Море спокойно отступало – отлив. Песчаного, с угольными крошками, берега становилось больше. Купаться можно было бы и тут, глядя на Три брата – здесь полудикие места, но пока искупаться не решился. Отдыхающие только высовывались из своих внедорожников, организовывая вокруг себя пространство.
Из цивилизационных благ – здесь только беседка, у подножия мыс Жонкиера. Дальше - самостоятельно.
Мыс Жонкиер и Три Брата являются уникальным геологическим объектом. Когда-то в совсем далеком прошлом (миллионы лет тому назад) были единым целым, море и ветер постепенно разделили их, создав уникальный природный комплекс прямо перед мысом Жонкиер.
В северной части прилегающего к мысу побережья, на крутом каменистом склоне, можно обнаружить окаменелые останки древней ихтиофауны возрастом до 100 миллионов лет! Тут попадались ракушки, древние растения и животные. До наших дней сохранился в живых всего один вид этих моллюсков – наутилус помпилиус.
Мыс Жонкиер расположен в центральной части западного побережья Сахалина на 51-й параллели северной широты, менее чем в километре к юго-западу от города Александровск-Сахалинский. Представляет собой вдающуюся на несколько сотен метров в воды Татарского пролива скалу высотой до 171,7 метров. Название мысу дано французским мореплавателем Жаном-Франсуа де Лаперузом в 1787 году в честь Жака-Пьера Жонкьера — французского адмирала, генерал-губернатора Новой Франции (французских владений в Северной Америке в 1534—1763 годы).
До моего носа стал доноситься забытый, старый запах. Запах водорослей, соли и йода, то есть тихоокеанский литорали, обнажившейся в отлив под одиночные суетливые крики чаек.
Неумолимо двигался дальше. Шагал в историю большой страны. Впереди - знаменитый тоннель, заботливо пробитый в твердом скальном грунте мыса Жонкиер. Это первый тоннель на Сахалине, один из старейших памятников, связанных с историей Сахалинской каторги и едва ли не последнее сохранившееся их сооружение. А еще это единственный оставшиеся свидетель пребывания А. П. Чехова на острове, и о которой автор упомянул в своей книге.
Строили его две группы каторжан (несколько сотен человек), пробивая его с двух сторон, идя навстречу друг к другу. Каторжники Александровского поста в 1880—1883 гг. рубили тоннель в скале к маяку.
К концу 1870-х годов пост Дуэ как административный центр Сахалина стал постепенно терять своё значение, заметно проигрывая благоустроенной Александровской ферме, расположенной в обширной и богатой пахотными землями долине реки Дуйки. Возникла необходимость установки сообщения между этими населёнными пунктами.
Местом начала работ в северной части мыса выбрали точку смыкания берегового склона с мысом, а в южной части работы начались в глубине естественной ниши, на границе выхода скальной породы. Эти точки были выбраны не случайно, так как они даже визуально обозначали кратчайшую трассу тоннеля. Изначально северный кирпичный арочный портал тоннеля был украшен стилизованными «замковыми» камнями, окружающие вход скалы были аккуратно отделаны уступами.
К большому сожалению, воспользоваться тоннелем не довелось: произошла ошибка в расчетах по прокладке двух веток: две партии каторжан, рывших скалу навстречу друг другу, не смогли удержать направление, и они не соединились. Для завершения строительства тоннеля к работе был привлечен ссыльнокаторжный офицер-сапер Карл Христофорович Ландсберг, который помог исправить допущенные при строительстве ошибки.
Первые 33 метра тоннеля, проходящие по твёрдым породам, были оставлены неукреплёнными. Следующие 13,5 сажени были перекреплены сплошными новыми дверными окладами из брёвен 5–6 вершков. 10 сажен тоннеля, проходящих в трещиноватых базальтах, также перекреплены новыми дверными окладами, «почти сплошными», а кровля забрана деревянными колодками. Из средней части тоннеля вывезена накопившаяся годами земля и устроено русло для стока воды, усыпанное галькой. Был снят бугор земли, загромождавший въезд в тоннель со стороны поста Александровского.
Но все-таки тоннель получился неровный, в виде ломаной линии, изогнутый.
Летом по берегу проехать было нельзя, и тоннелем пользовались только пешеходы. Руководство треста «Александровскуголь» старалось поддерживать тоннель в рабочем состоянии. Однажды было принято решение капитально отремонтировать тоннель, забетонировав самый опасный участок. Работы по ремонту были закончены 12 ноября 1956 года. В ходе ремонтных работ было произведено укрепление центральной части проходки тоннеля железобетонной облицовкой, здесь же произведено бетонирование пола. Северный портал, первоначально имевший арочное кирпичное обрамление, был расширен и усилен бетонной облицовкой с козырьком. Частичное бетонирование стенок тоннеля было произведено на южном входе.
Общая длина тоннеля составляет 83,5 м. На протяжении 39 м от северного входа стены тоннеля обшиты бревенчатой крепью, далее на расстояние 31 м проходит железобетонная облицовка стен с арочным перекрытием. Затем следует 10-метровый участок бревенчатой крепи, и последние метры проходки оформлены двумя бетонными стенками. Ширина тоннеля в частях, забранных в бревенчатые клады – 4,4 м, высота 3,0 м. Ширина забетонированного участка – 3,2 м, высота 3,0 м. По всем промерам, хоть в длину, хоть в ширину, он гораздо меньше японских железнодорожных тоннелей Хосинсэна.
Тоннель, как я уже писал - неровный, насчитывает пять сглаженных углов-поворотов, дающих общее направление в 37 градусов на юго-запад. Эти углы – следствие той ошибки в проходке, которую затем исправили К. Х. Ландсберг в 1886 году и шахтёры – в 1956 году.
