- Вы что здесь делаете? Посещения закончились час назад!
Охранник санатория смотрел на Раису так, будто она пробралась сюда с целью что-нибудь украсть.
- Я к Маше, - сказала она, - из четырнадцатой палаты.
- Родственница?
- Нет. Но я каждый день к ней прихожу. Спросите у медсестер.
Охранник недоверчиво прищурился, но все же снял трубку внутреннего телефона. Раиса слышала голос дежурной медсестры, та подтвердила, что да, Раиса почти волонтер, девочка ее ждет.
Охранник отступил в сторону и пропустил Раису.
Санаторий стоял на высоком берегу, и из окон столовой открывался вид на море. Раиса старалась садиться спиной к окну. В детстве она чуть не утонула в реке, с тех пор один только вид воды вызывал у нее панику.
Мужа не стало два месяца назад. Сорок лет брака, и вот на тебе - пустая квартира... После операции на суставе врачи настояли на реабилитации, подруга помогла с путевкой, и Раиса поехала.
Первую неделю она почти не выходила из номера, все вспоминала, как муж решал, куда ей ходить и с кем дружить. Как он высмеивал ее желание записаться на курсы флористики…
Она слушалась его всегда. Четыре десятилетия она была тенью человека, который теперь лежал на кладбище, а она не чувствовала ни горя, ни сожаления.
На восьмой день Раиса заставила себя выйти на прогулку и случайно забрела в детский корпус. Возле книжного стеллажа в холле стояла девочка лет девяти-десяти и тянулась к верхней полке.
- Помочь? - спросила Раиса, подойдя к ней.
Девочка обернулась.
- Мне, пожалуйста, вон ту книжку, - сказала она, показывая на потрепанный том в синей обложке.
Раиса достала книгу и протянула ее ребенку. Это был сборник легенд и сказок со всего мира. Девочка поблагодарила и выбежала с книжкой на улицу.
***
Девочку звали Машей. В начале лета ее сюда привез отец-дальнобойщик. Санаторий работал по интернатному принципу: дети жили в корпусе под присмотром медперсонала, а родители забирали их на выходные и на каникулы.
У Маши была особенность - ноги плохо слушались ее. Она ходила сама, но быстро уставала, мышцы ног иногда сводило, и для длинных прогулок она использовала коляску. Раиса не спрашивала подробностей. Видела только, как девочка иногда морщилась, разминая икры, как упрямо вставала, когда ее товарищи бежали к морю.
- А мама? - спросила Раиса на третий день их знакомства.
- Мамы нет, - ответила Маша. - Она ушла, когда мне было два года. Папа говорит, она испугалась, что я не буду ходить. А я хожу. Значит, зря испугалась.
Раиса промолчала.
Они сидели на скамейке у заброшенного фонтана. Чаша заросла мхом, каменная кладка потрескалась, а прошлой осенью, как рассказывал садовник, здесь меняли трубы. Разрыли землю вокруг, но фонтан так и не починили, только закопали обратно.
- Знаете что? - вдруг сказала Маша. - Здесь есть тайна.
- Тайна?
- Капсула времени. Ее спрятали давным-давно, еще когда санаторий был пионерским лагерем. И никто до сих пор ее не нашел.
Глаза у нее вдруг заблестели.
- Откуда ты знаешь? - спросила Раиса.
- Медсестра рассказывала. Говорит, искали много раз, но безрезультатно. А я думаю, что просто плохо искали. Или не там.
Раиса посмотрела на нее и улыбнулась.
- Хочешь, поищем вместе? - вдруг предложила она.
Маша уставилась на нее так, будто Раиса предложила ей слетать на Луну.
- Вы серьезно?
- Вполне.
***
Они искали каждый день.
У Маши была папка, в которую складывала «улики» - старые фотографии санатория из краеведческого уголка, схема территории, нарисованная от руки.
Они тщательно простукивали стены заброшенного флигеля. Ковыряли землю под старыми деревьями. Расспрашивали садовника, который работал здесь с незапамятных времен, он смутно помнил какую-то историю про жестяную коробку, но не мог вспомнить деталей.
Раиса уставала, суставы болели, спина ныла, но возвращалась снова и снова, потому что Маша смотрела на нее с надеждой. И потому что впервые за долгое время у нее самой появилась причина вставать по утрам.
