«Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать. Через радость, через боль, сквозь навязанную роль. Через догмы и запреты, в царстве тьмы и царстве света…»
Это вроде бы обычная считалочка, но если честно, она идеально описывает то, как мы идём по жизни, даже не подозревая, что иногда ищем не цель, не любовь и не деньги, а выход из родового сценария, который держит нас крепче, чем любая логика.
Мы можем не знать почти ничего о своём роде. Мы можем не помнить имён, не знать историй, не понимать, что там происходило у прабабушки, прадеда или кого-то ещё. Но это не значит, что рода не было. И это точно не значит, что он не влияет на нас.
Очень часто род влияет именно тогда, когда человек говорит: «Да ладно, это всё было давно, я живу же сейчас». Да, вы живёте сейчас. Только вот психика не живёт в календаре. Психика живёт в опыте. И если когда-то в роду произошло событие, которое стало вопросом выживания, система это запомнит не как историю, а как правило. Как внутренний закон. Как «так надо», «так безопасно», «так выживают».
Как выглядит родовая травма в обычной жизни
Когда люди слышат слова «трансгенерационная травма», они часто думают, что это что-то редкое, сложное, эзотерическое, будто бы «для тех, кто верит». На самом деле это выглядит очень просто и очень жизненно.
Например, вы не можете копить деньги, они как сквозь пальцы уходят, и сколько бы вы ни старались, доход будто застрял на одном уровне.
Или вы очень хотите ребёнка, но не получается забеременеть, или случаются выкидыши, и врачи разводят руками. Или вы постоянно попадаете в созависимые отношения, где вас любят только тогда, когда вы терпите, спасаете, молчите и всё на себе тащите.
У кого-то это проявляется через болезни, у кого-то через трудоголизм, у кого-то через вечное ощущение, что жизнь тяжёлая, что всё через боль, что радость обязательно закончится наказанием. У кого-то в роду мужчины либо уходят, либо исчезают, либо «не выдерживают», и женщины остаются в одиночку тянуть семью, детей и жизнь.
И вот самое интересное: внешне всё это выглядит как разные проблемы. Но по сути это одна и та же история, которая просто проявляется в разных сферах.
Почему это передаётся как эстафета
Я часто объясняю это клиентам через очень простую метафору. Родовая травма похожа на эстафетную палочку. Её берут, несут, передают дальше. И самое парадоксальное, что уже никто не помнит, что это вообще за палочка, зачем она, почему её нельзя выбросить и какой в этом смысл. Она лежит где-то в дальнем углу, вся пыльная, и кажется, будто про неё давно забыли.
Кажется забыли. Но как бы не так.
Потому что травму рода невозможно просто забыть. Она как долг, который выполняется автоматически. Никто уже не помнит, зачем эта палочка хранится в семье, но все знают, что должны бежать, а потом передать детям.
Зачем психике это нужно и почему это не «проклятие»
И вот здесь я хочу подчеркнуть одну важную вещь. Родовая травма не бесполезна. Она логически объяснима. Она появилась не потому, что «на роду порча» или «так сложилось». Она появилась потому, что когда-то это было единственным способом выжить.
Род защищает. Он защищает от ошибок, от неверных решений, от ситуаций, которые когда-то уже привели к боли. Всё это создаётся ради одного: чтобы выжить.
Только проблема в том, что жизнь меняется, а правило остаётся. И то, что когда-то было спасением, сегодня может быть клеткой.
Случай из практики: когда женщина живёт с ощущением, что выхода нет
Расскажу один случай из практики, без имён, конечно.
Женщины в одном роду из поколения в поколение были уверены, что жизнь — это крайне тяжёлая штука. Мир несправедлив. Жить иначе невозможно. Выхода нет. Выбора нет. Радость всегда заканчивается наказанием. И даже если вдруг что-то хорошее происходит, это воспринимается как временная передышка перед тем, как снова прилетит.
В этом роду были онкологические заболевания. Отношения с мужчинами складывались тяжело. На мужчин было много обид. И почти всегда, когда становилось трудно, рядом мужчины не было, и женщина оставалась одна.
