Ограничения ребенка: модель воспитания психолога

От работы с моим сыном отказался психолог - Артур воспринимает психолога как наказание. "Когда моя мама не справляется, то она ведет меня к психологу. Вы задавайте вопросы, я отвечу, а потом закрою рот и буду ждать окончания часа", - сказал он психологу. Сказал и сдержал слово.

Особых показаний к работе, мы приняли (с психологом) решение о прекращении работы, чтоб он не воспринимал психологов как наказание:)

А вообще я охотно говорю про воспитание. Я мать и для меня тема актуальна. Я психолог и постоянно касаюсь так или иначе детско-родительской темы, даже если «не копать».

Забавно то, что женщины относительно моей модели воспитания Артура высказываются условно отрицательно, мол, ему слишком всё можно. А мужчины наоборот — хотят притормозить меня.

Женщина оценивает эмоционально, что неудивительно. Уровень — ей не понятно, значит, так нельзя.

Мужчины хотят понять, прояснить. Такое я люблю.

А ещё будто бы женщины не рискуют мне возражать, а мужчина может, и мужчину я услышу с большей долей вероятности. И даже прислушаюсь. И даже поменяюсь. Но это должны быть отцы не на автомате, а с какой-то концепцией жизни и родительства, выражусь так. Разговоры в духе «так делали наши предки» мне в принципе не интересны.

Дважды так вышло этим летом — когда я услышала.

Один говорил про то, что надо прекратить осекать Артура в его диалогах со взрослыми. Разреши нам, взрослым, его вывезти. При этом конкретно этот мужчина с Артуром не был знаком, мы обсуждали какие-то истории про него и его детей.

Я перестала так делать. Теперь вопросы Артура — проблема других взрослых. Я буду напряжена только если буду знать, что именно сейчас его свобода мысли может быть вообще некстати или усмотрю неуважение.

Второй высмеял то, что я ограничиваю его свободу выбора, скажем так. Мы пришли закапывать капсулу времени, я сказала Артуру: «Выбирай место», а когда тот пошел «слишком далеко» на мой взгляд, то остановила.

Ситуация была скорректирована извне: «Артур, иди куда хочешь, выбирай».

«Слушай, ты сейчас сделала типа: “Артур, ты что хочешь — гречку или рис? Рис? Отлично, но давай сегодня гречку”». Поржали. И он тоже говорил — разреши нам с ним справляться (нам, то есть взрослым, мы должны уметь возразить, остановить, вынести).

Мне было сложно изменить своё поведение. А мы ещё пересекались, и я каждый раз осекалась. Мне уже никто ничего не говорил, я видела взгляд и закрывала рот, разрешая Артуру что-то проявить: собирать ягоду, задавать вопросы, тупить, считать шагами расстояние до капсулы и не понимать, как запомнить.

Про что это? Пока не разобралась.

Будто бы как раз сейчас пытаюсь снять очередной пласт своих «сдерживаний Артура» (психологи, от нас отказались, что будет, если окончательно «отойду») и понять природу своего дёрганного поведения.

Автор: Светлана Закуренко
Психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru