В данном повествовании использованы цитаты из многих книг, песен, фильмов. «Если уж мечтать, то ни в чём себе не отказывать». Любимой мамочке, покинувшей нас.
«Нам будет легче - мы будем драться». (Сергей Ярославцев)
«Мы очень долго, считались крутыми…пришло время это доказать»
«Книгу собираюсь написать!- Зачем?- Читать нечего» (Команда КВН «Уральские пельмени»
«Только в грёзы нельзя насовсем убежать – краткий век у забав, столько боли вокруг». (В. С. Высоцкий).
лет 15 уже… этому графоманству)) пусть здесь хранится, уже даже больше чем 15. И когда писал от руки в тетради(отпуск заканчивался, на улице мороз, вот и решил заняться) ни о каком чёртовом ИИ ещё даже и не слышали, в помине не было.
«Мёртвые сны»
Часть 1 «Сон - это только начало».
Все права защищены. Любое использование и применение данного материала, только с согласия автора.Бернская конвенция об охране литературных и художественных произведений — международное соглашение в области авторского права, принятое в 1886 году в Берне (Швейцария)
Глава 1
Банальность, это трагедия, которая произошла не с тобой... Даже самые смелые и фантазийные выдумки иной раз, в подмётки не годятся тому, что произошло на самом деле. Настоящая жизнь, всегда запутаннее, изощрённее, самого приключенческого произведения, как бы писатели не изощрялись на литературном поприще. Обычно, чтобы ситуация стала банальным анекдотом, над которым уже и не грех посмеяться, её надо по крайней мере пережить. Так и хочется (прямо руки чешутся от такого стереотипа) начать мою историю этак витиевато и велеречиво, соблюдая иные литературные каноны и традиции, привитые признанными классиками жанра, которые впрочем (традиции, а не классики разумеется, хотя и к некоторым классикам это тоже относится в полной мере) у меня лично, ничего кроме отчаянной зевоты не вызывают. Вроде того самого оборота: « а случилась эта занимательная и зело поучительная (смотря для кого) история в 199... году от Рождества Христова, хотя учитывая, повальное увлечение альтернативной историей, это тоже спорно; кто, когда, где родился и родился ли вообще, мозги закипают от подобных вариаций, а история (не моя частная разумеется, а всеобщая, мировая так сказать) вроде как уже и сослагательное наклонение имеет. Вариативность, говоря по научному. Сколько знатоков, сколько версий, сколько мнений, единственно и однозначно верных, как в таких вот случаях водится. Каждый, считающий себя специалистом, красноречиво, с пеной у рта и размахиванием руками, доказывает свою правоту. В истории, медицине, политике и футболе у нас разбираются исключительно все. Одни ревизионисты чего стоят. Но увы, нет у меня от рождения дара и в последствие так же не обучен, торжественные литературные оды слагать. Рассказать это одно, а вот связно и увлекательно изложить на бумаге, это уже совершенно другое. Поэтому, всё будет очень - очень просто и прозаично, ибо всё гениальное просто, а лучшее враг хорошего. Сухой пересказ. И вот это самое пресловутое «всё», началось поздней, как ни странно тёплой и сухой (Питер и дождь - близнецы братья, по общему мнению) осенью. «Обычный серый питерский вечер», хотя опять же если быть скрупулёзно точным, вечер был тёплым и солнечным, насколько может быть солнечно осенью в Ленинграде городе, ах прошу пардону, в Санкт – Петербурге, конечно же. Не ложится у меня новое – старое название моего родного города на язык, ничего не попишешь. Не лежит душа и всё тут. Я спокойно и где - то даже умиротворённо, шёл после работы домой, то есть поднялся из метро на грешную землю, и достаточно бодро, весело озирая осеннее - яркие окрестности, шагал по направлению к заветной троллейбусной остановке. А как же, святилище своего рода! Сакральное место, врата можно сказать, храм дороги. Погода была, что называется прелестная, подобное для окончания осени, было довольно удивительно, снова и снова акцентирую на этом. Осень на излёте, а вечер такой ласковый и тёплый. Зануда грешный я, что поделать! Именно в такие чудесные, солнечные деньки и говорят - погода шепчет, шепчет каждому на ушко, ласково и нежно. Хочется шагать и шагать, не думая ни о чём. Душа пела, почему бы и не спеть, когда в общем и целом, не вдаваясь в ненужные детали, всё неплохо «и жизнь хороша, и жить хорошо». Тихий, тёплый, мягкий, почти летний вечер, сам по себе уже основательный повод для хорошего настроения, случился же в конце промозглой, дождливой осени, такой вот природный бархатный феномен. Такой вот замечательный подарок от суровой матушки природы, приятный сюрприз. Душа поёт, природа тихонько подпевает и мы вместе на два голоса поём, вах, хорошо да? Спину, кстати довольно сильно припекало, я даже подумал, а не снять ли мне кожаную куртку «нубук», без куртки по осени из дома никуда. Сейчас солнышко, а через минутку «а и на небе тучи». Настроение было радужное, самое что ни на есть благостное, в такие плавные вечера, все проблемы куда-то отступают... В небытие, в густой и непроницаемый туман забвения. Живём сегодня и сейчас! Даже пресловутые проблемы в личной жизни (куда же без них), ох уж эта загзагообразная личная жизнь. Есть она - одни проблемы, нет её - совсем другие, и конкретно не знаешь, что в конечном итоге лучше; что совой по пню, что пнём по сове, результат тождественный. Но об этом позже, или ниже - уж не знаю, как правильно сказать, не силён я в словесности изящной, чего уж там. А таки шо? А таки собственно и ничего. Вторая смена (она же крайняя, но никак не последняя) успешно и лихо отработана. Завтра соответственно законный выходной, да и сегодня вечером эти блаженным (ожидание праздника бывает куда лучше самого праздника), что-нибудь этакое разгульное, можно (и нужно) придумать. Не киснуть же дома плесневелым сиднем, когда наступила, такая неожиданно - чудесная погода, осень золотая, червонная, всеми поэтами – романтиками в стихах воспеваемая. Матушка природа наша, рисовала осень на холсте картины времён года, крупными, яркими мазками, не скупясь на жёлтые и красные краски. «А на дубах, повисли жёлуди». Чтобы потом не было, как говорится мучительно больно, за бесцельно, и далее по тексту пламенного певца революции... Вот только вариантов было, по правде говоря, не особенно - то и много. Очень даже мало было вариантов, положа руку на моё трепетное сердце. Да и праздничным разнообразием они не блистали, увы и ах. Везде рутина. Пойти в то или иное кафе (есть у меня недалеко от дома, несколько уютных местечек) и попить пивка от пуза, со всем нашим удовольствием, в более - менее знакомой и в такой же степени приличной (всё же должно быть чинно и благородно) компании, неторопливо ведя степенные беседы обо всём и ни о чём (как там у Ярослава нашего понимаешь Гашека, компания собралась приличная, пан директор, пан золотарь, пан аптекарь две курвы и я…хотя за точность текста не ручаюсь, но в общем и целом, как-то так) мы же все интеллигентные люди здесь собрались, не так ли? Цвет русской интеллигенции действительно. Танцевать так до падения, пить так до забвения... Ну а любить так королеву, а когда достаточно выпьешь, вокруг все королевы (вокруг ведь королевы, нам с ними по пути), такая вот железобетонная аксиома, знающие люди, подтвердят. «Может она кому не очень, ну а мне так в самый раз». Иногда (главное начАть или нАчать) я ортодоксальный максималист, если в природе вообще возможно подобное сочетание. В общем, надо немедленно употребить хмельного, пенного, замечательного напитка так, чтобы отступила тоска, куда-нибудь на задворки сознания и чтобы хоть на какое-то время, всё стало сиренево и фиолетово, параллельно и перпендикулярно. Не пьянства ради, а лечения для… Душа болит - лечишь душу, лечишь душу - печень болит. Такая вот интенсивная терапия по кругу. О том, что потом неизбежно, как дембель, наступит утро, и тоска, вернувшаяся из короткого алкогольного отпуска, начнёт грызть измочаленную душу, ржавыми зубами, да с новой яростной силой, думать совсем не хотелось, это завсегда и потом успеется. Многие знания, многие печали, давняя и верная истина, которая, как широко известно всегда где-то рядом шляется. Вот же она, вот она ну рядышком совсем, только руку протяни и кажется вот-вот, познаешь все тайны мирозданья, сорвёшь запретный плод, ан нет, veritas снова лишь не в руке, а где–то рядышком. По другой более распространённой версии, в вине. Мало кто знает окончание поговорки, что правда в воде, вот незадача. «От кого бежите люди русские? От похмелья лютого»... Бег на месте общеукрепляющий. Надо сказать справедливости и той же самой пресловутой истины ради, что пара - тройка любимого бутылочного (именно бутылочного, это важно) «Петровского» (кто бы сомневался) уже согревала мне сердце и будоражила мозг и душу тоже. Как пел в своё время, всенародно любимый (без дураков) классик, который знал в этом толк – « я пил из горлышка, с устатку и не евши»... После трудной рабочей смены (смены лёгкими не бывают), которая длилась бесконечные аж 720 минут, мы с ребятами, как всегда обстоятельно постояли около «Шайбы» (мимо не пройдёшь, как ни старайся), славные вековые традиции надо чтить и соблюдать, на то они и традиции, чтобы их чтили, соблюдали и уважали. "Регата, регатой, но морские традиции забывать нельзя". Есть на проспекте Стачек, такая легендарная торговая точка круглой архитектуры, напротив «Кировского завода», того что и станция метро и непосредственно сам легендарный завод. Ну а как можно стоять и говорить на важнейшие геополитические темы (в политике, медицине и спорте, досконально разбираются все, без исключения), без пива хмельного? Учитывая богатейший выбор в свободной продаже. Вот и я говорю - никак невозможно, если уж вспоминать капитана Мышлаевского, правда бравый капитан от артиллерии, водку имел ввиду... С селёдкой, одно без другого это не гармонично "Стыдитесь Ларион". Так собственно и получилось, что я, держа нос по ветру, хвост пистолетом, а курс летящей походки, на сакральную остановку родных троллейбусов, был чуть-чуть (самую малость, в плепорцию, ибо кодексы надо чтить, как завещал товарищ Бендер) навеселе. То самое волшебное, сказочное состояние, когда уже нетрезвый, но ещё не пьяный, всё самое интересное ещё впереди. Ты уже не здесь, но ещё и не там (а тут вам не там, а здесь вам не около). Изменённое сознание. Между временем и пространством, замечательное состояние, этакое возвышенное, поэтическое я бы даже сказал «прекрасное далёко, не будь ко мне жестоко». Очень мне хотелось, чтобы в этот замечательный осенний вечер, повезло с транспортом, ибо точное расписание и общественный транспорт, две вещи суть несовместимые. Нет в этом в мире под Луной, совершенства, гармонии и идиллии. Мы в России или как? Особенно здорово, просто фантастически повезёт, если 32 номер сразу подойдёт. Он идёт с кольца и пустой (теоретически), а это значит, быстро и с максимальным комфортом доберусь до дома, что очень приятно, а в дорогу можно (и даже нужно) ещё бутылочку другую пива взять. Замечательная перспектива, чёрт возьми, жизнь налаживается. Я почему, всё это так долго, красочно и скорее всего нудно (я вообще зануда ещё тот) расписываю. Дело в общем, простое, незамысловатое. И ещё одно немаловажное замечание с галёрки. Я не то, чтобы человек трусливый, у многих сложилось как раз обратное впечатление - по той простой причине, что трезвым меня и не видели (я иной раз думал, а чего это знаменитые мушкетёры Дюма, такие до неприличия смелые, и пришёл к выводу, что от регулярного употребления определённых напитков, они же, судя по тексту не просыхали). «Вы курите? Да, когда выпью, а пью я постоянно». Но скажем так, я весьма робкий и осторожный по жизни. Это выражается в простом принципе, жизненное кредо - никуда не влезать. По юношескому максимализму, бывало влезал не раз и не два (все мы в своё время хотели мир изменить, «Кого ты хотел изменить» да-да вот именно, и браво Кутиков), что греха таить, бывало и не раз, но мне же потом и доставалось на орехи и по кумполу. Ещё и виноватым оказывался, мы же порядочные, все из себя такие благородные защитники слабых, справедливости поборники, зачем же убегать, если не при делах. Сила ведь в правде, не так ли? А сила в Ньютонах. Вот все разбегаются в разные стороны, и правильно делают (атас, менты), и лишь один я торчу, как шпиль Адмиралтейства, а бравые, суровые до невозможности, потому как при исполнении, ППСники орут: «Руки в гору». «Вохра нас окружила, руки в гору кричат». А дальше стандартная процедура, отдел, протокол и если уж совсем не повезёт, то кукование в отделе. Так что лучше следовать своим курсом, фиксируя окружающую обстановку, но мимо ...мимо... Ничего не знаю, моя хата с краю. Так-то оно спокойнее будет. Не было меня здесь начальник, «Следую своим курсом», как на флоте (жутковатый флажный сигнал, в иных случаях). Иду я значитЬ, вдыхая полной грудью воздух свободы, летящей походкой очень целеустремлённого человека. А у целеустремлённого человека, цель проста и незамысловата, как бином того же Ньютона. Добраться как можно быстрее до дома, сбросить камуфляж (я в нём на работу хожу, очень удобно и практично) облачиться во всё цивильное и направить свои, так и хочется сказать, священные стопы (да куда мне грешному), в какое-либо весёлое, злачное местечко. Грубо говоря и мягко выражаясь, чтобы напиться и забыться, где-нибудь в «12 стульях», мило беседуя ни о чём, со знакомой барменшей. А знакомая барменша - это масса выгод и преференций - может например и в долг налить кружку, другую, третью... Когда внезапно финансовая лодка натыкается на рифы безденежья. Справедливости ради, я всегда плачу по счетам, не люблю быть должным. Но только вот человек предполагает, а бог соответственно... м - да (и кто - то играет на трубе). Почему - то так и бывает, когда нацелен на одно, как торпеда, метко пущенная в борт вражеского корабля, кто - то (или что - то) подкидывает на маршруте внезапное препятствие, которое в корне меняет всё. Не думал, не гадал. И жизнь сразу делится на «до» и на «после». И что характерно, обычно не в лучшую сторону. Тенденция однако. Хоть и говорят, что ни делается - всё к лучшему. Категорически не согласен, некоторые вещи лучше бы никогда не делались, но что сделано, того не воротишь. «Всё к лучшему, всё к лучшему поверь, никто не обходился без потерь». И мне подкинули... Свинью подложили. Уж не знаю, ангел или чёрт, а может оба – двое, они же вместе работают. Не заметить эту колоритную парочку, было весьма сложно, разумеется не ангела с чёртом. Какой-то коренастый, весьма крепкий дядька, одетый тоже в камуфляж (военного образца, а не какой - нибудь костюм грибника - рыбака), обутый в берцы (практически такие же, были и на мне, близнецы - братья блин), держал за плечо юношу весьма субтильного телосложения, самого что называется интеллигентного облика (между нами мальчиками, очень я не люблю таких, хлыщей с бегающими глазками, слюнтяи одним словом). Очки в тонкой оправе на бок съехали, плащ распахнут, длинные волосы всклокочены «а-ля, я упала с самосвала, тормозила головой», «дипломат» судорожно сжат в руке (аж костяшки тонких пальцев побелели). Сам парень весь какой-то, скомканный, взъерошенный и жалкий, как воробей после купания в грязной луже. Несуразный одним словом. Что впрочем и не удивительно, учитывая крепкие и «дружеские» объятия его сурового оппонента. Конечно, будешь тут взъерошенным, как пук жёсткой соломы, когда тебя схватив за рукав, время от времени, весьма надо думать чувствительно встряхивает (рукав того и гляди оторвётся), типичный коммандос, хоть сейчас на рекламный плакат типа «Теперь ты в армии и ты в ней сержант». У меня самого, одно время все стены были увешаны, такими вот шедеврами полиграфии. Ещё бы шлем – маску, боевую разгрузку и автомат на плечо, тогда сходство было бы полным и очевидным. Маски – шоу, маэстро, ваш сольный выход. Всю эту увлекательную мизансцену я хорошо разглядел, медленно подходя к этой самой парочке. Несовместимее пару индивидуумов трудно представить. Толпа людей (которых ранним вечером, полно около любой станции метро и «Проспект Ветеранов» не исключение) спешила по своим очень важным делам и обтекала, эту мягко говоря, странноватую парочку, старательно не замечая её. Иногда очень выгодно не замечать, целее будешь. Дело житейское чего уж там… Особенно в наше время. Вот бы и мне спокойно пройти мимо, не замечая их. Пиво нагревается, и вечер обещает быть томным, тут главное не спугнуть и не загадывать. Я хвала небесам не супермен (боже упаси), место работы и специальность, у меня самые прозаические и мирные. Двигаться на работе приходится много (я бы даже сказал, ну очень много), своего рода заменитель тренировки (хотя ежу понятно, что это эрзац), настоящие тренировки, я как-то незаметно забросил, не устояв перед другими радостями жизни (алкоголь, никотин и другие излишества нехорошие), а совмещать полезное с приятным сложновато, гораздо проще и легче совмещать приятное с приятным. В общем, что я хочу коротко и чётко выразить - сказать. Внешность и телосложение у меня самые заурядные, ничем не примечательные, человек из толпы одним словом. В базарный день – пятак пучок. Стрижка под машинку («стриги под Котовского»), самая модная стрижка для тех, у кого шевелюра с некоторых недавних к счастью пор, не блещет густотой. У меня увы и ах, не блещет, хотя и лет-то 27 всего. Обычный рост, обычная худощавая фигура, обычный парень. Не дистрофик, разумеется, но и не качок, поперёк себя шире, как многие герои кинобоевиков, которые одним махом семерых побивахом. Средний человек... Вообще – то, стараниями прессы, телеящика и прочих СМИ, все знают, что реальные бандиты, мошенники и прочая противозаконная общественность - редко отвечает теории Ломброзо, а исключения, как известно, подтверждают правила. Хотя к Ломброзо отношусь уважительно, будучи тюремным врачом (та ещё работёнка я думаю), собрать столько эмпирики и войти в историю со своей теорией пусть и ошибочной (сколько таких теорий), это по любому раскладу достойно уважения.(Хотя опять же теории они разные бывают, у сволочных идеологов Третьего Рейха, гореть им всем в аду, тоже были стройные теории, лежащие в основе своей кипучей деятельности... Мощные околонаучные организации, философскую базу подводили в обоснование всех зверств, творимых «сверхлюдьми» достаточно Аненнербе вспомнить, наследие предков понимаешь. «Право оно или нет - оно моё отечество». А кто у нас создатель скандальной евгеники, а создатель у нас Фрэнсис Гальтон, а кто у нас Гальтон? А он у нас, двоюродный брат Чарльза Дарвина, того самого, Если что, мы не виноваты, Родина велела. Не убавить, не прибавить). И представители этой интеллектуальной общественности, отнюдь не представляли из себя гориллоподобных существ, у которых лоб толщиной в палец и одна извилина в виде рунического знака СС. Чего это я так многословен, впрочем, по чести говоря это нередко бывает. Да всё легче лёгкого и проще простого. Я хочу, а вдруг звёзды так сложатся и вполне возможно кто–то мне неведомый, всё–таки соизволит прочитать эти записки (если конечно разберёт, то что мой школьный учитель по русскому и литературе называл почерком, явно мне льстя), то пусть этот кто – то, смог бы как можно отчётливее представить декорации происходящего. Потому, как после самого банального начала (каждый день видим подобное и не обращаем внимания, эка невидаль) последовало продолжение, мягко говоря, не стандартное. У меня бы волосы на голове встали дыбом - если бы они были... Эх, где наша не пропадала? Наша пропадала везде! Итак, продолжим господа, оркестр - туш. Урбанистический пейзаж