На десятый день к ним присоединилась Антонина. Она сама подсела к Раисе на скамейке в парке. Ей было под восемьдесят, и она была желтая, как будто высохшая, но с неожиданно густым голосом.
- Я видела, как вы с этой девочкой ползаете по кустам, - сказала она без предисловий. - Ищете клад?
- Капсулу времени.
- А. Ну, ее искали много раз. Никто не нашел.
- Значит, плохо искали.
Антонина рассмеялась.
- А знаете, мне нравится ваш подход.
Она оказалась бывшей учительницей музыки. Вдова, с единственной дочерью почти не общается, внуков видела последний раз около года назад.
- Тридцать лет я терпела мужа, - рассказывала Антонина, глядя на море, - пил, бил, унижал. А я терпела, потому что семью надо сохранять… Все так говорили. Мама, соседи, подруги. Когда я наконец ушла, дочь сказала, что я разрушила ее детство. Что надо было терпеть дальше.
- И что вы ответили?
- Да ничего. Она права по-своему, а я по-своему.
Раиса задумчиво кивнула.
***
Как-то утром Раиса как обычно пришла к фонтану, но Маши там не было. Женщина нашла ее в холле корпуса, девочка сидела в коляске, вцепившись в подлокотники, и смотрела в одну точку.
- Что случилось?
- Нас переводят через десять дней, - сказала Маша, - корпус закрывают на ремонт.
- Куда переводят?
- В другой санаторий. Далеко куда-то.
Раиса села рядом.
- Папа знает?
- Он подписал бумаги, когда меня оформлял. Там было написано, что меня могут перевести. Он не читал толком. Он никогда не читает…
Они немного помолчали.
- Мы не успеем найти капсулу, - добавила Маша со вздохом.
- Успеем, - возразила Раиса.
Вечером того же дня она вернулась в детский корпус после отбоя. Охранник не хотел пускать ее, но медсестра, которая часто видела их вдвоем, поручилась за Раису. Они с Машей просидели за разговорами до полуночи, а потом девочка заснула.
***
Оставшиеся дни Раиса, Маша и Антонина усердно работали. Они перерыли архивы краеведческого уголка, заново опросили сотрудников санатория и осмотрели каждый угол заброшенного флигеля. Маша составляла схемы, Антонина добывала информацию у персонала, Раиса копала. В буквальном смысле, лопатой, не обращая внимания на ноющую спину.
Капсулу они нашли за день до Машиного отъезда. Обнаружили они ее в старом фонтане, точнее, в его основании.
Маша заметила первая. Она сидела на бортике, пока Раиса отдыхала, и разглядывала каменную кладку. После прошлогоднего ремонта труб один из камней в основании фонтана сдвинулся, совсем немного, но детский глаз это уловил.
- Смотрите, - сказала Маша, - вон тот камень шатается.
Раиса подошла, присела. Камень действительно сидел неплотно. Она подцепила его и вытащила. Под камнем обнаружилась ниша, небольшая, выложенная изнутри старым кирпичом. А в ней - жестяная коробка, проржавевшая по краям.
Внутри лежали письма, черно-белые фотографии, пионерский значок, потемневшая монетка и сложенный вчетверо рисунок, на котором было изображено море. Рисунок был подписан так: «Я еще вернусь».
Маша держала коробку обеими руками, смотрела на Раису и радостно улыбалась.
- Мы нашли! - она радостно захлопала в ладоши.
- Нашли.
- Вы обещали и не обманули, - девочка благодарно улыбнулась
- Я редко что обещаю, - ответила Раиса, - но если уж обещаю, то слово свое держу.
***
А вскоре приехал Машин отец. Он обнял дочь, выслушал ее сбивчивый рассказ про капсулу, про ее поиски, а потом подошел к Раисе.
- Спасибо, - сказал он.
- Не за что, - смущенно отозвалась женщина.
Раиса и Маша обменялись номерами телефонов, и на прощание девочка крепко обняла ее.
- Вы приедете ко мне в другой санаторий? - тихо спросила она. - Когда-нибудь?
- Я обещаю, что скоро приеду, - ответила Раиса. И она знала, что сдержит слово. После общения с девочкой Раиса поняла, что если пытаться помогать другому, то появляется смысл жить дальше