Ко мне пришла девушка. Она была умная, сильная, собранная, внешне очень «взрослая». Но внутри у неё было ощущение, что сил больше нет, и надежды тоже почти нет. Она хотела выйти из замкнутого круга, потому что устала жить как будто по сценарию, который ей вообще не принадлежит.
И мы пошли в работу глубже. В тот самый слой, где не просто «я думаю», а где тело и психика хранят память, даже если голова уже ничего не помнит.
Что мы увидели в работе с родом
В процессе работы мы вышли на прабабушку, которая жила в блокадном Ленинграде. И вот там, в этом холоде, голоде, ужасе и страхе, чтобы выжить, ей пришлось принять решение, которое ломает человека изнутри. Она украла.
Это был выбор без выбора. Не украсть — смерть. Украсть — риск, что поймают, арестуют и отправят в лагерь. Но психика в таких условиях цепляется за любой шанс. Даже если шанс маленький.
Прабабушку поймали. Её арестовали. Её сослали в лагерь.
И вот тут важно: она не умерла. Никто не умер. Но в системе рода заложилось другое. Заложилось убеждение, которое потом передавалось дальше не словами, а состоянием.
Убеждение звучало так: любой решительный шаг навстречу жизни, навстречу радости, навстречу изменениям, навстречу надежде — опасен. Любое действие может закончиться наказанием. Любой выбор может привести к потере.
Как это проявляется у потомков
Прошло много лет. Времена другие. Условия другие. Войны нет. Блокады нет. Но бессознательная память рода работает иначе. Она не говорит: «Сейчас безопасно». Она говорит: «Не высовывайся. Не рискуй. Не мечтай. Не расслабляйся».
И поэтому потомки могут жить так, будто в любой момент за радость прилетит щелчок по носу. Будто любой успех надо срочно обесценить, потому что если ты слишком счастливый, мир обязательно это отнимет.
Отсюда и сценарии с деньгами, когда человек не может удерживать доход, не может копить, не может расширяться, потому что внутри сидит запрет: «Не высовывайся». Отсюда сценарии с отношениями, где женщина не верит в мужчину и тянет всё сама, потому что в тяжёлые времена мужчины не было рядом. Отсюда сценарии с телом и здоровьем, когда организм живёт в хроническом напряжении, будто всё время надо выживать.
Что с этим делать
Самое первое — признать, что это не про «вы слабая» и не про «вы ленитесь». Это про то, что внутри вас живёт память, которая когда-то спасла ваших предков.
Второе — осознать, что то, что было тогда, сейчас не происходит. Это звучит просто, но на уровне тела это не воспринимается автоматически. Это нужно проживать, разворачивать и перепрошивать.
Третье — примирить поколения. Снять с себя чужую историю. Оставить прабабушке её опыт, её страх, её боль и её выбор. И вернуть себе свою жизнь. Потому что вы не обязаны бежать с этой эстафетной палочкой дальше. Вы можете остановиться и выбрать другое. И да, это возможно. Реально возможно.
Иногда для этого нужно просто увидеть, откуда растут ноги. А иногда нужно пройти глубже, чтобы переписать внутреннюю «песню» рода на новый лад, где жизнь не про выживание, а про жизнь.
Я всегда говорю клиентам одну простую вещь. Выбор есть всегда. Даже если внутри кажется, что выбора нет, это не истина. Это родовой страх, который когда-то был оправдан, но сегодня мешает.
И если вы чувствуете, что живёте в сценарии, который повторяется, если вы устали, если вы как будто всё время несёте на себе чужой груз, если вы ощущаете, что жизнь будто «не ваша», то, возможно, пришло время остановиться и посмотреть, что именно вы несёте.
Меня зовут Анна Замбалова, я трансперсональный психолог. Я работаю с глубинными причинами жизненных сценариев, с родовыми историями, внутренними конфликтами, самоценностью, отношениями, деньгами и состоянием, когда человек вроде бы «всё понимает», но жизнь не меняется.
Если вам откликается эта тема, подписывайтесь на мой Telegram — там я регулярно публикую разборы, практические мысли и реальные истории из работы, которые помогают понять себя и начать менять жизнь без насилия над собой.
Мой Telegram: @anna_zambal_a