вокруг, привычнее некуда, лепота и благолепие. Метро «Ветеранов», дорожка между павильонами рынка (местами стихийного, местами официального), тьма людей с озабоченными лицами, спешащих по своим, ну очень важным делам. Уличные музыканты с гитарами, гармошками и прочими фисгармониями. Некоторые очень даже недурно играют и поют. Обычная сутолока, обычный вечерний шум - гам, который в принципе и не замечаешь, потому как просто звуковой фон большого города и не более того. И только деревья, одетые в багрянное и золотое, служат приятным разнообразием для глаз, уставших от этого суетливого, людского, броуновского движения. Они тихо шептались, под дуновениями тёплого (тёплого чёрт возьми) ветерка, о чём-то о своём, и было им совершенно всё равно, до этих двуногих суетливых существ, снующих туда - сюда по сухому серому асфальту... И вот нарисовалась на моём пути, эта колоритная парочка. Хотя по нынешним вывихнутым временам, тоже знаете ли ничего удивительного. Самолично наблюдал в «Апрашке», как одна хрупкая телом, но не характером девчушка, лупила изо всех своих слабых женских сил, по всем местам, одного шустрого паренька держа его руку в СВОЁМ кармане (вроде как с поличным взяла) и кричала на весь рынок: «Я тебе покажу (дальше непереводимая игра слов, а слова те, из самых глубин великого и могучего), как ко мне в карман залезать. Я тебе (опять филигранное владение определённой лексикой)... где милиция»? А на «Апрашке», ментов наверное больше чем торгашей, и вот только что величаво, что твой линкор на парадном смотре, прошествовал (иного слова и не подобрать) парный наряд омоновцев. Но, вот незадача, на призывный крик девушки, никто волшебным образом не явился. Не Сивки – Бурки в самом – то деле. Никто не горел желанием и служебным рвением «срубить палку». Наконец, осознав всю тщетность своих попыток призвать так называемых служителей закона, выполнить эти самые служебные обязанности (а закон, как известно суров, но это закон - древние римляне славились чеканными фразами) девчушка (хрупкая такая опять же, но если верить самураям, крепче стали - сила духа), отвесила последнюю оплеуху маленькому карманнику и отпустила его восвояси на свободу, с относительно чистой совестью. Я тогда очень подивился, смелости представительницы прекрасного пола. Карманники редко работают одни, и где-нибудь поблизости, вполне могло быть силовое прикрытие. Которое хоть и не шилом в печень, но всё же весьма болезненно могло вмешаться в данный конфликт. Хотя конечно я, не знаток их тактики. Но то ли влетевший в блудень карманник был залётный (такая вот игра слов), то ли ещё что, но всё закончилось относительно мирно, для обоих сторон... Все остались при своих. «Апрашка» это ещё то местечко, другое измерение. Ну да ладно. Как обычно меня занесло в сторону, что поделать - без этого никак у меня не получается, собственно так и жить веселее. На чём я там остановился? Ну вот я и говорю, стоит эта парочка и я к ним потихоньку подгребаю, ибо они этак трогательно стояли у меня прямо по курсу. И кстати говоря, у очень агрессивного камуфляжника, нет никаких знаков различия, никаких погон, шевронов и прочих нашивок разноцветных. Но времена поменялись мгновенно, шизофренически и кардинально (увы и ах, не могу сказать, что в лучшую сторону, если кто не понял это булыжник в огород Горбачёва и всей его своры стервятников, предавших - продавших страну) и у пятнистого крепыша в кармане, вполне может оказаться краснокожая ксива с ну очень грозной аббревиатурой. А аббревиатур этих, на родных просторах развелось столько, что их обладатели сами наверное запутались, кто из них кого представляет в данный исторический момент. В каком из грозных ведомств, имеет честь состоять в сплочённых рядах защитников законности. Одних чекистов сколько раз переименовывали, и всех вместе в общем, и по управлениям в частности. Оставить в штатах, вывести за штат. Вообще обладатели подобных корочек, как мне кажется, считают себя, окружённым своеобразным защитным полем. Вроде как всем НЕЛЬЗЯ, а вот нам МОЖНО. Мы избранные, мы над законом. Я криво изъясняюсь, но суть дела, я думаю понятна. Хотя конечно и в подобных структурах есть разные люди, именно что люди. Профессиональная деформация, да. Кстати, у меня самого папа (земля ему пухом и царствие небесное) отслужил верой и правдой больше 25 календарей в пограничных войсках, контрразведка (а начинал опером КГБ), да ещё и Афганистан зацепил. Две банды между собой столкнул и те, увлечённо покрошили друг друга. Хост. Конкуренция она везде конкуренция, главное её направить в нужное и конструктивное русло. Но ближе к телу как говорил Мопассан. Медленно, но верно подошёл я к ним вплотную (рассказывается очень долго, на деле всё гораздо быстрее было, разумеется). И то ли жалкий, затравленный вид, парня заставил меня остановиться (очень уж похож был на студента, спешащего из бурсы, чтобы успеть подготовиться к завтрашнему зачёту) сам был студентом и вид имел аналогичный. «А это не плащик бабушка, это мой друг, вот он как раз отличник». То ли их содержательный и высокохудожественный диалог, состоящий из опять же великого и могучего, а так же встряхиваний и жалких всхлипываний. «Я человек с высшим образованием, но без среднего». Кого именно сурово встряхивали и кто жалко всхлипывал, ясно и без дополнительных пояснений. Иногда, для разнообразия в это яркое батальное полотно, контрастными мазками вклинивалось традиционное: «Ах ты сука, ах ты гнида». Понятно так же, что автором этих милых реплик был отнюдь не студент (раз уж я так его окрестил, оперативный псевдоним блин). А может просто дурость (куда же без неё, последователь Пашки Колокольникова блин) моя, заставила меня остановиться и прислушаться. Это же моё самое любимое развлечение - влезать туда, куда не надо, куда не просят, а потом огребать, если не от тех, так от этих. А может и от третьих, тех, что в погонах (третья сторона в деле, заявляющая собственные требования). Чтобы преодолевать проблемы их надо предварительно создавать, ёлкала палкала блин. Самому себе создавать, что характерно. А потом думать, как из этого всего скорее вылезти, пока совсем не засосало, видимо так интереснее жить. И та часть головного мозга (если он у меня есть), что отвечает за безопасность носителя этого самого мозга, была уже надёжно блокирована пивом. В общем, звёзды СОШЛИСЬ... Ох уж эти звёзды, как мы любим на них ответственность перекладывать, типа это не я, это звёзды так сошлись, или карты таке легли, как вариант судьбы. Рок…Фатум. Кисмет...