В настоящее время памятник нуждается в капитальном ремонте – за последние 67 лет он пришёл в неудовлетворительное состояние. Прежде всего это связано с характером горных пород, в которых прорублен тоннель.
Тем не менее я рискнул пройти сквозь него, почувствовать на себе размах тоннеля, собственными глазами посмотреть и потрогать даже живописную бревенчатую крепь, стоявшей тут аж с XIX века. С потолка что-то капало. В одном месте половина тоннеля была завалена грудой камней, нужно было быть аккуратней. Забрезжил свет в той части тоннеля. Нужно помнить такой нюанс, что к тоннелю сухопутным путем можно добраться только в отлив, в противном случае, всенепременно придется намочить ножки и не только, а то и вплавь.
С другой стороны тоннеля – иной микроклимат, море, хоть и отступило, но волновалось куда более значительно: одна волна нагоняла другую, затем третья… оголяя гальку, густо перемешанную с кирпичом, да морскую растительность. Наличие кирпичной крошки объясняется тем, что к югу от тоннеля на 8 километров до самого Дуэ тянулась когда-то прерывистая промзона.
У мыса Жонкьер располагались в разной время солеварня, завод удобрений из рыбы и даже домик обслуживания кабеля, ведущего за Татарский пролив в Де-Кастри.
Солнце припекало: не выдержал и решил все же искупаться. Глубина настигала быстро, но и этого казалось мало – под ногами валуны возрастали один за другим, мешая насладиться плаванием, да еще и соленые волны. Надолго меня не хватило. Какой разный залив на расстоянии каких-то 100 метров.
Огромный и пузатый мыс Ходжи открывался перед моим взором (Хойди - Тайменевый с языка нивхов). Под мысом Ходжи вверх от моря уходит распадок, где стоит селение Дуэ — старейший российский населённый пункт на острове
. С 1886 года на мысе Жонкиер действует маяк, поначалу деревянный и стоявший гораздо выше, в 180 метрах над уровнем моря. Но высота в данном случае оказалась минусом - с моря его огонь часто из-за верхового тумана в низких облаках не был видно морякам.
Нынешний маяк Жонкьер расположен на западном берегу Сахалина недалеко от Александровска-Сахалинского, его построили в 1895-97 годах на искусственной площадке в 70 метрах над морем для обеспечения мореплавания в северной части Татарского пролива и на подходе к порту Александровский. В строительстве маяка принял участие инженер-подполковник Константин Леопольд - маяк начал работать 6 июля 1897 года.
Маяк представляет собой восьмигранную бетонную башню высотой 18 метров. Внутри установлена винтовая лестница с выходом в фонарное помещение. Маяк обеспечили керосиновым осветительным аппаратом с белым проблесковым огнём. Свет был виден на расстоянии более 17 морских миль — это более 30 километров. Для периодов плохой видимости предусмотрели колокол и сигнальную пушку. Также маяк обеспечили вышкой для подачи флажковых сигналов.
К башне пристроили одноэтажное здание, которое разделили на две жилые зоны для смотрителя и команды. Помещение отапливалось дровяными печами, а на кухнях стояли дровяные плиты. Освещение было керосиновое. На территории маяка установили склады, русскую баню и вырыли колодец для питьевой воды. На берегу, возле места высадки баркасов, уложили железную дорогу с воротом для поднятия грузов.
Летом 1890 года Антон Чехов часто бывал на маяке и написал одну из глав в своей книге «Остров Сахалин».
В период Русско-японской войны Жонкиер был повреждён и выведен из строя. К апрелю 1906 года он снова заработал. На протяжении нескольких десятилетий маячное оборудование много раз заменяли и модернизировали. С 1978 года береговой склон стал двигаться, и в стенах построек появились трещины, а башня постепенно стала наклоняться. Несмотря на это, маяк продолжил работать.
Вид его почти типовой для российского Дальнего Востока. Жонкиер — один из самых старых маяков на острове и самый крупный уцелевший памятник Российской империи, одно из единичных в те годы каменных зданий.
Здание снизу издали кажется заброшенным, но это только кажется… Он работает и охраняет его Министерство Обороны.
Скалы «Три брата», Маяк Жонкиер и заброшенный каторжанский тоннель имени Александра II - самые ходовые достопримечательности Александровск-Сахалинского. Хотя я бы в этот список добавил и еще.
Здесь же прямо у берега находилась еще одна группа скал – «Три сестры» (логично, если есть «три брата») – сразу на ум приходит одноименная пьеса Чехова. «Сестры» чуть менее зрелищные, находятся не на одной линии – плечом к плечу, а по порядку - одна за другой, поодаль, третья — так вообще далеко, но все три прекрасные скалы дополняют пейзаж, начатый «братьями». Барышни с характером. К сожалению, местные жители легенд не придумали, поэтому вполне можно сочинить свои. Мне посчастливилось разглядеть только одну – ближайшую, у которой, кажется, драконье лицо: чешуя соответствующая, кожа шершавая… Красавица, одним словом.
На вершину Жонкиера вела узенькая, истоптанная туристами, дорожка на вершине которой была разбита смотровая площадка: открываются в полной красе длинный причал, вернее, всё что осталось от порта в Александровске-Сахалинском; потрясающие виды на Татарский пролив и окружающие сопки; в новом ракурсе – маяк; «три брата» сливаются в один с вершины, не разглядеть, где кто и это тоже потрясающе.
На этом пока всё.
Спасибо, что дочитали до конца.
Подписывайтесь на мой канал, я обещаю Вас радовать новыми очерками.