В мастерской пахло масляной краской, скипидаром и чем-то неуловимым. Я стояла в центре комнаты, под софитами, чувствуя, как бархатный плед, единственная вещь, что прикрывала меня, вот-вот соскользнёт с плеч.
— Не двигайтесь, — сказал он, и его голос, тихий и сосредоточенный, вибрировал в тишине. — Вы сейчас не думаете. Вы чувствуете. Жар ламп на коже. Прохладу воздуха. Тяжесть моего взгляда.
Марк был не просто художником. Он был алхимиком, превращавшим тела в легенды на холсте. И его последняя муза внезапно отказалась от работы. А я, его помощница, смеявшаяся над его причудами три года, теперь стояла перед ним, согласившись на безумную авантюру – заменить её.
— Вы же понимаете, что это просто эскизы, Вера, — сказал он тогда, но в его глазах вспыхнула искра, которую я раньше не замечала. Или не хотела замечать.
Теперь эта искра разгорелась в пламя. Он стоял за мольбертом, но я видела не его лицо, склонённое над холстом, а отражение в огромном зеркале напротив. Видела, как его глаза скользят по моим контурам, изучают каждую линию, каждый изгиб. Это был не взгляд мужчины на женщину. Это был взгляд творца на материал. И от этого становилось ещё жарче.
— Расслабьте плечи, — скомандовал он. — И позвольте пледу упасть.
— Марк… — начало было я, но голос сорвался.
— Доверьтесь мне. Искусству.
Плед, будто повинуясь его воле, а не силе тяжести, мягко сполз на деревянный пол, зашуршав. Воздух коснулся обнажённой кожи, и я сглотнула, чувствуя, как по телу пробегают мурашки. Не от холода. От осознания его пристального внимания.
Он не дышал секунду. Потом раздался скрип угля по зернистой бумаге. Быстрый, уверенный. Звук был невероятно громким в тишине. Он начал рисовать.
Прошло десять минут или час – время в мастерской потеряло смысл. Он не отрывался от холста, его движения были резкими, точными. Но я чувствовала каждый его взгляд на своей коже, будто прикосновение. На груди, на бёдрах, на линии талии. Мне хотелось закрыться, но ещё больше хотелось увидеть, что он там создаёт. Каким он видит меня.
— Вы необыкновенны, — произнёс он вдруг, и звук его голоса заставил меня вздрогнуть. — Вы всегда были. Своей сдержанностью. Своими умными глазами, которые всё видят. Своей… неосознанной грацией.
Он отложил уголь. Подошёл ближе. От него пахло краской и чем-то тёплым, мужским. Он остановился в двух шагах, его глаза путешествовали по моему лицу, потом ниже.
— Искусство соблазна, Вера, — тихо сказал он, — не в обнажении. Оно в намёке. В том, что скрыто. В напряжении между тем, что показывают, и тем, что оставляют воображению.
Его палец, испачканный углём, приподнялся. Он не касался меня. Он водил им по воздуху в сантиметре от моего тела, повторяя его контуры. От ключицы к груди, вокруг, но не касаясь самого чувствительного места, потом вниз, по животу.
Я замерла. Каждая клетка моего тела тянулась к этому призрачному касанию. Дыхание участилось. Соски нагрубели и стали такими чувствительными, что я чувствовала пульсацию крови в них. Между ног возникла глухая, тёплая пульсация.
— Вот видите, — его голос стал густым, как мёд. — Тело уже говорит. Гораздо красноречивее, чем слова.
И тогда он коснулся. Не углём. Тыльной стороной пальцев. Лёгкое, скользящее прикосновение от моего виска по щеке к губам. От его прикосновения по телу прошла электрическая волна.
— Марк… мы не должны… — прошептала я, но это было ложью. Мы должны были. Это было единственно возможным продолжением.
— Должны, — поправил он. Его рука обвила мою талию, притянула к себе. Теперь я чувствовала тепло его тела через тонкую ткань его рубашки. Видела тёмный огонь в его глазах, в которых уже не было художника. Там был голодный, требовательный мужчина. — Это и есть главный эскиз. Исскуство заставить желать. А я… я желаю тебя с первого дня.
Его губы нашли мои в поцелуе, который не имел ничего общего с нежностью. Это было завоевание. Исследование. В нём был вкус скипидара, кофе и чистой, неудержимой страсти. Я ответила ему, вцепившись в его волосы, стирая с его щеки пятна краски.
Он подхватил меня на руки, и я не сопротивлялась. Мольберт с грохотом упал на бок, но нам было всё равно. Он уложил меня на старый диван, заваленный тканями, и его руки, наконец, коснулись не призрачно, а по-настоящему. Ладонь, грубая и нежная одновременно, обвила мою грудь, большой палец провёл по напряжённому соску, заставив меня выгнуться и тихо вскрикнуть.
— Так, — пробормотал он, целуя мою шею, линию челюсти, мочку уха. — Вот оно. Подлинное искусство. Не на холсте. Здесь. В дрожи кожи. В прерывистости дыхания.
Его рука скользнула между моих бёдер, и я раздвинула их, давая доступ, теряя последние остатки стыда. Его пальцы нашли влажную, горячую плоть, и я закричала, когда он прикоснулся к самой чувствительной точке, проводя медленный, знающий круг.
— Ты вся горишь, — прошептал он в моё ухо, и его голос звучал как торжество. — И это… это самый прекрасный шедевр, который я когда-либо создавал.
И он начал творить. Его пальцы, его губы, его язык стали инструментами, а моё тело – полотном, на котором он писал симфонию наслаждения. Каждое прикосновение было мазком. Каждый мой стон – аккордом. Он знал, как нажимать, где замедлиться, где ускориться. Это было мастерство, доведённое до совершенства. Искусство соблазна, превратившееся в искусство полного, абсолютного обладания. И когда волна накрыла меня с такой силой, что мир померк, я поняла – это лишь первый набросок. Эскиз к тому, что нас ждёт впереди.
Если вам понравился рассказ не забывайте поставить 👍 и подписаться ❤️ Также жду ваши комментарии.
-----------------------------------------
Приглашаю вас в мой тг канал "Осознания между мыслями" Ваш путь к себе начинается здесь. Успевайте присоединиться к нашему полю бесплатно - https://t.me/+g3YvGstEiqllMjUy
Поддержать меня и мой канал донатом можно по этой ссылке - https://dzen.ru/averinahappiness?donate=true 🥰😍😘
-----------------------------------------
Все мои статьи 18+ вы можете найти по этой ссылке - https://dzen.ru/suite/6172a9f9-b31e-47b1-8180-842ff3ae2a3e?share_to=link
Ссылка на Товары для взрослых со скидкой до 70% - https://ya.cc/m/66VWSZ
Ссылка на Игры для пар 18+ - https://ya.cc/m/66VaUV