Так или иначе, я притормозил, и прислушался, забыв истину о губительной сущности любопытства и всех тех, кого оно сгубило. Опасности вроде никак не предвиделось, всё банально. Вроде… Смеркалось…
- Да что вам от меня надо, я вас совершенно не знаю! – еле слышным, тихим голосом пищал студент и очки скособочились совсем набок.
- Ах ты, сука... Да я тебя урою, как проститутку Троцкого... Сейчас узнаешь... Со всех сторон, во всех ракурсах, на всю жизнь запомнишь, много ли тебе осталось - филигранная игра слов, неумолимо обещающая бедному стЬюденту, страшную и медленную смерть.
- Да что я сде...,- уже на пределе слышимости, подавал голос бедолага. В этот момент, я стоял уже достаточно близко и прекрасно всё слышал.
- Падло молчи лучше, а не то... - и снова блестящее знание глубин русского языка. Я даже заслушался, это же музыка, полонез Огинского вербальный, классика жанра просто. Такие перлы изящной словесности не каждый день услышишь.
Да уж ничего не скажешь, интеллектуальное общение, по видимому камуфляжный крепыш был так азартно занят «потрошением» своей жертвы, что и не замечал, как у него появился внимательный зритель и слушатель в одном лице. В моём драгоценном лице. И единственным, так что наша колоритная уже троица, представляла собой, этакий своеобразный островок в людском, суетливом море, театр одного зрителя. Ваш покорный слуга, стоял и внимал этой душещипательной сцене, не уходить же, раз уж остановился, надо это кино, мелодраму эту мексиканскую досмотреть до конца, до финальных титров.
- Да что вы ко мне собственно прицепились?! Что вам нужно от меня? - вновь подал голос, уже изрядно потрёпанный студент. Интеллигентно так голос подал, вежливо, скорее пискнул даже, как мышка в мышеловке, но пискнул громко. А я бы на его месте (не дай бог, конечно), наверняка бы уже матерился громко - громко, сильно – сильно, и много - много.
Чёрт возьми и святые небеса, может тут имеет место быть ревнивый муж и счастливый (и ну очень молодой) соперник. Классический адюльтер. А что такого особенного, в жизни разные коллизии бывают. Бывают такие, а бывают и этакие. Коловращение и многообразие жизни во всей красе. Как там у классика: «Вот вы говорите, не может быть, не может быть, а очень даже и может». А коммандос - то явно навеселе, не в дугу, не в гавань конечно, но определённый тонус явно ощущается, на расстоянии ощущается. И лопни мои глаза, ему скоро захочется добавить, выхлоп - то, как у Змея Горыныча, огненный. Такое божественное состояние надо регулярно поддерживать, иначе не интересно. Святое дело вовремя добавить, не выпитый в нужное время второй стакан, это напрочь, загубленный первый. Железная аксиома и каноническое правило.
- Я к тебе, организм ты вирусный, ещё не так прицеплюсь, бля, и это будет начало твоего конца... Мегалодон ты, драный и штопанный! Немочь бледная.
Поразительно чистая, отточенная как клинок фраза, товариСЧ не без образования чувствуется, одно только «бля» чего стоит, особенно в сочетании с древней, огромной, давно вымершей (а может и нет) акулой. До сардельки, сосиски, редиски дело всё же не дошло, а жаль. Удивил меня агрессор, откровенно говоря, мегалодоном, подобное слово уж точно никак не относится к широко употребляемым терминам, в обыденной жизни. Представляется, что он имел ввиду несколько другое слово, пресловутое резиновое изделие. Эвфемизм. Ну артикль «бля» вроде как и не считается сейчас. Просто так, легко и непринуждённо для связки слов используется. В современной литературе, великий и могучий показан во всей теневой красе. Моё личное мнение – я не думаю, что языку это идёт на пользу, должны быть какие – то пределы. Взять хотя бы Веллера или Константинова. Я, читая в своё время их книги, и видя русским по белому, написанные открытым текстом, матерные слова («Самовар», «Адвокат») и без всяких стыдливых многоточий (каждый думает в меру своей испорченности), даже глаза протирал, не веря (и сам матерился шёпотом, от избытка чувств). А потом привык, конечно, но поначалу даже шокировало (самый первый, раз подобное прочитал в журнале «Аврора», ещё когда в школе учился, в воспоминаниях одного политзаключённого, в конце восьмидесятых на волне, не к ночи будь помянутой перестройки, как раз волна пошла таких вот откровений, автор был кажется с замечательной этакой дворянской французской фамилией Делонэ), глаза чувствительно царапало, если можно так выразиться. Ну это так, к слову... Тем более если мне не изменяет склероз, слово «блядь» в стародавние времена означало ложь и неправду и видимо поэтому в дальнейшем стало ассоциироваться с гулящей девушкой. Ей же надо постоянно выкручиваться и изворачиваться, алиби обеспечивать и версии строить бедолажке, а значит лгать. "Не пойман-не вор, не уличена-не гуляла". Знаю я одну такую профурсетку, 18 лет, а уже шмара шмарой, пробы ставить негде, хотя фасон держит, ах я не такая, я порядочная, просто трамвай запаздывает и на улице холодно. Это она зря старается, она и как человек дерьмо дерьмом, несмотря на звёздное имя. Очень жалею, что в своё время, помогал ей во всём, но это совсем другая грустная и длинная история. Папу вот только жалко очень. Он в ней души не чаял.
