Просто три картинки девушки на мотоцикле.
Ничего сложного, никакой громоздкой машинерии. Студия, боковой свет. Чтобы добавить драматизма, я поставил свет за старым окном, разделяющим студию на две части. И вот тут началось самое интересное. Свет шел не напрямую, а пробивался сквозь мутное, местами поцарапанное стекло, покрытое слоями времени. Пыль, разводы, следы чьих-то пальцев — всё это сработало как уникальный фильтр. Свет ложился на модель мягко, но с характером. Именно эти помехи сделали картинку живой, объемной.
Забавно, но хозяин студии как-то рассказал, что однажды они решили навести порядок и до блеска отмыли все окна. И в тот же миг... магия исчезла. Свет стал «правильным», чистым, ровным, абсолютно стерильным. Стекло перестало ощущаться, оно исчезло как объект, а вместе с ним ушла и вся глубина. Оказалось, что именно эта «пыль» создавала неповторимый рисунок теней, добавляя пространству вес. Особенно круто это работало, когда за окном кто-то был, едва заметные тени, призрачные силуэты за мутной преградой добавляли кадру таинственности. Чистота убила атмосферу, и только со временем, когда окна снова «обросли» слоем жизни, свет вернулся.
В этих кадрах есть свой внутренний парадокс. Мотоцикл по определению — это про рев мотора, ветер в лицо и бесконечную дорогу. А здесь он зажат, почти замурован между стенами и этим старым окном. Девушка сидит на нем не как дерзкая гонщица, а как персонаж затянувшейся истории. Она не покоряет трассу, она прислушивается.