсолютной чемпионки мира так и остались непревзойденной вершиной для отечественных конькобежек.