В общем и целом, содержательный диалог, но информации к размышлению (Юстас Алексу) ноль целых, шиш десятых. Вот тут-то я аккуратненько трогаю, точнее даже прикасаюсь (не иначе чёрт дёрнул) кончиками пальцев (оно мне таки надо было???) к локтю, не на шутку разбушевавшегося хмельного амбала. Тихонько так прикасаюсь, практически нежно и ласково, я же до неприличия приличный, цвет русской интеллигенции. Хрен его бабушку знает, ещё как развернётся со все дури (я стоял справа, чуть сзади), а я как - то не очень люблю, когда в мой нежный, хрупкий организм тычут кулаками и другими ударными частями тела. Весовые категории у нас категорически различаются, но намерения - то у меня самые миролюбивые, только надо успеть это объяснить. Любопытство не порок, а мне стало весьма любопытно, что происходит вообще в натуре, торопиться - то всё равно особо некуда. Мы матом не ругаемся, мы им разговариваем и надо быть аутентичным в соответствующей обстановке. В состоянии лёгкого подпития, весьма актуальное чувство - чувство любопытства (реплики, что любопытство это большое свинство оставим за кадром), а вот чувство самосохранения совершенно спокойно засыпает на задворках сознания, до лучших, трезвых времён, типа сами разбирайтесь, а я в отгуле... Если что я не при чём, не было меня тут. Поучительные поговорки про Варвару и кошку, почему - то и не подумали вспомниться. А как общеизвестно, одной нос оторвали, а другая вообще сгинула в неизвестности, несмотря на свои девять жизней. Facta notoria, так сказать. Но ведь надо же всегда самому наступить на грабли, так занимательнее, а чужие ошибки воспринимаются слабо (если вообще воспринимаются), пока сам по собственной башке не получишь. Очень вежливо, взял под локоток амбала, и так же вежливо спрашиваю «а в чём собственно». Ситуация полностью подходила под знаменитое высказывание не менее известного капитана Смоллета, «мне не нравится этот корабль, мне не нравится эта экспедиция, мне вообще ничего не нравится».
- Уважаемый, амиго, а что собственно происходит - то? Происходит – то собственно что? Трясёте бедного гражданина, как терьер крысу, у него уже вон глаза закатываются - так и задушите ненароком, компаньеро может вам помочь, чтобы уж наверняка? Шучу конечно, - высказал я этакую сентенцию и стою, наслаждаюсь, экий я благородный... Души прекрасные порывы. Забавы юности ещё не прошли. Айвенго и Дон - Кихот в одном флаконе, да ещё и иронизирую этак остроумно. Мне так кажется.
Внимание подвыпившего бугая в пятнистом, медленно, но верно переключилось на меня грешного (дескать, что это за досадная помеха, что за камешек в ботинке, мешает ему серьёзным делом заниматься). Этот бугай, вообще напоминал молодого, задиристого и чрезвычайно крепкого бычка. Лобастый такой, основательный бычок. Боднёт так боднёт, мало не покажется, гроза корриды. Эх, мне бы в этот момент сразу всё понять и резво откланяться, виноват ошибочка вышла, так нет же... Мой коренастый и зело грозный оппонент, без долгих раздумий (действительно, зачем вообще мыслительная деятельность, главное это держать и не пущать) отпускает жертву студенческого облика из своих железных, борцовских объятий. Я думал тот, несчастный бедолага, сразу рухнет, как подкошенный, ноги судя по всему его уже совсем не слушались и немудрено. Но есть чудеса на свете, студент каким - то чудом остаётся на ногах, жадно хватая перекошенным ртом, ту смесь газов, что в наше время гордо именуется городским воздухом. Прямо несчастная рыба, выброшенная на берег шальной штормовой волной. Широко разевает рот и глаза такие вот круглые, по семь копеек, типа кто я такой и вообще, как я здесь оказался. Но не сваливает мимоходом по стеночке, а остаётся стоять на месте, водя по сторонам, ошалелым, потерянным взглядом. Потерялся во времени и пространстве, после ласковых и заботливых рук крепыша. Состояние пограничное, то ли в истерику сорвётся со слезами и соплями, то ли затормозит окончательно и в ступор впадёт, отрешившись от всего и всех. Это нормально, это бывает. Лучшее средство это пощёчина, но не хлестать же мне его по мордасам, с какой собственно стати. Он мне не сват и не брат и слава богу! А вниманием этого самого крепыша – плохиша, уже завладел ваш покорный слуга. Амбал не торопясь, меряет меня взглядом прищуренных, хмельных глаз (ни к селу, ни к городу, вспомнился пресловутый Мищенко, который при серьёзном разговоре щурил глаза) под рыжими бровями и сердито топорщит светлые, почти белёсые усы. Довольно неприятное визуально, надо отметить, зрелище. Снизу вверх оглядел и сверху вниз - педант этакий. «Что ты милая смотришь искоса, низко голова наклоня». Ростом - то я, несколько повыше, а вот плечи товарища, который нам пока совсем не товарищ и вряд ли им станет – вне всякой конкуренции. Шкаф ещё тот, двустворчатый, крепкий чёрт возьми, славянский, но не драться же я с ним собрался, в самом - то деле, а ведь накаркал, провидец наивный. Проверять на практике ещё одну поговорку про то, что большой шкаф, громче падает, мне совсем не улыбалось. Я всё же убеждён, что физические кондиции имеют большое значение. Просто внезапно любопытно мне стало, а любопытство не порок... ну дальше сами знаете, не буду повторяться. Не знаю, что он подумал обо мне, да теперь и не узнаю уже никогда, нисколько не переживая по этому поводу. Но перед ним стоял, облачённый в армейский камуфляж, обутый в берцы, стриженный под «ноль» великолепный я, любить и жаловать совсем не обязательно. С этим камуфляжем и моей любовью ходить в нём, вообще связанно много забавных (весёлых и не очень) историй. Друг - одноклассник подарил. Друг одно время служил в ЛенВо, в Каменке, знаменитое место, для тех кто понимает. По живости своего шебутного характера, одноклассник записался в миротворческие силы (а по сути вообще не должен был служить по некоторым семейным обстоятельствам), в Осетии отметился. Ну, тогда в смутные 90 – е, было такое ощущение, что везде полыхали междоусобные (или как их стыдливо называют «локальные конфликты») войны. Передел есть передел, во все времена, ничего не меняется. Власть - штука такая, всем нравится, но на всех плохо делится, если делится то с большой кровью и двухсотых, как правило не считают, война всё спишет. Власть не берут, власть подбирают, очень верно кто - то сказал. Подбирают, то что плохо лежит. Ну а когда Коля был в отпуске в Ленинграде, приехал ко мне в гости и привёз комплект обмундирования в подарок, за что ему большое человеческое спасибо. Славно мы тогда развлекались... Отменно просто! Дискотека «Курьер» в «ДК Связи» (первая ночная дискотека в Питере, если кто помнит) - сколько мы там ночей провели, в танцевальном и пьяном угаре… Колина сердеШная пассия, училась тогда в седьмом медучилище на улице Германа (недалеко от моего дома) сейчас это заведение, новомодно называется колледж. Быть просто школой, училищем или институтом это не модно и не стильно, не в духе времени. И куда ни плюнь везде гимназии, колледжи и академии. Вот только качество образования где – то потеряли, но это уже так, мелочи. Она брала за компанию свою подружку - соседку по комнате и мы все вместе, дружно ехали на ночную дискотеку. Пассия душевная правда, потом Колю жестоко и беспардонно бросила и ушла к нашему общему другу (тоже однокласснику), но это уже совсем другая история. Весьма грязная, грустная, а для кого - то и поучительная. «О женщины, вам имя вероломство», знал толк великий бард, в женщинах, определённо знал, наверняка имел печальный опыт. Я и так опять в сторону ушёл... Как обычно. Не всегда кратчайший путь между двумя точками это прямая.
В общем, армейский камуфляж стал моей любимой одеждой, для походов на работу. И практично и удобно, и как мне кажется красиво. На ногах ботинки, родные братья ботинок амбала, близнецы братья, вполне возможно из одного ателье вышли.Такие, с кармашками. Я их для себя называл – «кармашки, для последнего патрона». Ну и кожаная куртка, как же без неё? Форма одежды повседневная. Наша волшебная погода непредсказуема - вдруг дождик закапает, осень золотая на дворе, как - никак, погода в минуту поменяться может. Всю суровость моего вида, портил легкомысленный, яркий пакет, с рекламой сигарет «ВОND». Опять же не знаю, что крепыш подумал, усмотрев перед собой меня вот такого красивого, но он довольно дружелюбно спросил, дыхнув свежим водочным перегаром.
- Ну чё тебе? (хороший вопрос, закономерный, а действительно, что мне)?
- Да так, ничего особенного, трясёте парня, а он бедолага уже кажется того, посинел, как майский утопленник, от такой шоковой терапии, того и гляди ласты склеит, а оно вам таки надо? Опять же от тела избавляться надо, дело это хлопотное и волнительное, подсудное опять же, а кругом люди, шныряют понимаешь туда – сюда, свидетели так сказать. Вот я и спрашиваю, за что? Хотя какие, черти полосатые, свидетели, всем на всё наплевать, лишь бы меня не трогали. Клянусь вратами ада, люди стали невыносимо равнодушны и их трудно судить за это. Кто сам без греха, как говорится… и все булыжники на месте Не мы такие, жизнь такая!
- А ты, блин, по жизни кто? (опять же логичный вопрос, и не поспоришь, действительно - кто я)? Что ты мне тут втираешь, философ хренов?
- А вы? Воспитанные люди, как правило, обычно представляются первые. Это я так к слову. Тем более вы сами того не ведая, мон ами, затронули самые ранимые струны моей трепетной души! Я сам частенько терзаюсь этим вопросом, кто я есть такой и думаю, что не более чем песчинка во Вселенной, одним словом все мы дети Галактики и самое главное… - хорошая тактика, отвечать вопросом на вопрос. У евреев ещё та школа непрерывного выживания, хоть в пустыне, хоть в мегаполисе, можно поучиться. – С Гогеном не знакомы случайно, который Поль? «Откуда мы пришли? Кто мы? Куда мы идём?». Вечные вопросы бытия и я вижу вам они тоже не дают покоя.
Вот тут - то он мне и сунул, под мой любопытный не в меру нос, краснорожую, пардон, краснокожую книжицу, в развёрнутом виде. В путь так в путь, сказал альпинист, падая в пропасть. Играть, так до конца. Что у нас там? Капитан какой - то там суровой конторы, вроде как РУОП (буква «б» потом уже появилась, когда все устали смеяться над двусмысленностью аббревиатуры). Дочитать я не успел, ксива захлопнулась. Типа умному и зрячему достаточно, а теперь обсыхай и не отсвечивай. Короче говоря, все вон!
- Понятно теперь, шутник едрёна копать? Иди по хорошему дружище, не доводи до греха... Не до тебя сейчас. Катись колбаской короче, пока трамваи ходят. А то и помочь могу.
- С вами? До греха? С вашей помощью? Да вы что, такая честь, но я к счастью не той ориентации, - вылетела у меня, не самая уместная в данный момент шутка. «Мир смеялся, потому и выжил». А я судя по всему вряд ли выживу.
Я бы честное благородное и пошёл бы по известному адресу (ну его на фиг, связываться с конторой себе дороже). Да и гетеросексуален я до мозга костей опять же, а грех с таким капитаном, боже меня упаси… Мне бы всё шутки шутить! Но тут, почуяв внезапную (весьма сомнительную, надо сказать) помощь, в наш интеллектуальный диалог встрял изрядно помятый студент (оклемался «воробышек»).
- Иду я быстро к остановке, бегом практически, я тороплюсь чудовищно, мне к зачёту надо успеть подготовиться (и носом шмыг - шмыг), а этот гоблин, словно из засады выскакивает, хватает, трясёт и не пускает.
Какая замечательная и выверенная последовательность действий. Отточенность.
- Это кто гиббон? Страх совсем потерял, моль бледная? – мгновенно воспламенился и переключился на прежний объект атаки, бравый усатый капитан. Гоблина ему было уже не выговорить. Глаза налились кровью, усы агрессивно встопорщились, того и гляди сейчас копытом землю взроет гневно.
Собственно хрен редьки не слаще, что в лоб, что по лбу, что гоблин, что гиббон. Один представитель фантазийной сказочной фауны, другой представитель реального животного мира, но сравнение с обоими, на мой взгляд, одинаково неприятно. Вот это да, отменная импровизация, молодец мальчонка, святая пятница. Жертвенный студент в нескольких точных словах, прямо как классик, сформулировал специфику доблестных спецслужб - выскакивать и хватать, а также держать и не пущать... Но пасаран одним словом. Всех впускать и никого не выпускать. А вас Штирлиц, попрошу остаться.
- И орёт, орёт, ревун корабельный. На ухо прямо, как сирена иерихонская, я чуть не оглох! Ничего не слышу совершенно! А мне слух нужен, я ведь на скрипке играю, между прочим! Не Спиваков конечно и не Паганини, но тем не менее! У меня конкурс скоро. А я знать не знаю, никакой его Катьки. Мне физика больше нравится. Я, если хотите знать, вообще никакой Катьки не знаю и знать не хочу! Вот так (очередной громкий шмыг, красным носом). И знать не хочуууу!!! – судорожно всхлипывала худосочная жертва нападения, потихоньку, шажок за шажком, перемещаясь ко мне за спину. Нашёл стену крепостную.
Туман сложившейся ситуации, под воздействием этого проникновенного, слёзного монолога, несколько рассеялся. А собственно, что я ещё ожидал? Катька... Жена или дочка... Фатале фемина, роковая женщина если по нашенски. «Венец творенья дивная Диана». Как говорил заслуженный и опытный прапорщик в «Осторожно модерн»: «Всё зло от баб». Мне бы прислушаться (в очередной раз) к этой мудрой мысли и ретироваться, благо и момент наступил самый подходящий, в общем и целом всё понятно и сами между собой разберутся, кто есть ху, а кто не ху. Двое дерутся - третий не мешай. Парень, видимо оказался роковым образом похожим, на поклонника неведомой мне Катюхи. Хотя, кто знает, может студент таковым воздыхателем и является. Притворяться, что я не я, корова не моя и вообще меня здесь не стояло, когда жизнь прижмёт, все мы умеем, дурное дело не хитрое, особенно когда в перспективе, посещение травмопункта маячит. Ну, а то что крепыш оказался офицером серьёзной конторы (ох, надеюсь не при исполнении), которая на раз («я имею право на адвоката с момента задержания и звонок другу»), может жизнь испортить без всяких УПК, плюя на права и свободы человека, с высокой колокольни... Что ж неисповедимы пути господни, и путь этот лежит во мраке. Чёрт с ними, с прелюбодеями этими и благородными мстителями, разберутся и без меня, я и так уже весьма задержался, с выполнением своей обширной культурной программы. Как говорится, часы тикают, а мы ещё трезвые. Промедление смерти подобно. Пока эти здравые и вполне ещё трезвые (вот – вот) мысли, крутились в моей забубенной голове, капитан начал второе отделение концерта, по заявкам радиослушателей. Которое, ничем не отличалось от первого, репертуар разнообразием не блистал. «Капитан, капитан улыбнитесь». Тряска и матюги, матюги и тряска, в такой вот последовательности, эффект новизны прошёл и становилось откровенно скуШно. Вот кстати и дымчатый патруль ППС мимо прошёл, не усмотрев ничего криминального в происходящем - кто бы сомневался чёрт возьми; с бабушек, торгующих у метро, ежедневную дань собирать куда как легче и выгоднее. Никакого риска. Безопасность превыше всего, особенно личная. А зрение у них профессиональное, на деньги или на их отсутствие. Ну раз патруль не увидел эту колоритную парочку, своим избирательным зрением, то и я откланяюсь, благодарю всех за внимание. Но бедного героя - любовника (или его двойника) так яростно трясли, что я уже разворачиваясь на каблуках, снова тронул за плечо, оскорблённого в лучших чувствах (то ли отцовских, то ли супружеских), капитана. А как же, я же защитник всех униженных и оскорблённых, сирых и убогих... И по совместительству, ужас, летящий на крыльях ночи, если вы не знали. Но сказать я ничего не успел, крепыш лихо развернулся ко мне (а многострадальные ноги студента, такого лихого балетного фуэте уже не выдержали и он сполз по стенке, как медуза).
- Ты ещё здесь, бля? - взревел офицер бешеным медведем, которому после спячки отдавили самое ценное и сокровенное. Лапу конечно, а вы что подумали...
- Скажите mon ami откровенно, вы верите в трагический, а равно и счастливый случай, как в непознанную закономерность? В предзнаменование, в трагическую судьбу, в штрихи людских историй, на живописном полотне жизни? В причудливые, разноцветные мазки, в картине мирозданья…
- Чё? Ты чё мелешь дурак? Пшёл вон болван, пока я добрый!
- То уходи, то приходи… Ах, вы разбиваете мне сердце!
- Ну, бля, сука…Я предупреждал? А я предупреждал!
- И не говорите ваш бродь, у нас каждый суслик агроном. Вы мне это самое значитЬ, бросьте! Не безобразить, – договорить я не успел.
И хватает меня за отворот куртки, экий грубиян невоспитанный, а в глазах суровый блеск стеклянный. Завёлся, заискрил, предохранители накрылись медным тазом! Банальная, пьяная смена настроения. Кардинальная смена курса. О времена, о нравы! Где изящность манер, где изысканность диалога, где благородные традиции мужского поединка. Где элегантный бросок тяжёлой латной перчатки в лицо. Где витиеватый картель, отправленный по всем правилам дуэльного кодекса. Кстати, где – то я читал, что вызвавший оппонента на дуэль, НЕ ИМЕЕТ права во время поединка, стрелять в воздух (если уж вызвал на дуэль, то изволь стрелять на поражение, иначе несмываемый позор), это и стало роковым обстоятельством для гениального Лермонтова, который между прочим не отличался золотым характером и прочими добродетелями. Хреновенький был характер у знаменитого поэта и художника. Увы, талант талантом, а человеческие качества, человеческими качествами.